BEATЪ (хроники одного автостопа – ч.6)
Львов начинался с трамвайной линии, в типовом спальном районе. Поначалу не вставил…
По мере приближения к центру, фактура города волшебно менялась. Скоро мы уже просто балдели: архитектура!
И вылезли мы среди всего этого антиквариата: улет, волшебство… костелы громадные, брусчатка, мостовые! И всего этого так много!
День еще в самом разгаре… народу много, народ живой… и мы — как в Майами. Не — круче!
Идем, вертим головами — вывески, магазинчики, подвальчики, кафе… кайф, погодка теплая… забыли про сон и про еду.
Ну, в общем, добрались до «Булки» (см. Сайгон, выше). А там волосатые, у входа… увидели нас, подтусовались… как только услышали имя — Симона — всё: Симона здесь королева — автострады, автостопа. И вообще, по жизни. Все её знают и все от неё тащатся! «Она сейчас должна подойти — обычно в это время подходит…». «Так она не в Ужгороде?». «А она — то там, то здесь. Да вон она идет…».
Ну ни хрена себе: Симона! Собственной персоной! Ничего не подозревая, приближается… приближается: опа-а… она ошизела! Как нас увидела… и радостный — такой Симонин! — вопль, на всю улицу: «Вау!!!». Нет, это полный п…ец.
«А я подумала — у меня глюки…» — уже потом, сидя в Булке. «Нет — как вы врубились? Я же то письмо по страшной измене писала… блин, ну как клево, что вы приехали — глазам не верю! И все автостопом? Из Петрозаводска? Ну, это круто… вас тут так зауважали. В апреле, к Пасхе… всего за неделю — вау, мальчики!».
Мы чувствовали себя героями!
Ребята снова подошли — и тут уже все перезнакомились. Ростик, Черепаха, Юра Купидон…
В общем расслабились мы хорошо, посидели — и решили, что Симоне надо срочно сваливать назад, в Петрозаводск. Прямо сегодня же.
Всё: идем за билетами. Дик здесь останется — денег только на два плацкартных (и то при условии, что продадим все мои кассеты). Пригодились, не зря болтались в сумке полстраны…
Сдавать отправились сразу же, в ближайшую звукозапись.
Пришли толпой, вызвали мастера знакомого. Мастер посмотрел, слюна у него потекла… «А-а, уже записанные…» — пробовал цену сбивать. Но хрен там — сдали по номиналу, по девять. Все десять штук.
Проблем с билетами не было: до Питера взяли сразу же, хотя и боковые… на завтра (поезд ходил через день).
До вечера еще бродили по городу: зашли в какое-то кафе. Кафешки здесь чистенькие — пахнут кофе, выпечкой, корицей… все есть — пиво, коньяк, закусок всяких… кафешек море — народу в них мало, народу есть из чего выбирать… Чувствуется, Пасха на носу…
Мы опрокинули по пиву, в одном, и Черепаха повел нас пешком на флэт. Мы немного заторможенные… ветер не холодный, проходные улочки, афиши… жизнь…
На месте никаких проблем: все врубались что мы с трассы, устали — обхаживали нас. Такие милые.
На хате еще потрепались немного. Симона пошла вычислять Джеггера — поставить перед фактом… в общем, мы скоро улеглись в выделенной комнате, на тахте. Нам не мешали: сидели за стенкой, разговаривали…
Какие сны снились этой ночью: бархатные!
Спали сколько хотели. Поднялись в полдень, попили чаю со всеми. Народ собирался в хипповый лагерь — в самом центре города, на какой-то горе… Поехали.
Забираемся по тропкам наверх, потом спускаемся в ямку: огромная палатка, рядом такое же кострище… народ толчётся хипповый. Есть и знакомые — Джеггер… отпустил хаер, бородища на грудь — копия Дика. На Симонины сборы он никак не прореагировал (вились там вокруг него пионерки, смотрели как на бога).
Вообще бивак как бивак. Послонялись немного и спустились с некоторыми пиплами вниз, в город — побродить, словить кайф…
Пришли к Булке: менялись адресами, вписками с народом… пили кофе — болтали о музыке, пластинках. Тут мы с Диком расстались — свалил он с кем-то, под благовидным предлогом, искать приключений… сказал, что подойдет к отправке, к поезду.
Я стусовался еще на флэт — забрал сумку. Вернулся назад: Симона уже подошла… опять сидели с волосатым народом, попивали кофеек, посматривали на часы сквозь сводчатые окна — на костеле…
Симону провожали, обнимали: совали адреса… она расчувствовалась — да что там говорить…
Подошел трамвай. Некоторые поехали провожать…
Дик как всегда опаздывал. Стали прощаться.
Минут за пять он появился — быстро шел, пьяной походкой… соображал уже плохо — глаза в кучу не сводились, его шатало — орал пьяную блажь: «Симона, ты самая крутая гирла в моей жизни…» — уже в окно, за тронувшимся поездом…
Так и уехал этот вокзал, и этот город — в ночь…
На фото: Дик, Раскольников - центр Львова. Апрель 88-го. .
В этом месте можно поставить точку – что там было до и после этого, тема уже другого повествования…
пс.: На видео – петрозаводские неформальные молодёжные группировки середины-конца 80-х. Мы с Диком тоже там засветились в паре моментов: хорошее было время…
По мере приближения к центру, фактура города волшебно менялась. Скоро мы уже просто балдели: архитектура!
И вылезли мы среди всего этого антиквариата: улет, волшебство… костелы громадные, брусчатка, мостовые! И всего этого так много!
День еще в самом разгаре… народу много, народ живой… и мы — как в Майами. Не — круче!
Идем, вертим головами — вывески, магазинчики, подвальчики, кафе… кайф, погодка теплая… забыли про сон и про еду.
Ну, в общем, добрались до «Булки» (см. Сайгон, выше). А там волосатые, у входа… увидели нас, подтусовались… как только услышали имя — Симона — всё: Симона здесь королева — автострады, автостопа. И вообще, по жизни. Все её знают и все от неё тащатся! «Она сейчас должна подойти — обычно в это время подходит…». «Так она не в Ужгороде?». «А она — то там, то здесь. Да вон она идет…».
Ну ни хрена себе: Симона! Собственной персоной! Ничего не подозревая, приближается… приближается: опа-а… она ошизела! Как нас увидела… и радостный — такой Симонин! — вопль, на всю улицу: «Вау!!!». Нет, это полный п…ец.
«А я подумала — у меня глюки…» — уже потом, сидя в Булке. «Нет — как вы врубились? Я же то письмо по страшной измене писала… блин, ну как клево, что вы приехали — глазам не верю! И все автостопом? Из Петрозаводска? Ну, это круто… вас тут так зауважали. В апреле, к Пасхе… всего за неделю — вау, мальчики!».
Мы чувствовали себя героями!
Ребята снова подошли — и тут уже все перезнакомились. Ростик, Черепаха, Юра Купидон…
В общем расслабились мы хорошо, посидели — и решили, что Симоне надо срочно сваливать назад, в Петрозаводск. Прямо сегодня же.
Всё: идем за билетами. Дик здесь останется — денег только на два плацкартных (и то при условии, что продадим все мои кассеты). Пригодились, не зря болтались в сумке полстраны…
Сдавать отправились сразу же, в ближайшую звукозапись.
Пришли толпой, вызвали мастера знакомого. Мастер посмотрел, слюна у него потекла… «А-а, уже записанные…» — пробовал цену сбивать. Но хрен там — сдали по номиналу, по девять. Все десять штук.
Проблем с билетами не было: до Питера взяли сразу же, хотя и боковые… на завтра (поезд ходил через день).
До вечера еще бродили по городу: зашли в какое-то кафе. Кафешки здесь чистенькие — пахнут кофе, выпечкой, корицей… все есть — пиво, коньяк, закусок всяких… кафешек море — народу в них мало, народу есть из чего выбирать… Чувствуется, Пасха на носу…
Мы опрокинули по пиву, в одном, и Черепаха повел нас пешком на флэт. Мы немного заторможенные… ветер не холодный, проходные улочки, афиши… жизнь…
На месте никаких проблем: все врубались что мы с трассы, устали — обхаживали нас. Такие милые.
На хате еще потрепались немного. Симона пошла вычислять Джеггера — поставить перед фактом… в общем, мы скоро улеглись в выделенной комнате, на тахте. Нам не мешали: сидели за стенкой, разговаривали…
Какие сны снились этой ночью: бархатные!
Спали сколько хотели. Поднялись в полдень, попили чаю со всеми. Народ собирался в хипповый лагерь — в самом центре города, на какой-то горе… Поехали.
Забираемся по тропкам наверх, потом спускаемся в ямку: огромная палатка, рядом такое же кострище… народ толчётся хипповый. Есть и знакомые — Джеггер… отпустил хаер, бородища на грудь — копия Дика. На Симонины сборы он никак не прореагировал (вились там вокруг него пионерки, смотрели как на бога).
Вообще бивак как бивак. Послонялись немного и спустились с некоторыми пиплами вниз, в город — побродить, словить кайф…
Пришли к Булке: менялись адресами, вписками с народом… пили кофе — болтали о музыке, пластинках. Тут мы с Диком расстались — свалил он с кем-то, под благовидным предлогом, искать приключений… сказал, что подойдет к отправке, к поезду.
Я стусовался еще на флэт — забрал сумку. Вернулся назад: Симона уже подошла… опять сидели с волосатым народом, попивали кофеек, посматривали на часы сквозь сводчатые окна — на костеле…
Симону провожали, обнимали: совали адреса… она расчувствовалась — да что там говорить…
Подошел трамвай. Некоторые поехали провожать…
Дик как всегда опаздывал. Стали прощаться.
Минут за пять он появился — быстро шел, пьяной походкой… соображал уже плохо — глаза в кучу не сводились, его шатало — орал пьяную блажь: «Симона, ты самая крутая гирла в моей жизни…» — уже в окно, за тронувшимся поездом…
Так и уехал этот вокзал, и этот город — в ночь…
На фото: Дик, Раскольников - центр Львова. Апрель 88-го. .
В этом месте можно поставить точку – что там было до и после этого, тема уже другого повествования…
пс.: На видео – петрозаводские неформальные молодёжные группировки середины-конца 80-х. Мы с Диком тоже там засветились в паре моментов: хорошее было время…