Сергей Шеламов: «Позором считаю такое понятие, как «откосить» от армии»

Вопрос: - Сергей Михайлович, скажите, в Афганистане
была не наша война, но на ней были наши солдаты.
Ответ: Уже после Великой Отечественной
около 9 тысяч наших земляков воевали в «горячих точках». Есть и не вернувшиеся с войны.
С моей точки зрения говорить о том, что
это была не наша война не совсем правильно. Советский Союз защищал там свои границы и целостность государства, спокойствие и мирную жизнь. Простой пример: пока советские солдаты не ушли из Афганистана, а впоследствии и из многих других стран, мы понятия не имели что такое героин. Границы были закрыты.  А теперь наркотики хлынули в страну, губят людей и молодежь. А в Европе сразу расположились натовские войска, американские.  

Вопрос: - Это так, но сердца матерей сжимаются
от мысли о том, что сыновья могут оказаться где-то в Сирии.

Ответ: - Трудно назвать период в истории
России, когда бы наша армия не становилась участником вооруженных конфликтов на территории других государств. А с 1918 года русские солдаты оказывали интернациональную помощь большому количеству стран.  Польша, Чехословакия, Ангола, Бангладеш, Ливан, Япония, Мозамбик, дважды в той же Сирии и так далее.
Сколько раз так бывало, войны замышляют
политики, а в окопах оказываются те, кому по 18 лет. Это политика. Понятно одно: против России, русского народа ведется подлая война. В том числе информационная, грязная, хорошо спланированная, беспощадная. Думаю, что это война против христианства. За то, что православные через века пронесли и сохранили святыни нравственности, твердую веру. Сирия – колыбель христианства. А у терроризма нет веры, нет государства, нет флага. Они называют себя Исламским Государством, а на самом деле обычные головорезы и преступники. И все это происходит близ наших южных границ. Большинство воинов-интернационалистов считают, выводить войска было нельзя. Пока наше присутствие ощущалось за границей, был мир и стабильность.
Но нужно помнить всем, особенно тем, кто
принимает решения, что война воплощает в себе самое страшное, жесткое, все самое противоречащее человеческой сущности. Именно мы, прошедшие Афганистан, Чечню и другие горячие точки, можем объяснить, что такое гражданский долг, патриотизм и любовь к Родине, на чем всегда стояла, стоит и, я уверен, будет стоять Россия.
Конечно, сердце каждой матери обливается
коровью, когда сын идет служить, особенно в зоны конфликта. Но вместе с тем оно должно переполняться гордостью за сына. Он защищает свою Родину, семью, родных людей.

Вопрос: - А что Вы думаете о службе в армии
и о том, какие перемены сейчас в ней происходят? 

Ответ: - Служить в армии, по контракту или
проходить срочную службу, должен каждый мужчина. Позором считаю такое понятие, как «откосить» от армии. Равно как и тот факт, что некоторые высокопоставленные чиновники произносят высокопарные речи, а сами не знают, что такое армия, и, более того, прячут своих сыновей от призыва. И хорошо, что сейчас есть закон, по которому на госслужбу не будут брать людей, которые не служили в армии. Это правильно.
А перемены в армии происходят серьезные.
Всему миру мы показали мощь российского оружия в действии. Это высокоточное, высокотехнологичное оружие, установки, комплексы. Знать их и управлять ими должны хорошо обученные солдаты и офицеры. Одного года службы может быть мало для того, чтобы уметь управлять таким оружием, но получить азы военной профессии можно успеть.
Недавно один ливенский парень, вернувшийся
со службы, рассказывал об условиях, в которых он ее проходил. Год практически жили в полевых условиях, далеких от санаторных, и круглосуточно осваивали установки.  
Армия меняется.  И молодые люди все чаще
выбирают профессию военнослужащего. Недавно на встрече с выпускниками одной из школ я поинтересовался, кто хотел бы стать офицером? С десяток рук уверенно поднялись.

Вопрос: - Скажите, а почему многие молодые
люди, которые попали на службу в горячую точку, потом уходят опять туда же служить, но уже по контракту?

Ответ: - Здесь может быть несколько причин.
У кого-то не получается привыкнуть к мирной жизни, он не может найти себя в ней. В армии ты на полном довольствии, выполняешь приказ, а появляются проблемы, так они решаются, скажем, согласно обстановке. В гражданской жизни нужно все делать самому, искать работу, содержать семью, строить или покупать жилье. Не у каждого получается. А на службе по контракту можно прилично заработать. Поэтому снова встают под ружьё. У других быть воином – в крови. Они не мыслят себе жизнь иную. У каждого свой путь. Но очень многие привыкают и живут как все.

Вопрос: - А как насчет реабилитации? Есть
ли хоть какая-то программа – государственная, региональная – помощи ветеранам боевых действий?

Ответ: - Никаких государственных программ
реабилитации ветеранов боевых действий не было ни в советские времена, ни сейчас. А люди в ней, особенно психологической, нуждаются и очень. Человек, побывавший на войне, уже никогда не будет прежним. Происходит ломка психики, но происходит и его возмужание как воина. Человек становится крепок духом и телом, но и чувствительным к любым проявлениям жестокости и несправедливости. Да, ветераны войны порой очень прямолинейны, они называют вещи своими именами, с ними порой трудно работать, непросто их понять. Но это люди закаленные, честные и мужественные. Они готовы в любой момент вновь взять в руки оружие и защищать наше Отечество. И поддержка родных – это уже реабилитация. Женам нужно быть чуть более внимательными, более снисходительными, больше прощать, чем обычно.

Вопрос: - А с медицинской точки зрения? Есть
возможность поправить здоровье. Ведь многие возвращались с ранениями.
Ответ: - Поехать в санаторий возможность
есть, она появилась после закона о монетизации льгот по соцпакету. Но люди чаще выбирают льготу на лечение в денежном варианте, считают, что санаторий и лечение, которое действительно нужно, все равно не предоставят. Раньше, правда, могли направить в санатории Анапы и Бердянска, но для этого надо было самому сходить к врачу за направлением. Но не каждый ходил к психтатру. А потом развалился СССР и эти санатории стали украинскими.
Но мне бы хотелось отметить особенно работу
ливенского клуба воинов-интернационалистов. Не каждый город может похвалиться наличием такой общественной организации. Сюда можно просто прийти, поговорить, высказаться, поделиться болью и найти понимание и поддержку, помощь. Она довольно многочисленная. Сегодня в Ливнах порядка 200 человек, проходивших службу в Афганистане, и около 500 — в Чеченской республике.
Хотел бы обратиться к нашим «чеченцам»,
тем, кто служил на Кавказе. Они моложе нас, «афганцев», и не многие из них вливаются в наши ряды. А ведь они пережили войну еще более страшную, потому что она проходила на Родине, в своей стране. Потому что война в Чечне была без линии фронта, в условиях города, где враг кругом. Одним словом, в клубе вас ждут, у нас есть что сказать друг другу и немало общих дел. Мы встречаемся каждый первый понедельник месяца. Это и мероприятия патриотической направленности, спортивные соревнования в школах (в некоторых, кстати, работа как-то поутихла). Будем возобновлять. И, конечно же, поздравляю всех с Днем защитника Отечества!