Вопрос дня: придут ли за "навальнятами" пьяные матросы и сапожники из Бердичева?

В блоге журналистки Марии Орловой зашла дискуссия про 1991 год. Одни уверяли, что для них его события стали исторической травмой, других – напротив, вспоминали его с благодарностью. Подводя итоги дискуссии, Орлова обратилась к другому историческому событию – 1917 году, который, несомненно, стал травмой для всех жителей страны без исключения: «Что удивительно, старшее поколение, да и мои ровесники, значительную часть жизни были убеждаемы всеми средствами госпропаганды, что Октябрьская революция - лучшее, что произошло с российским населением за всю историю. Сейчас перечитываю "Повесть о жизни" Паустовского (я ее читаю раз в год лет с 12-ти). Так он там так описывает события 1917-го года, как будто это действительно были святые праздничные дни. По-другому писать в 1960-е было нельзя. Нынешние 60-ти 70-ти летние граждане (к которым относится и президент Путин со своим окружением) выросли на фильмах про Гражданскую войну, на песнях про раненых командиров полка и орленка, который должен лететь на станицу, и рассказать, как сына вели на расстрел, на "Красных дьяволятах" и "Свадьбе в Малиновке". Но именно эту возрастную категорию сейчас больше всего пугает возможность революции, которую они представляют по тем, сто с лишнимлетней давности лекалам. Недавно в комментариях у одного уважаемого друга прочитала: мол, сейчас митингуют студенты, а за ними придут пьяные матросы и сапожники из Бердичева. Как будто не сгинули все сапожники из Бердичева в огне репрессий и Холокоста, как будто не уехали их потомки в Хайфу и на Брайтон-Бич. Ну и фактор матросов переоценен: на флоте уже другие технологии. Такая ломающая весь уклад революция, к счастью, уже невозможна. Мы сегодня живем в совсем другой стране. В дореволюционной России основное население было патриархальным крестьянством. Его уклад жизни не менялся тысячелетиями. Из-за того, что вторая треть 19-го века была годами, когда Николай I подморозил экономику, и буржуазная модернизация запоздала, на рубеже 19-го и 20-го века все стало развиваться слишком быстро. Патриархальных крестьян сначала выдернули из деревень работать на заводах, а потом вообще отправили воевать на Первую мировую войну. Причем кого отправили? Молодых парней, которым, в силу возраста и интеллектуальной неразвитости не было жалко ни себя, ни других. Тогда же шла резкая социальная модернизация в черте оседлости, распадался такой же тысячелетний уклад жизни еврейских кагалов. И вот эта молодежь, вышедшая из под патриархальной опеки, стала движущей силой перемен. Жестокой, все сметающей на своем пути. Помню, года три назад я сильно хромала, и поняла, что станции метро в центре Москвы строились молодыми здоровыми людьми для молодых здоровых людей, малая мобильность совершенно не бралась в расчет. Все эти длинные переходы, лестницы и так далее. Родители этой молодежи остались в русских деревнях и еврейских местечках сидеть на завалинках, доживать. А они создавали новый мир. Екатерина Шульман приводила такую статистику. В 1919 году средний возраст жителей Петрограда был 19 лет, и превалировали мужчины. А сейчас средний россиянин - это человек старше 40 лет, причем женщины преобладают. Ну какую революцию устроит немолодая женщина? Нет, устроить-то она устроит. Особенно, если кто-то посягнет на с таким трудом давшихся ей детей (тоже уже не маленьких). Но в силу возраста и опыта российская женщина понимает, что наводить порядок и разгребать последствия придется именно ей. А еще, в отличие от России 1917 года, у нас сейчас все грамотные. Большинство даже с высшим образованием, причем, чем моложе, тем образованнее. В общем, уважаемые читатели, не бойтесь. Революции наподобие Октябрьской больше не будет. Даже если на улицы Питера выйдут студенты всех вузов, пьяные матросы и сапожники из Бердичева за ними не пойдут, их уже просто не существуют...»