Гайдуки против казаков. Украинскую государственность может разрушить национальный вопрос
Криминально-олигархический переворот в Киеве в феврале 2014 года, издевательски названный «революцией достоинства», привел ее организаторов (про майданную массовку и говорить нечего) к ряду неожиданных для них последствий. В том числе и на том самом европейском направлении, по которому вроде бы уверенно движется Украина.
В частности, начав повальную дерусификацию и всеобщую насильственную украинизацию, Киев заодно задел другие национальные меньшинства, включая венгерское, румынское, польское. Притом что соседи Украины не только считают необходимым этих людей защищать, но имеют к Киеву серьезные исторические счеты, в том числе территориальные претензии.
Особенно острым является конфликт между Украиной и Венгрией. Будапешт претендует на Закарпатскую область Украины, которая до 1918 и в 1939–1944 годах входила в состав Венгрии. Сегодня в регионе проживают свыше 150 тысяч мадьяр, составляющих около 15 процентов населения и давно требующих создания собственной автономии.
Кроме того, в Закарпатье живет значительное количество русинов – этнической группы, которую иногда считают отдельным этносом, иногда – субэтносом украинцев. Русины, как и венгры, требуют создания в регионе автономии, при этом они ориентируются либо на Москву, либо на Будапешт, но не на Киев.
Еще до киевского переворота 2014-го Будапешт занимался тем, что раздавал венгерские паспорта тем жителям Закарпатья, которые жили здесь до 1944-го, а также их прямым потомкам. По-видимому, такие документы успели получить даже не десятки, а сотни тысяч человек, причем отнюдь не только этнические венгры. Соответственно теперь Будапешт обязан защищать этих новых граждан своей страны. При этом на протяжении нескольких лет парламент Венгрии практически полностью состоит из правых и крайне правых депутатов. Премьер-министр Виктор Орбан, представляющий «просто правых», является своеобразным диссидентом ЕС и НАТО. Он имеет достаточно хорошие отношения с Москвой, зато очень плохие – с Киевом. В ответ на организованную украинизацию среднего образования во всех регионах страны, независимо от их этнического состава, Будапешт стал блокировать проведение всех мероприятий в формате Украина – НАТО. При этом в стране очень сильна идея «Великой Венгрии», подразумевающая как минимум активную защиту соотечественников на Украине, в Словакии, Румынии, Сербии, как максимум – присоединение к Венгрии тех частей этих стран, где венгерское население преобладает. Со своей стороны на Украине все громче призывы как можно жестче вести себя с закарпатскими венграми, любыми способами, включая силовые, подавляя их требования автономии и раздачу в регионе венгерских паспортов.
Представить себе войну Украины с членом ЕС и НАТО, куда так яростно и безнадежно рвется Киев, вроде бы совершенно невозможно. С другой стороны, в данном случае очень явно коса находит на камень, обе стороны идут на принцип. Для венгерского руководства защита зарубежных соотечественников – одна из основ внешней политики. Для украинского в основе внутренней политики лежат тотальная украинизация и унитарное устройство страны. Если допустить хотя бы одно исключение из этих принципов, Украина может вполне реально пойти вразнос.
Разумеется, Киев не откажется от демонизации России и представления ее в роли не просто главного врага, но абсолютного зла, виновного во всех бедах страны и ее населения. Однако у этой идеологической основы нынешней украинской политики есть один минус – она создает у украинцев чувство тотального поражения, поскольку победить Россию, мягко говоря, затруднительно. А это в какой-то момент может обернуться против самого киевского режима. В связи с этим желательно найти какого-то «побочного» противника, которого можно победить.
Будапешт в этом плане весьма удобен. Во-первых, как было сказано, он является диссидентом ЕС и НАТО, то есть Брюссель и Вашингтон не будут слишком яростно его защищать, особенно если Венгрия начнет войну первой. Во-вторых, ВС Венгрии в настоящий момент являются по сути пренебрежимо малой величиной. С ВС Украины их просто бессмысленно сравнивать. По количеству техники всех классов превосходство украинской армии над венгерской либо подавляющее (в разы и на порядки), либо абсолютное, а качество вооружения – примерно одинаковое. Венгерские истребители шведского производства «Гриппен» немного получше украинских Су и МиГов, но их всего 14. Кроме того, что чрезвычайно важно, у украинской армии уже есть определенный боевой опыт и большая устойчивость к собственным потерям. У мадьяр опыт нулевой, насчет устойчивости к потерям есть очень большие сомнения.
Соответственно Киев может намеренно ужесточить отношение к закарпатским венграм, провоцируя ответное ужесточение действий Будапешта. Если венгерские власти не ответят ничем, кроме политических заявлений, то украинское начальство сможет заявить о своей полной победе в смысле сохранения территориальной целостности страны, ее унитарного устройства и неуклонного проведения украинизации. Если же удастся спровоцировать Будапешт на какие-либо силовые действия в Закарпатье, то Киев сможет объявить себя жертвой еще одной агрессии, а потом это нападение доблестно отразить, нанеся противнику сокрушительное поражение и подняв рейтинг режима у населения.
Правда, если Киев слишком перегнет палку, то может нарваться не только и не столько на классическую войну с венгерской армией, в которой вроде бы обречен на победу, сколько на партизанскую войну в горно-лесистой местности Закарпатья. Партизанам здесь очень удобно. И партизанами этими будут местные жители. А другие местные жители будут партизан активно поддерживать. То есть то, от чего так мучилась Советская армия в 40–50-е годы в этих же местах, сражаясь с бандами УНА-УНСО (террористическая организация, запрещенная в РФ), теперь получит Киев, который эти самые УНА-УНСО превратил в национальных героев.
И если на любые карательные действия украинской армии в Донбассе Запад однозначно закроет глаза, то в Закарпатье так не получится. Возможно, НАТО будет не слишком активно защищать Венгрию, но Украину тем более защищать не станет. Вашингтон и Брюссель начнут требовать от Киева договариваться с местным населением. Более того, если партизанская война станет затягиваться, то начнет стремительно ухудшаться морально-психологическое состояние украинской армии. Дезертирство сильно ускорится, причем из лесов Закарпатья будет очень удобно бежать в совсем близкую Европу (в том числе и в Венгрию). И в этом случае говорить о победе уже не придется. Киеву надо будет сворачивать военную операцию и идти-таки на уступки венграм. После чего послаблений потребуют и другие национальные меньшинства. И это уже будет полное и масштабное поражение. Возможно, что с весьма далеко идущими последствиями для нынешней Украины.
Александр Храмчихин, независимый военный эксперт.