Крым: перемены и проблемы (заметки отдыхавшего на полуострове).
В начале турсезона-2019 сразу в нескольких СМИ промелькнули сообщения: дескать, россияне в Крым этим летом не едут. Разочарованы, мол, низким сервисом при заоблачных ценах, и вообще, туристический ажиотаж на волне «крымнаш» якобы пошел на спад.
И все же наш корреспондент решил отправиться на отдых не в чужую Анталию, а в родной Крым…
Шофер автобуса на автовокзале в Симферополе настроен хмуро. «Много ли туристов? – переспрашивает он. – Да, вот, сами смотрите: площадь пустая, не то, что в прошлом году». Потом, правда, добавляет: «Вообще-то у нас тут в июне-июле дождей было многовато, да и не жарко…»
Однако, прибывая в город-герой Севастополь, видишь, что «пустота» эта весьма относительна: поток экскурсантов, толпы на пляжах. Гостиницы не то чтобы переполнены: сравнительно бюджетный вариант очень приличной из них – с собственным пляжем, бассейном и гуляющими по дорожкам павлинами – удается заказать за пару дней до выезда.
Рассказывают, что на волне прошлогоднего бума отели несколько задрали цены, но потом, спохватившись, начали снижать. Как и авиакомпании: мне удается долететь до столицы республики за вполне умеренные 7 тысяч. Но авиационные ценовые судороги оказываются гораздо «волатильнее»: буквально через три дня с какого-то перепугу стоимость билета – что в Крым, что из Крыма – подскочила аж вдвое!
И вот я на месте. И стразу окунаюсь отнюдь не в море, а в проблему. Огораживать пляжи де-юре разрешено лишь санаториям по гигиеническим показателям, де-факто же это происходит повсеместно. Балуются этим и крупные отели в Севастополе и на ЮБК, и различные федеральные ведомства с короткими звучными аббревиатурами. А с последними не очень-то поспоришь.
В Севастополе, скажем, больше 150 км береговой полосы заняты предприятиями и базами ЧФ. И это с одной стороны понятно: город был и остается важнейшей морской крепостью России. С другой – Минобороны под эгидой повышения обороноспособности отрезает себе все больше берега.
Кое-где начинаются стройки явно не оборонного характера. В прошлом году это произошло в Балаклаве – в урочище Батилиман: из 200-метровой полосы горожанам и туристам осталось около 20 метров, в этом году – в Казачьей бухте. Окрестных жителей это сильно напрягает. Ведь многие, живя в ста метрах от моря, для купания вынуждены ехать через весь город на пляж, борясь там за место с туристами. А пробки в Севастополе по интенсивности уже близки к московским. Как и цены на продукты – причем даже местные овощи-фрукты.
При том что у местных с малым и средним бизнесом стало не очень. В строительном, гостиничном деле, например, их просто оттерли от заказов. Не раз доводилось слышать и такое: «При Украине здесь власти ничего не делали и не улучшали, но и нас не трогали – мы приспособились как-то выживать. А ныне – обложили поборами и запретами со всех сторон». При этом, разумеется, никто не жалеет об историческом выборе 2014-го, желающих вернуться в бандеровскую Украину нет, как и не было. «Вы не представляете, какой был подъем, когда мы отражали «поезда дружбы» из Киева», – рассказывает мне таксист. – Всю ночь ковали металлические щиты, а потом выстроились с ними в два ряда на перроне. Эти киевские молодчики как глянули в окошки из своих купе – так и не захотели наружу выходить».
Но одним патриотизмом и славным прошлым жив не будешь. А жизнь, что в Севастополе, что в Крыму за пять лет, с одной стороны, принесла большие перемены к лучшему, а с другой – новые проблемы.
Многие севастопольцы, например, – твердой «военно-морской косточки». Поэтому и не готовы стать обслугой туристов по принципу «за ваши деньги –любая прихоть». При мне другой таксист просто высадил некую мадам «с Москвы», которая материлась и хамила в стиле «мы вас спасли, кормим не для того, чтобы вы тут свои права качали». А такие «столичники» с апломбом, увы, не столь уж редко здесь попадаются.
Численность горожан, по их собственной оценке, выросла за это время вдвое – в Севастополе стало реально тесно. Особыми категориями считаются «северяне» и донецкие. Первые – пенсионеры, накопившие за много лет северные надбавки и легко покупающие на них даже по взлетевшим ценам квартиру, а то и две – для сдачи внаем. Вторые – беженцы. Те, что с пухлыми кошельками – вовсю скупают недвижимость, а другие практически нищенствуют, сумев правдами-неправдами закрепиться в теплой Тавриде.
Из разговоров с туристами и местными вырисовывается следующая картина. Местные и приезжие разделяются на две «вокальные партии». В солирующую патриотическую о «возвращении в родную гавань» вплетаются нотки угасающих надежд иных крымчан на российские молочные реки и кисельные берега.
Диссонансом к ним звучат явно завышенные сервисные ожидания туристов, впервые приехавших в Крым после многолетнего зарубежного отдыха. С третьей стороны дребезжит неприятное удивление нынешними ценами тех, кто помнит крымский отдых с пачками украинских гривен в кармане – с ненавязчивым сервисом, но исключительно дешевым.
В этот общий хор через Интернет вливаются злорадные голоса тех, кто, преувеличивая туристические проблемы в Крыму, работает на нынешний Киев и его зарубежных кураторов. Не стоит забывать про жесткую конкурентную борьбу со стороны популярных зарубежных курортов. Кстати, в этом сезоне был отмечен неожиданно резкий рост приезда в Крым именно украинских туристов. Но и в целом по количеству отдыхающих 2019-й уверенно идет на повышение прошлогоднего рекорда.
Взрывной рост туризма, начавшийся на следующий год после возвращения Крыма в Россию, создал определенные интегральные проблемы. Но они же – и возможности. Отток невзыскательных украинских отдыхающих сменился притоком более требовательных, но и более денежных российских.
Персонал в отелях, кафе и других сферах туриндустрии также поменялся с граждан «незалежной» на россиян, причем часто из самых дальних концов страны. Гостиницы строят силами среднеазиатских гастарбайтеров гораздо быстрее и качественнее, чем раньше. Впрочем, при Украине на полуострове, кроме крутых частных резиденций в природоохранных зон, ничего и не было. Ущерб, нанесенный Крыму таким самостийным «хозяйствованием» уже оценен в более чем полтора триллиона рублей.
Сегодня на полуострове активно ведется гостиничное строительство, развивается туристическая инфраструктура. Глава Министерства курортов и туризма Республики Крым Вадим Волченко сообщил, что в этом году был реализован прорывной для Крыма проект по строительству автокемпинга на 500 мест в поселке Оленевка Черноморского района. Для потенциальных инвесторов отведены 29 инвестиционных площадок под создание кемпингов и кемпстоянок в Евпатории, Керчи, Феодосии, Судаке, Раздольненском, Черноморском, Советском, Сакском и Ленинском районах.
В этом году запланировано открытие 9 «объектов размещения» на более чем 600 койко-мест и модернизация свыше 70 санаториев и гостиниц.
Волченко уверен, что крымский туризм будет прирастать за счет развития старых и появления новых тематических туров по полуострову. Впервые за всю современную историю России создан межрегиональный туристический маршрут «Золотое кольцо Боспорского царства» – аналог «Золотого кольца России». Он включает в себя, помимо Крыма и Севастополя, объекты Краснодарского края и Ростовской области. Разработан также уникальный региональный туристический маршрут «Винная дорога Крыма», а также целая сеть локальных этногастрономических маршрутов по полуострову, привлекательных не только в летний сезон.
Большинство приезжих предпочитают экономить, и выбирают не гостиницы, а частный сектор: недорогие мини-отели, апартаменты или просто квартиры и сельские домики. По свидетельству главы регионального отделения Российского союза туриндустрии (РСТ) в Крыму и Севастополе Бориса Зелинского, такой вариант предпочитают порядка 80% отдыхающих. Частники, по его словам, вынуждены были «подтянуться» к гостиничным стандартам: практически у всех есть холодильник, душ, кондиционер и горячая вода. Минусы этой дешевизны, впрочем, тоже налицо: львиная доля этого жилья работает «по-серому», не платя налоги.
«Они обещают своим гостям услуги соседних пляжей, в инфраструктуру которых ничего не вкладывают, – отмечает Зелинский. - То есть паразитируют на своих легальных соседях. В Севастополе, например - на Фиоленте, на Северной стороне, в Казачьей бухте – местные жители нарезали себе земельные участки как бы для индивидуального жилстроительства и настроили там 3 – 5-этажные мини-отели. В итоге число приезжих возросло на порядок и ближайшие пляжи уже задыхаются…».
Робкие попытки как-то решить эту давнюю проблему, введя мелких частных отельеров в легальную зону, пока не увенчиваются успехом: фискальная политика нашего государства оставляет желать лучшего. А резкие меры могут вызвать настоящий социальный взрыв: гостей в сезон размещают здесь очень многие...
«Крымский турсервис сделал за эти пять лет большой скачок, – утверждает Борис Зелинский. – На полуострове сейчас можно найти варианты отдыха практически на любой кошелек. Разумеется, больше возможностей, если начнете искать не в пик сезона и тем более не за пару дней до приезда. Да, в Крыму нет такого количества отелей, как в Турции, и, соответственно, гораздо меньше предложений дешевых «горящих» туров (а именно с ними часто и идет сравнение, когда пишут в сети: в Анталию поехать гораздо дешевле!)».
Спрашивается: а нужно ли стремиться переплюнуть турок в глухой застройке побережий и индустрии all inclusive? Может, по-другому расставить акценты? Таврида, русская душой, обладает огромной исторической и культурной ценностью не только для соотечественников, но и туристов всего мира.
Развивать здесь только «пляжно-балдежный» отдых или восстанавливать одну былую «всесоюзную здравницу» недальновидно. Недаром, Крым называют «полуостровом сокровищ». Побывав лишь в нескольких музеях, дворцовых ансамблях, исторических и ландшафтных заповедниках, можно свидетельствовать – они стоят того, чтобы возвращаться и возвращаться сюда снова.
В крымскую симфонию входит и древний севастопольский Херсонес с его величественными руинами единственного эллинского полиса в Северном Причерноморье и торжественным храмом на месте крещения князя Владимира. Колокольный звон обрамляет пение стихов Еврипида и Софокла в античном театре.
«Государеву» тему через века продолжают знаменитая Ливадия, памятная, в том числе Ялтинской конференцией; готический Воронцовский дворец в Алупке, изысканный дворец Александра III в Массандре, у которых проводятся камерные концерты классики опенэйр. Появились и совсем новые достопримечательности. Например, севастопольская база «Ночных волков» у горы Гасфорта вокруг брошенного здания ГОКа с оригинальным музеем дизайнерской техники. Но это лишь «приправа» к основному блюду. Литературно-художественная крымская оратория звучит голосами Антона Чехова в Ялте и Гурзуфе, Максимилиана Волошина в Коктебеле, Александра Грина и Ивана Айвазовского в Феодосии. В эти чарующие звуки вплетается грохот орудий – героическая тема сражающегося Севастополя: Малахов курган, Сапун-гора, музей на 35-й береговой батарее. Пороховая гарь и звуки войны, в свою очередь, рассеиваются среди ароматов и щебета птиц Никитского ботанического сада.
Торжественной, покрывающей все кантатой высится в Форосе на горе Красной над Тихим заливом храм Воскресения Господня. Построенный московским купцом первой гильдии Александром Кузнецовым – по одной из версий, в честь чудесного спасения Александра III и его семьи в железнодорожной катастрофе в октябре 1888-го у станции Борки – он, кажется, освящает со скалы все, докуда дотягивается сияние его золотых куполов.
Все перечисленные объекты благодаря федеральным целевым программам приведены ныне в отличное состояние. Но остаются и весьма проблемные, находящиеся на грани гибели памятники истории и культуры, как, например, «крымское Абрамцево» – имение Якова Жуковского Кучук-Кой в поселке Парковое. Но при наличии федерального внимания, усилий общественности все это можно спасти и «поднять».
Какой же из этого следует вывод? Культурно-исторический, патриотический, ландшафтный потенциал Крыма проявлен еще далеко не полностью. И он требует государственной стратегии.
А есть ли она сегодня?
Заместитель Заксобрания Севастополя Александр Кулагин делится своими размышлениями.
– К сожалению, пока не выработано долгосрочное видение туристического развития города. Недавняя классификация показала, что у нас нет ни одной пятизвездочной гостиницы и всего одна «четверка». Если приоритет – пляжный отдых, то нужно наращивать их количество. Если же главным ориентиром туризма будет признано культурное, историческое, военно- патриотическое направление, объектов которого в Севастополе предостаточно, то нужны недорогие гостиницы внутри города, особенно для размещения массовых детских экскурсий, которых сейчас, по сути, нет. А ведь сюда можно было бы привозить школьников и в межсезонье, чтобы они погружались в историю города, в ее античную эпоху, во времена первой обороны Севастополя 1854 –1855 гг., героической обороны и освобождения города и Крыма в Великой Отечественной войне.
– Нужно активизировать развития детского познавательного, воспитательно-патриотического, да и оздоровительного туризма, –считает Борис Зелинский. – В СССР была продуманная целая индустрия детского лагерного отдыха. А сейча учителя просто не хотят связываться с такого рода поездками, экскурсиями – слишком много требований и мало помощи от государства. Например, в удешевлении той же транспортной составляющей.
В «старые добрые времена» сразу после выхода фильма «Три плюс два» возникла мода на «дикий» туризм в Крыму – когда с палаткой и едой на костре. Благо «диких» пляжей в советское, да и первое постсоветское время здесь хватало. Сейчас такой отдых на полуострове сходит на нет.
– Труднее стало разбить лагерь в заповедниках, парках – они сегодня охраняются гораздо лучше, чем при Украине, – поясняет Зелинский. – Диких пляжей, да еще если к ним можно подъехать на машине, практически не осталось. К тому же сами нынешние туристы уже не те – даже студенты не готовы жить без душа, хорошего кофе, вина из бокала, а не из железной кружки. Для экономного «не гостиничного» отдыха на природе ныне развивается сеть кемпингов с простыми домиками и шашлычными зонами.
Но конечно, без пляжей и купания – Крым не Крым. Здесь проблем, увы, еще тоже немало. Закрытые заборами с колючей проволокой и щитами от посторонних глаз ведомственные пляжи пустынны в разгар сезона. Рядом же, скажем, на ялтинских городских пляжах Приморского парка в горячий сезон негде яблоку упасть. Чтобы переодеть плавки надо простоять в очереди с четверть часа. Сверху – от магазинов и кафе оглушительно гремит попса. Впрочем, изменения к лучшему в курортном хозяйстве в той же Ялте, видны невооруженным глазом: прекрасно реконструирована набережная, на улицах и пляжах нет прежних сезонных гор мусора. Полно кафе и туалетов. Исчезли ходившие по головам торговцы горячей кукурузой и «семками». Еще не Ницца, но уже далеко и не захолустный Бердянск.
Конечно, некоторые вещи просто напрягают. Еще в аэропорту Симферополя и Билайн, и МТС уверенно определяют тебя как абонента в международном роуминге. На полуострове почему-то отсутствуют отделения Сбербанка. На открытие железнодорожного сообщения в обход Украины, намеченного на эту зиму, как и на сдачу новой федеральной трассы «Таврида» здесь возлагают особые надежды. Поскольку основную проблему с ростом турпотока видят в высоких расценках авиаперевозчиков. Проблему эту должен был решить национальный лоукостер «Победа», вроде как для этого и созданный. Однако он в Крым как раз и не летает. Боится санкций? А почему их не боится тот же «Аэрофлот»?
«Под занавес» – о туристической статистике. По данным Министерства курортов и туризма КР 6,8 млн туристов (постсоветский рекорд) побывало в Крыму за прошлый год, что на 28 % больше, чем в 2017-м. и на 79% – чем в 2014-м.
Стоит учесть при этом и почти полное прекращение турпотока из дальнего зарубежья из-за пресловутых санкций. В последние годы он стал прибавлять: не только китайцы с иранцами, но и немцы едут в Тавриду через Москву, купив туры в Россию.
Однако до советского рекорда 1988 года (8,3 млн туристов) еще, как говориться, пахать и пахать.
Впрочем, крымские отельеры и федеральные туроператоры смотрят на будущее с осторожным оптимизмом.
Ведь Крым — он один такой!
Москва-Севастополь-Ялта