В двух шагах от войны. Самое страшное интервью Путина
Два важных события в преддверии встречи в Женеве лидеров двух великих держав случились почти одновременно: Владимир Путин дал интервью телеканалу «Россия 1», а президент США Джо Байден выступил в Англии на американской военной базе. Оба президента высказались о том, как оценивают политику противника. Именно противника. Слово «партнёр», конечно, будет использоваться и дальше. Но так, как вчера, говорят о смертельных врагах.
Владимир Путин говорил как обычно – то есть сдержанно, иронично, остроумно и так, что его ответ на любой вопрос можно разбирать на цитаты. Тем более сильное впечатление эти ответы производили, потому что общее впечатление от них получалось таким: опасность войны больше не является гипотетической. Ещё раз. Есть реальная опасность большой войны, и это нужно каждую минуту иметь в виду.
Встреча с Байденом через неделю – встреча лидеров стран, которые могут вступить в войну на уничтожение в любой момент. И действия одной из этих стран, США, каждый день делают опасность всё ближе и реальнее.
Это будут переговоры типа: вы понимаете, до чего уже дело дошло? Отступитесь. Может быть, другого шанса уже не будет.
Про это часть интервью Путина о «красных линиях». Так мыслит сегодня президент России – война на пороге. Он поэтому и не говорит этого слова вслух, только обозначает эти самые «красные линии», причём делает это предельно доходчиво. Например, объясняет, почему Россия не может спокойно смотреть на попытки Украины вступить в НАТО. Предлагает журналисту: представьте себе, что наши ракеты опять размещены на Кубе: подлётное время до Вашингтона 15 минут. А теперь представьте себе, что они размещены на южной границе Канады – подлётное время меньше 10 минут. Сочтут это в США «красной линией»?
Да, говорит президент России, есть формальности, которые препятствуют вступлению Украины в НАТО и размещению там американского наступательного оружия или ПВО. Но разве мы можем рассчитывать на то, что американцы будут соблюдать провозглашенные ими же правила? Да ведь нет, конечно, они их столько раз нарушали.
Вторая важнейшая часть интервью Владимира Путина – про Украину. И тут видно, что ему уже с трудом удаётся сдерживаться. Президент России говорит тем же спокойным ироничным тоном, но он уже не подбирает слов. На вопрос об украинском законе про «некоренные народы» он практически открытым текстом говорит: это делают гитлеровцы. Они уже завтра могут перейти к тому, чтобы измерять людям черепа, чтобы определить, кто тут ариец, а кто нет. Они подводят ситуацию к тому, что из Украины побегут те, кого не признают украинцами. Многие помнят, как Владимир Путин говорил, пытаясь образумить людей по ту сторону нашей западной границы: мы ведь один народ. Но сейчас, вспоминая о президенте Зеленском, он говорит другое. Он напоминает Зеленскому про то, что тот – еврей. Для каждого, кто изучал историю Великой Отечественной войны хотя бы в школе, очевидно: это последний аргумент. Что ты делаешь, ты забыл, кто ты и что с твоим народом, с твоими предками делали любители измерять черепа? Ты решил, что ты можешь делить людей на полноценных и второсортных? Вспомни Бабий Яр и спроси себя, что ты делаешь. Может быть, ещё не поздно остановиться. Не хочешь подумать о русских – подумай о себе, о том, кто тебя и твоих детей признает «украинцами».
Это самое страшное интервью Путина за 21 год. За всё время, что мы знаем Путина. За спокойствием его тона, за его ироничным прищуром, за его скупой жестикуляцией, за его уверенностью в себе скрывается страшное напряжение. Предвоенное напряжение.
И достаточно послушать американского президента, чтобы почувствовать это напряжение ещё острее. За неделю до судьбоносных переговоров в Женеве вражеский лидер говорит о мобилизации всех сил Запада против России.
Я сообщу Путину, что нарушения суверенитета демократических стран не останутся без последствий. Это касается событий в США, Европе, других частях света; США не ищут конфликта с РФ, но дадут решительный ответ, если Россия своими действиями будет наносить нам урон… Не стоит сомневаться в решимости США защищать наши главные ценности, наши стратегические интересы. Мы находимся в переломном моменте мировой истории. Мы должны доказать, что демократии не только выживут, но и добьются успеха.
Да, в этой речи можно увидеть то, чего так боятся наши доморощенные «патриоты заграницы»: готовность отдать Путину «власть над восточным полушарием», лишь бы он не распространял влияние России на Запад. Это было бы прекрасным итогом женевской встречи – раздел сфер влияния великих держав, «полмира отвели они себе, противнику другая половина». Да, Байден почти прямым текстом заявляет, что боится и не хочет войны. Но он вынужден декларировать готовность США и Запада к самой острой конфронтации. Он говорит о мобилизации «демократических стран» против России. И он ведь говорит всё это, одновременно обсуждая слёзную просьбу украинских нацистов срочно принять их в НАТО, говорит это перед началом учений, в которых НАТО будет отрабатывать вторжение в Крым, говорит это, понимая, что санкционная холодная война в любом случае будет продолжаться.
Надежда на мир, на распределение сфер влияния, надежда на страх врага перед войной – остаётся. Для неё есть место. Но нужно понимать – «красные линии» проведены совсем близко. Противник уже подошёл к ним вплотную. И его безумие и ненависть к России таковы, что он может их пересечь.
АНДРЕЙ ПЕРЛА, издание «ЦарьГрад»