Плохой хороший Сталин. Канун начала войны

«Мы готовы, если угодно – пусть придут»

Это заявление Сталина не является легкомыслием или глупостью, и даже не военной хитростью, к которой он прибег в беседе с югославским послом, когда тот трижды предупредил его о скором нападении Германии. Формированию такой, как теперь понятно, ошибочной оценки во многом способствовал не только весь предыдущий опыт, но и советская разведка:

– 22 апреля агент «Дора» из Цюриха сообщает начальнику Разведупра – «берлинские круги называют 15 июня как дату похода на Украину. Они рассчитывают только на слабое сопротивление». (стр. 100).

– 19 мая «Дора» Разведупру – «сведения о предполагаемом походе немцев на Украину происходят из самых достоверных немецких кругов и отвечают действительности. Выступление произойдет, только когда английский флот не сможет войти в Черное море, и когда немецкая армия закрепится в Малой Азии. Следующая цель немцев – занятие Гибралтара и Суэц канала с тем, чтобы изгнать английский флот из Средиземного моря». (стр. 223). Об успехе в Египте (Суэц) как о красной линии, за которой последует нападение на СССР, говорил и агент «Лицеист» в своем сообщении от 16 апреля (стр. 82-83).

– 9 июня агент «Шиллер» из Шанхая сообщил, что, по словам высокопоставленного сотрудника немецкого МИДа, Германия полностью подготовилась к войне с СССР, причина выступления – хозяйственные и экономические трения между странами. И если война с Англией не закончится до осени, «то немцы намерены оккупировать Украину и Донбасс для обеспечения себя углем и железом». «Если же война закончится до осени, то возможна сделка с СССР без вооруженного конфликта». При этом, для ускорения победы немцы будут использовать белогвардейцев и украинцев. [1]

Как отмечал Судоплатов, в разведданных была упущена качественная оценка немецкой тактики «Блицкрига»!

– Мы знали, – утверждал он, – что длительная война потребует дополнительных экономических ресурсов, и полагали, что если война все же начнется, то немцы прежде всего попытаются захватить Украину (!! В.М.) и богатые сырьевыми ресурсами районы для пополнения продовольственных запасов. «Это была большая ошибка (!!! В.М.): военная разведка и НКВД не смогли правильно информировать Генштаб, что цель немецкой армии в Польше и Франции заключалась не в захвате земель, а в том, чтобы сломить и уничтожить боевую мощь противника». [2]

Соответственно, оценки советской разведки, в том числе военной, легли в основу документов оборонного ведоства:

«В случае войны с нами, – говорилось в апрельской Директиве наркома обороны и начальника Генштаба КА командующему Западным особым военном округом генерал-полковнику Павлову, – Германия из имеющихся у нее 225 пехотных, 20 танковых и 15 моторизованных дивизий, сможет направить против наших границ до 200 дивизий, из них до 165 пехотных, 20 танковых и 15 моторизованных. Развертывание главных сил (В.М.) немецкой армии вероятно на Юго-Востоке с тем, чтобы ударом на Бердичев-Киев захватить Украину». [3] Определялись и направления вспомогательных ударов – из Восточной Пруссии на Двинск и Ригу, и в направлении Барановичи-Минск.

Таким образом, основной целью предстоящей войны Директива также определяла Украину, а области севернее – Белоруссия, Прибалтика и весь Северо-Запад, как вспомогательные, приграничные области, необходимые для удержания Украины и снабжения войск. Однако при всем этом, война рассматривалась только как вероятность, и тому были причины. Так, начальник Разведупра Голиков сообщал о группировке немецких войск на 1 июня (!): «В течение второй половины мая месяца главное немецкое командование, за счет сил, освободившихся на Балканах, производило: 1. Восстановление западной группировки для борьбы против Англии; 2. Увеличение сил против СССР; 3. Сосредоточение резервов главного командования… – против Англии (на всех фронтах) 122-126 дивизий; – против СССР 120-122 дивизии (выделено, – В.М.».[4]

Сообщение Голикова несколько противоречило апрельской Директиве НКО в отношении количества сил на Востоке (Директива была ближе к истине), однако показывало, что группировки немецких войск на Западе и Востоке примерно равны.

Таких сообщений было много, но Сталин хранил спокойствие, потому что сил для масштабной, но все-таки локальной войны у нас было достаточно, несмотря даже на недоукомплектованность войск и устаревшее вооружение, хотя бы потому, что стоимость государственных материальных резервов за полтора года до войны возросла почти вдвое и составила 7,6 млрд рублей. Идею их создания предложил лично Сталин. По его же инициативе был полностью прекращен экспорт золота и золотые запасы СССР значительно выросли. [5]

Открытым оставался только вопрос, куда же Гитлер ударит сначала, если «выступление произойдет, только когда английский флот не сможет войти в Черное море, и когда немецкая армия закрепится в Малой Азии» и если следующая цель Гибралтар и Суэц?

Сталин действительно обладал всей полнотой информации, как не без задней мысли подметил в 98-м году академик Яковлев в своем предисловии ксборнику документов «Россия. XXвек.Документы», но у него не было ответа на главный вопрос – где будет первый удар? Исходя из того, что он считал Гитлера авантюристом, которому нельзя верить, но не сумасшедшим, и сам действовал рационально, ожидая от него того же, а также учитывая примерно равное разделение немецких сил на европейском театре, напрашивался логический вывод – Гибралтар и Суэц! И только после этого СССР и конкретно – Украина.

Отсюда планирование учений до 22 ноября 1941 года и комплектование новых дивизий примерно в эти же сроки. Отсюда же и «План текущих военных заказов НКО, НКВМФ и НКВД на II квартал 1941 года». Он составлял четверть от годового плана, поэтому умножив показатели плана за второй квартал на оставшиеся месяцы (хотя, в последующем план мог пойти по нарастающей), получим итоговую цифру. Итак, II квартал, основные положения:

– выстрелы зенитные (37, 76, 85 мм) – 2 млн 250 тыс. шт,

– выстрелы противотанковых (45, 76 мм) – 3 млн 675 тыс. шт,

– ручных гранат – 4 млн 100 тыс. шт,

– мин (50, 82 мм) – 5 млн 150 тыс. шт,

– танков КВ – 250 ед., Т-34 – 600 ед. (до конца года планировалось 1800 ед),

– истребителей (новейших) всего 2179 ед., из них: Миг-3 – 920, Лагг-3 – 830, Як-3 – 285, Як-1 – 144.

– Штурмовики Ил-2 – 402 ед.

Со стрелковым оружием во II квартале дела обстояли немного хуже, так как автоматы ППШ планировались только в количестве 45 тыс. ед., пулеметов разных калибров тоже было маловато – порядка 11 тыс.[6] Тем не менее, план показывал всю серьезность подготовки к масштабной и современной войне, подготовку главным образом к обороне, о чем говорит большое количество зенитных и противотанковых выстрелов, а не танков или автоматов, например. Это то, о чем не сказал Яковлев, но что помимо его воли и в силу объективных обстоятельств вытекает из документов, если внимательно их читать и анализировать. К этому можно добавить, что поскольку в зиму воевать в здравом уме обычно никто не решается, значит Гитлер нападет весной 1942 года.

Уверенность и спокойствие Сталина опиралось и на его военно-политическую оценку Красной Армии и вермахта, которой он поделился с выпускниками военных училищ 5 мая 41-го года. Он отметил, что армия стала другой, прежде всего, в количественном отношении – 300 дивизий, т.е. в любом случае больше того, что выставил Гитлер против СССР. Из 100 дивизий две трети танковые, одна треть механизированные, выросло качество вооружений, увеличилась его огневая мощь, выросла скорость самолетов с 400 до 650 км/ч, они станут «самолетами первой линии», которые «расчистят дорогу» относительно устаревшим моделям, обреченным на уничтожение, если их оставить в первой линии (так и случилось). Он указал и на проблемы – прежде всего, это отставание учебных программ в военных училищах от изменившейся обстановки в армии. Обучение проходит на старых образцах и по старым методикам.

Но Сталин, естественно, не сказал, что все это будет готово и укомплектовано только к весне 1942 года и что учиться новым методам войны уже будет некогда!

В своей оценке Германии он подчеркивал, что, когда она начала войну и шла в первый период под лозунгом освобождения от гнета Версальского мира, этот лозунг был популярен и встречал поддержку всех обиженных Версалем. Но она изменила лозунги освобождения на захватнические, и поэтому германская армия не будет иметь успеха. С точки зрения военной, в германской армии ничего особенного нет, «она теряет свой пыл». В ней появилось хвастовство и зазнайство. «Военная мысль Германии не идет вперед, военная техника отстает не только от нашей, но Германию начинает обгонять Америка» (стр. 158-162).

В этот же день Пленумом ЦК ВКП(б) (опросом) было принято решение «Об усилении работы Советских центральных и местных органов», в результате которого Сталин был назначен Председателем СНК – дело мобилизации и обороны страны сосредоточилось в одних руках.

______

[1] Там же. – С. 336-337.

[2] Судоплатов, П.А. Разведка и Кремль/ Записки нежелательного свидетеля// ТОО «Гея», М. 1996. – С.52.

[3] Россия. XX век.Документы/Книга вторая/М., 1998. – С. 134.

[4] Там же. – С. 289.

[5] Микоян А.И. Так было. — М.: Вагриус, 1999. http://militera.lib.ru/memo/russian/mikoyan/04.html

[6] Россия. XX век.Документы/Книга вторая/М., 1998. – С. 64-66.