Древнерусская история отравлений
Цианид, мышьяк, стрихнин — имя им легион. Они всегда приходят на помощь тем, кто хочет избавиться от конкурента, решить политическую проблему или же отомстить обидчику. От Нерона до «новичка» — яды сопровождали человека на протяжении всей истории. Древняя Русь не стала исключением: до нашествия Батыя князья и видные политические фигуры не были застрахованы от того, чтобы во время очередного пира не получить смертельную дозу отравы и умереть в окружении слуг.
Кубок для внука Ярослава Мудрого
История Тмутараканского княжества, появившегося то ли в результате походов князя Святослава, то ли после знаменитого «корсунского похода» Владимира (пока ещё не святого), несмотря на свою непродолжительность, была богата на события. Этот феодальный удел самым последним вошёл в состав объединённого Древнерусского государства Ярослава Мудрого, а его присоединению предшествовала долгая борьба с Киевом, в том числе сопровождавшая военными столкновениями. В одной из самых известных битв того периода, сражении при Листвене в 1024 году, киевский князь даже потерпел поражение от Мстислава Храброго, своего сводного брата.
В середине XI века, после непродолжительных родственных усобиц, княжеский престол занял внук Ярослава Мудрого, Ростислав Владимирович. Летописцы говорили о нём как о заботливом правителе и хорошем полководце — данниками князя были многие соседние племена, в том числе и касоги (так в Древней Руси называли черкесов). Конечно, такая активная политика не могла вызвать опасений у могущественного византийского соседа Тмутаракани.
Для переговоров с Ростиславом император Константин X послал одного из своих доверенных лиц — котопана (военный предводитель), чьё имя летописи не сообщают. Он сумел завоевать расположение князя. На пиру вместе с соратниками тмутараканского государя византиец предложил Ростиславу испить из одного кубка вино. Передавая чашу князю, котопан опустил в неё палец, «бе бо имея под ногтем растворение смертное». Историки до сих пор не могут сказать, что за яд применил императорский посланник. Через восемь дней после пира, 3 февраля 1066 года, Ростислав скончался.
Однако возмездие за совершённое преступление настигло котопана довольно быстро. Вернувшись в Херсонес (столицу административной области, фемы, Византийской Империи), он сообщил о совершённом отравлении. Местные жители, рассудив, что за это преступление немедленно должно последовать наказание, учинили над посланником самосуд, «побиша камнем».
Историки сходятся во мнении, что самостоятельность княжество потеряло в середине XII века, став частью Византии. Уже после битвы на Калке в 1224 году территория нынешней Тамани отходит к Золотой Орде, и русское население было вынуждено покинуть свои дома. Русский период в истории региона на продолжительное время завершился.
«Пив бо Гюргий у осьмника Петрила…»
На Руси XII век стал временем бесконечных междоусобных войн, в которых принимали участие практически все потомки легендарного Рюрика. Несмотря на то, что на территории страны начинают складываться обособленные княжества, обладающие достаточной силой и ресурсами, чтобы играть независимую внешнеполитическую роль, контроль над «матерью городов русских» Киевом был основной причиной спора.
Могущественный государь Ростово-Суздальского княжества князь Юрий Долгорукий занимал киевский престол два раза: с 1149 по 1151 и с 1155 по 1157 годы. Последний срок оказался для князя роковым — он скоропостижно скончался на фоне образования против себя коалиции смоленского, волынского и черниговского князей.
Древнерусский хронист так сообщал о смерти Юрия: «Пив бо Гюрги в осменика у Петрила: в ть день на ночь разболеся, и бысть болести его 5 днии…». Пировал князь у сборщика налогов 10 мая, через пять дней он скончался. После этого резиденция бывшего владетеля Киева была разграблена, а суздальцы, приехавшие с князем, подверглись гонениям. Сразу после кончины Юрия киевляне послали делегатов к Изяславу Давыдовичу, владетелю Чернигова, с приглашением княжить.
Такая скорая смерть, а также то, как быстро жители Киева пригласили другого князя, справедливо натолкнули некоторых исследователей на мысль, что Юрий Долгорукий был отравлен недоброжелателями. Такой версии событий придерживается, например, украинский медиевист и академик Пётр Толочко. Он обращает внимание на быстроту решения проблемы княжеского престола киевлянами после смерти Юрия, а также приводит ряд других косвенных аргументов. Конечно, прямых доказательств, которые говорили бы о целенаправленном отравлении суздальского князя, нет, и вряд ли они откроются. Долгорукому было уже 66 лет, летописцы описывали его как человека довольно несдержанного, любящего вкусно поесть и хорошенько выпить. Смерть после обильного пира не редкость. Например, так отошли в мир иной баснописец Иван Крылов и шведский король Адольф Фредерик.
Меньше сомнений вызывает смерть одного из сыновей Юрия, Глеба. Он скоропостижно скончался, как и отец, в Киеве, в 1171 году в возрасте 45 лет. Его брат могущественный владимирский князь Андрей Боголюбский обвинил в этой смерти князей Ростиславичей, боровшихся за киевский престол. Андрей также знал и предполагаемых «киллеров», исполнивших волю политических соперников Суздальского княжества. Но князю было отказано в выдаче исполнителей. Однако, согласно свидетельству летописца, после выдвинутых обвинений Ростиславичи отказались от услуг одного из предполагаемых убийц, Григория Хотовича, и выдворили его из Киева, что косвенно подтверждает их причастность к отравлению Глеба.
Смерть «солдата удачи»
В период междоусобных войн многие князья лишались своих родовых земель, их уделы нещадно грабили соперники, и они оставались фактически без средств к существованию, либо владели незначительными территориями, фактически не имея шансов на борьбу за действительно «вкусные» куски большого пирога. Таких князей называли «служивыми».
Одним из них был Иван Ростиславич — племянник галицкого князя Владимира Володаревича. Его биография легко может стать основой для сценария остросюжетного боевика: он стоял во главе восстания галичан в 1144 года против князя Владимирко, успешно отражал все штурмы крепости, пока во время одной из вылазок не был отрезан от гарнизона. Сумев выбраться из окружения, Иван бежал из русских земель и на время осел на территории нынешней Молдавии, в Берлади, после чего и получил прозвище «Берладник». Через год князь сумел пробиться в Киев и поступить на службу к великому князю Всеволоду Ольговичу. С этого времени князь становится настоящим средневековым «солдатом удачи», при том с претензиями на галицкий престол. Он служил то одному господину, то другому, судьба свела его даже с уже упоминавшимся Юрием Долгоруким.
Берладник оставался опасным соперником для галицких князей даже в статусе наёмника. Ярослав Осмомысл, владевший Галичем в 1153—1187 годы, пытался добиться выдачи претендента на престол у других властителей. Иван Ростиславич был вынужден бежать в южные степи к половцам. С ними с начала князь банально пиратствовал в низовьях Дуная, но потом решил попытать счастья в более серьёзном предприятии — походе на Галицкое княжество. Но половцы оказались ненадёжными союзниками. Большая часть степняков оставила Берладника во время одной из осад, с оставшимися Иван решил вновь поступить на службу к киевскому князю, в то время Изяславу Давыдовичу.
Заступничество Изяслава продолжалось недолго. После его смерти в 1160 году Берладник был вынужден вновь покинуть русскую землю, опасаясь людей Осмомысла. На сей раз судьба занесла старого солдата в Грецию. В 1162 году один русский хронист вписал в погодные новости следующую заметку: «Преставился князь Иван Ростиславич, рекомый Берладник, в Селуни (Фессалоники — прим. автора): инии тако молвяхуть, яко со отравы бе ему смерть». Историки склоняются к обвинению Ярослава Осмомысла в смерти князя, выполнившего, таким образом, завещание отца Владимира и избавившего свою семью от самого злейшего врага.