«Я вам заметку принёс!», или Как почта помогает нам всю нашу жизнь
Истории наших читателей о почтальонах замечательны: они раскрывают не отдельные случаи, а несколько жизненных линий, отражают целую эпоху
Под занавес 2021-го мы решили вновь объявить читательское состязание на приз газеты «Советская Сибирь». Напомним, конкурс «Я вам заметку принес!» в прошлом году проходил в два этапа. Нынешний тоже собирает урожай писем в последние дни. Мы публикуем полученные по почте истории без существенных купюр, чтобы не растерять ваши драгоценные воспоминания.
Военный почтальон
Михаил Фролов
Газета «Советская Сибирь» объявила конкурс «Я вам заметку принес!», хотел бы я и в нем поучаствовать. Мое повествование будет о воинском почтальоне. Почтальон в армии — лицо не второстепенное. Он доставляет солдатам письма от родных, друзей, любимых девушек, а также газеты, журналы и посылки.
С ноября 1956 по октябрь 1959 года я проходил службу в воинской части, дислоцировавшейся в Германии. До сих пор помню номер полевой почты — 25491. В Германию нас привезли из Эстонии эшелоном. Это был гарнизон, к которому были приписаны полки средних и тяжелых танков, а также отдельные батальоны — химический, саперный, медицинский — и узел связи. Был и отдельный учебный танковый батальон, где готовили командиров танков, механиков-водителей, наводчиков, стрелков-радистов и заряжающих. Всего три роты по 100 человек. Кроме того, была отдельная танковая рота, где служили опытные военнослужащие, исполнявшие обязанности инструкторов, отдельный хозяйственный взвод.
Батальонным воинским почтальоном был у нас ефрейтор Олег Глебик. Со своими обязанностями он справлялся успешно, нареканий к нему со стороны солдат и офицеров не было. Все его знали и звали «наш почтарь Олег». В его обязанности входила отправка и получение всей почты в пункте сбора донесений соединения. Почта была разная, в основном письма. Иногда по 70–80 адресатов. Были также газеты, журналы, иногда приходили бандероли и посылки.
У Олега были два солдатских вещевых мешка, приспособленных для переноски почтовых отправлений. Почту он получал ежедневно. Она едва вмещалась в два мешка, но наш почтальон был парень рослый, сильный и справлялся без посторонней помощи. В специальной комнате в солдатском клубе он сортировал почту, раскладывал по подразделениям — солдатам, офицерам, сверхсрочникам.
Особенно много писали солдаты первого года службы. Их можно было понять. Ребята скучали по родным, друзьям, любимым девушкам. Глядя на Олега, мы, сослуживцы, удивлялись его старанию и терпению. Иногда добровольно вызывались помогать. Доводилось это делать и мне. Вот тогда и пригодился опыт почтовой работы — в 1952 году мы с моим другом Шуркой Утиным помогали моему отцу, который тогда был почтальоном, разносить письма и газеты.
Начальство отметило старание Олега, и он был награжден значком «Отличник Советской Армии». Он говорил нам, что ему нравится эта работа, скучать времени нет, служба идет быстрее и, когда вернется на «гражданку», тоже пойдет работать почтальоном.
Для нас, солдат, письма из дома имели огромное значение. Именно письма помогли мне создать семью. Больше года мы переписывались с моей будущей женой Надеждой, с которой познакомились заочно. И видно, это была судьба. Закончив службу, я приехал в Пашино, где она жила. Встретились впервые, понравились друг другу, решили создать семью. Родили троих детей и живем уже 60 лет.
Да и вообще, письма — это хорошо, это связь с родными, близкими, друзьями. Сейчас их писать как-то не принято, а жаль. В нашем домашнем архиве хранится много поздравительных открыток. Иногда в свободное время я пересматриваю их и вспоминаю близких людей.
«Почта — моя отдушина»
Светлана Шугаева
Увидела газету «Советская Сибирь» и решила поучаствовать в конкурсе. А еще я хочу поздравить всех с наступающим Новым годом и Рождеством!
Мне много лет. Без семьи я живу уже пятнадцать лет. Но всегда я дружила с бумажной почтой. У меня нет компьютера и Интернета, но каждый год я обязательно отправляю поздравительные письма и открытки приятелям и знакомым. Поздравляю их с Новым годом, Пасхой, Днем Победы, декадой пожилого человека и, конечно, с днем рождения.
Письма и открытки я отправляю только с главпочтамта — доверяю только им, верю, что труд мой не пропадет. Красивые конверты и открытки покупала всегда в книжном магазине на улице Ленина. К сожалению, в настоящее время я уже не могу себе позволить куда-нибудь поехать на общественном транспорте. Поэтому заказываю социальное такси до главпочтамта. На этот раз я купила простые белые конверты, а открытки смастерила сама.
Почта — это моя отдушина. Спасибо, что у меня есть люди, которым я могу отправить хоть чуточку моего тепла. А еще я задумала подарить подписку на полгода одному или двоим своим приятелям. Спасибо за внимание к почте и за этот конкурс!
Письмо через десятилетия
Нина Шабалина
Почтальон принес мне память об отце, а я пишу вам заметку на конкурс «Я вам заметку принес!». Все пожелтевшие письма и фото я бережно храню в нашем семейном архиве.
Письмо, которое вручил мне почтальон 51 год назад, в 1970 году, было радостным и печальным одновременно. В нем сообщалось: «Мы, комсомольцы 10 «А» класса Винницкой средней школы Ленинградской области, откликаемся на вашу просьбу и сообщаем, что мы установили место захоронения вашего отца, погибшего 29 мая 1942 года. Он захоронен в братской могиле села Винницы Подпорожского района Ленинградской области. По возможности приезжайте. Встретим».
Братская могила в селе Винницы, где похоронен отец читательницы «Советской Сибири» Степан Андреевич Шкуро. Фото: прислано Ниной Шабалиной
Получив такое известие, я рассказала о нем маме, братьям, сестрам и другим родственникам. Дождавшись отпуска, я вместе с десятилетним сыном отправилась на «встречу» с отцом. Его я помню очень смутно. Мне было три года, когда он уходил на фронт. Давно нет той избушки, в которой мы жили, но сохранился образ отца — большого, сильного мужчины в темной рубашке-косоворотке. Помню, он сидел на табурете, положив руки на колени. А вот голоса его совсем не помню.
Приехав в село Винницы, мы первым делом направились в школу, откуда пришло письмо. Был июль, учителя были в отпусках, школьники — на каникулах. Но дежурный учитель приветливо встретил нас и проводил к братской могиле в центре села, рядом с речкой. На могиле стоял памятник — два солдата с поникшими головами, а вокруг — стелы с фамилиями павших воинов. Всего их было 1 600, и среди них фамилия моего отца — Шкуро Степана Андреевича.
Потом в школьном музее я попросила адреса воинов, оставшихся в живых и имеющих связь с музеем. Мне хотелось узнать о сражениях на Ленинградском фронте, о трудностях военного лихолетья. Завязалась переписка — мне стали приносить письма из Ленинграда, Уфы, Киева, Харькова. Одно из них пришло из Тюмени, в нем участник войны П. Г. Сабянин рассказал подробности гибели моего отца, а также описал жесточайшие бои на подступах к Ленинграду. Позднее я получила из Киева книгу воспоминаний воина-писателя С. Р. Жигола «Восточное Присвирье». Так, благодаря письмам, книгам и другим источникам, наша семья подробнейшим образом изучила боевой путь моего отца.
Маленькая Нина Шабалина с братьями. В 1942 году мама Нины продала вязанку лука, чтобы сделать это фото, но отослать его отцу не успели — пришла похоронка. Фото: прислано Ниной Шабалиной
Прошел уже не один десяток лет, но я по-прежнему нахожусь в переписке со школьным музеем села Винницы. Школьники присылают мне открытки — поздравляют с Днем Победы, фото с различных мероприятий, которые проходят на братской могиле. Побывав там вторично, я привезла оттуда землю, а 22 октября, в День белых журавлей, высыпала ее под плакучей ивушкой на нашем Монументе Славы. Вся моя семья свято чтит память о нашем отце и дедушке. В книгах, изданных ООО «Эхо», — «Письма с фронта» и «Не устали верить и ждать» — есть подробные сведения о жизни и фронтовых подвигах моего отца. Мои дети и внуки не только являются создателями нашего семейного «альманаха» об отце и дедушке, но и пишут о нем в школьных сочинениях.
Опоздавшая телеграмма
Виталий Никитин
Хочу принять участие в конкурсе «Я вам заметку принес!» и заодно рассказать читателям «Советской Сибири» о своей семье.
Я живу в Новосибирске с 1958 года, хотя родился на Украине, в Сумской области. В 16 лет, когда получал паспорт, поставил в пятой графе «русский». Хотя и по-украински понимаю, и даже по-польски, если говорят небыстро. Сибирь — кто ее только не заселял!
Моя бабушка по материнской линии Улита Гавриловна Никитина была из Тамбовской области, дед Иван Сергеевич Рева — из украинского села Зазирки. В 1970 году дед показывал мне в селе Березовка, что близ станции Шелковичиха, место, где покоятся его отец и мать. Там же похоронена и Улита Гавриловна. И самого деда потом там же похоронили. Когда я в конце девяностых был на их могилах, деревенский мальчик спросил, местный ли я. Я промолчал. Я знаю, где у моего деда до колхоза пашня была, и, наверное, один знаю, где в Березовке было орочонское кладбище. В двадцатые годы прошлого века или чуть раньше приехали в Березовку жить инородцы-орочоны (тунгусо-маньчжурский народ. — Прим. ред.), а потом на них мор напал, отсюда и кладбище.
Бабуля моя родила 15 душ, но до старости дожили всего семеро. Деда Ивана Сергеевича призвали в германскую войну, он был унтером. В 1917 году вся их дивизия была разбита в 20 верстах от Петрограда. Дед получил тяжелейшую контузию, и его сначала закопали вместе с убитыми, а потом вырыли и отправили в госпиталь. Бабушка, которая в свои 22 года хоть и знала буквы, но не умела читать, отправилась через всю страну, нашла своего Ивана и привезла домой, в Сибирь.
Дед Иван Сергеевич стал большевиком. Крестьянам сначала дали землю, а в 1929 году забрали. Тогда дед стал работать бригадиром Барышевской МТС. В 1937 году его послали на съезд колхозников, а он там такого наговорил про жизнь на селе, что добрые люди посоветовали из Сибири уехать. Помогли с документами, и дед с семьей в 12 душ выехал на Украину. Моей маме Федосье Ивановне было тогда 14 лет. В Березовке осталась только моя тетка Анна, ей было 19 лет. Она тогда уже вышла замуж, а в 1936 году у нее родился сын Саша. Муж Анны погиб в 1941 году, после войны она снова вышла замуж, родила еще троих — Галю, Леню и Вовку.
А вот какую историю про почтальона я хочу рассказать. Брат мой двоюродный Алексей Овчаренко окончил школу с серебряной медалью и поступил в высшее военное авиатехническое училище в Ачинске, которое тоже окончил с красным дипломом. Направили его служить в Венгрию, а перед этим он женился. Свадьбу справляли в Березовке. Стол накрыт, а родных невесты нет. Ну не пропадать же добру? Выпили по первой, по второй, и вот на тебе — новая родня появилась. Говорят: «Почему вы нас не встретили? Мы телеграмму давали». Их сразу посадили за стол. Угощение, танцы, веселье. И тут почтальон Нина Настина приносит телеграмму.
Деревенский почтальон Нина Настина. Фото сделано в день свадьбы, когда телеграмма опоздала. Фото: прислано Виталием Никитиным
Ее, конечно, никто ругать не стал — почтальон в деревне человек уважаемый. Ну, опоздала телеграмма, ее-то вина какая? Посмеялись — и за стол. Вот тогда и сделали эту фотографию, которую я вам прислал. У почтальонки Нины муж вернулся с войны ослепшим, в семье было две дочери. Работа тяжелая: Нина доставляла почту в Березовку, Малиновку, Заготзерно, да еще на том берегу реки Ини письма разносила.
А наша семья пережила оккупацию на Украине. Досталось всем. Мамин брат Григорий ушел на фронт добровольцем. Ее сестру, 13-летнюю Катю, в 1941 году изнасиловали мадьяры на глазах у пятилетней Валечки, которая пряталась, кроха, в русской печке. В 1956 году Хрущев выдал селянам паспорта, и в 1958 году наше семейство вернулось в Березовку. Это уже я и сам помню.