Бальзак и Ганская: роман по-переписке

Французский писатель Оноре де Бальзак никогда не страдал от отсутствия женского внимания, но любовью всей жизни он называл польку и русскую подданную Эвелину Ганскую. Их роман в письмах продолжался целых 17 лет, а когда, наконец, влюбленные сумели воссоединиться, для счастья у них осталось всего 5 месяцев. 

Великий французский писатель Оноре де Бальзак (1799—1850) родился в Туре в семье небогатого чиновника и дочери французского буржуа. Детство его прошло вдали от родительского дома. Сначала воспитанием мальчика занималась кормилица, простая крестьянка, а когда ему исполнилось четыре года, Оноре отдали в пансион. До восемнадцати лет Бальзак был вынужден учиться и жить в интернатах и колледжах, и всю свою жизнь писатель будет вспоминать это время как самое тяжелое и безрадо­стное.

С юных лет каждую свободную минуту Оноре проводил в библиоте­ках, целыми днями читал, но когда сам попробовал писать, был осмеян своими сверстниками, давшими будущему писателю насмешливое прозвище «поэт».

Когда мальчику исполнилось 14 лет, он перенес тяжелейшее не­рвное заболевание, и родители были вынуждены забрать Оноре домой. Через год семья Бальзака перееха­ла в Париж, где ребенка опять отда­ли в пансион. Переживая тяжкую душевную драму, не имея в детстве друзей и близких людей, необщительный и немногословный мальчик пообещал себе стать прославленным гением, которому никогда уже не дадут обидных и едких прозвищ, не будут насмехаться над ним и сажать в холодный, страшный карцер за любую, даже малейшую провинность.

И Бальзак пришел к славе и известности. Пообещав себе стать великим, он добился этого упорным, порой адским трудом. Закры­вался в комнате и при свете нескольких свечей работал по десять, а иногда по двадцать часов в сутки. Его спасали крепкий кофе и непо­колебимое, фантастическое упорство.

Уже через несколько лет после того, как Бальзак стал публиковаться, выхода его новых книг ждал весь литературный Париж, издатели умоляли писателя создать для них очередной шедевр и обещали огромные гонорары, в любовницах у него были самые красивые и известные дамы Франции, и каждый день ему приходили десятки писем из разных уголков мира.

Однажды, 28 февраля 1832 года, Бальзак получил маленькое пись­мо, которое, возможно, и не прочитал бы вовсе, если бы не заметил, что на конверте не был указан обратный адрес. В конце письма лаконично и таинственно кто-то подписался: «Чужестранка».

«Ваша душа прожила века, милостивый государь, — писала не­знакомка, — а между тем меня уверили, что Вы еще молоды, и мне захотелось познакомиться с Вами… Когда я читала Ваши произведения, сердце мое трепетало; Вы пока­зываете истинное достоинство жен­щины, любовь для женщины — дар небес, божественная эманация; меня восхищает в Вас восхититель­ная тонкость души, она-то и позво­лила Вам угадать душу женщины».

Почерк и манера излагать свои мысли выдавали образованную, по всей видимости состоятельную женщину.

Бальзак ни на миг не со­мневался, что она была умна, моло­да и очень красива. Вскоре таин­ственная незнакомка в новом пись­ме раскрыла себя, назвавшись Эвелиной Ганской (1802—1882), урож­денной Ржевусской — она происходила из старинного польского рода. Ей было тридцать два года, хотя она и скрывала свой возраст, всегда отнимая пять лет.

Между известным писателем и прекрасной Чужестранкой завяза­лась переписка, которая оказалась столь пылкой и страстной, что не было сомнения —в жизни Бальзака начался любовный роман, и про­должался он долгих шестнадцать лет. Ганская говорила на английс­ком и немецком языках, свободно владела французским, на котором и шла переписка.

Бальзак писал своей таинственной возлюбленной: «Не бойтесь меня, не верьте ничему дурному, что обо мне говорят! Я просто ребе­нок, но гораздо более легкомысленный, чем Вы полагаете. Зато я чист, как дитя, и люблю, как дитя». Его письма, полные страстными от­кровениями и чувствами, сводили ее с ума: «Обожаемая повелитель­ница, Ваше спящее величество, гордая королева… роза Запада, звез­да Севера…»

Посредницей в тайной переписке была гувернантка дочери Ганс­ких —Анриетта Борель. Именно Лиретта, как ласково называли мисс Борель в доме Ганских, побудила Эвелину написать письмо извест­ному французу. Именно она стала сообщницей в этом безумном ро­мане своей хозяйки, которую потом люто возненавидела — после смерти мужа Эвелины.

Венцеслав Ганский был стар (на 19 лет старше своей супруги), и можно было рассчитывать, что через пять—десять лет Эвелина обретет свободу. Влюбленные строили планы на будущее, а Бальзак, успокаивая далекую подругу, постоянно повторял ей: «Глу­пышка, через десять лет тебе будет тридцать семь, а мне чуть за со­рок. Люди в этом возрасте вполне могут любить, соединяться браком, целую вечность обожать друг друга».

Бальзак засыпал Ганскую стра­стными посланиями: «Вы одна можете осчастливить меня… Ева (по­звольте мне сократить Ваше имя, так как Вы олицетворяете для меня все женское начало — единственную в мире женщину, как Ева для первого мужчины)… Я стою перед Вами на коленях, мое сердце при­надлежит Вам. Убейте меня одним ударом, но не заставляйте меня страдать!..»

Он постоянно клялся Эвелине в любви, верности и непорочнос­ти. На самом же деле, будучи великим интриганом, обожающим во­обще всех женщин на земле, к тому же поддающимся любому соблаз­ну, Бальзак влюблялся, терял голову и изменял своей далекой чуже­странке.

Читая письма от Чужестранки, Оноре де Бальзак понимал, что их пишет образованная дама с тонкой душевной организацией. Он все больше влюблялся в незнакомку и засыпал ее восторженными письмами. В конце концов, они условились о встрече.

Бальзак отправился в Швейцарию в городок Невшатель в 1833 году. Увидев друг друга в первый раз, они почувствовали себя ужасно неловко. Писатель был в восторге, т. к. его возлюбленная оказалась гораздо красивее, чем он предполагал. 

Сама же Эвелина была разочарована, увидев обрюзгшего растрепанного писателя. Но это было до тех пор, пока он не начал говорить. Обаяние и восторг Бальзака покорили ее.

Влюбленные после этого не виделись долгих восемь лет. В письмах Бальзак и Ганская мечтали, что вскоре смогут быть вместе, но годы шли, и ничего не менялось.

Ганская овдовела 1841 году. Бальзак отправил ей сдержанное письмо, боясь огорчить Эвелину, оплакивавшую кончину мужа, своей радостью. Но вдова не готова была выходить замуж снова, она отклонила предложение руки и сердца писателя. Кроме этого, брак с французом грозил графине лишением богатства, которые муж оставил в наследство ей, а не родственникам.