В БАЛАШИХУ С ШАЛЯПИНЫМ
– Вы что, так сразу и определили для себя сферу будущей деятельности?
– Конечно, нет. Этому предшествовали годы взросления и становления личности. Родился я в деревне Булгаковка Льговского района Курской области. Наша деревня и вся округа кормились от находящейся недалеко железной дороги. И я после школы успел поработать слесарем по ремонту вагонов, потом в техникуме в Курске получил профессию по электрификации железных дорог. Этот поиск профессии происходил как бы логично и естественно. Отец работал кузнецом в вагонном депо, мать – в колхозе. Старший брат Владимир был призван в первый год Великой Отечественной войны, был ранен, долго лечился, потом работал на железной дороге. Брат Михаил тоже связал свою судьбу с железной дорогой – кочегар, помощник машиниста, машинист паровоза, потом электровоза. Брат Василий выбрал для себя направление в сельском хозяйстве. И моя трудовая перспектива также предполагала двигаться примерно в этом же направлении. Но поработать после техникума долго не пришлось, потому что подошло время службы в армии. И вот тут хотел бы сказать о незначительной на первый взгляд детали, которая коренным образом изменила мою жизнь. Во время работы в энергоучастке мы выезжали для профилактики оборудования на подстанциях, которые находились как бы в поле: подстанция, пара домов для техсостава и для приезжих. Особых развлечений не было. И вот мой коллега, уже инженер, уединялся и изучал английский язык по самоучителю. Меня это заинтересовало. Я поехал в Москву на Кузнецкий мост в магазин иностранной книги и купил тоже самоучитель, но немецкого языка. Настало время службы в армии. Я взял самоучитель с собой. Но первый год провел в школе авиационных механиков в Спасске-Дальнем (недалеко от Владивостока), а затем нас отправили в Группу Советских Войск в Германии. Два года я прослужил на аэродроме в гарнизоне недалеко от Берлина. Здесь-то самоучитель мне и пригодился. Безмерно благодарен нашим летчикам, которые купили телевизор, чтобы мы не скучали вечерами. А передачи телевидения ГДР были очень яркими, музыкальными, увлекательными. Надо ли говорить, что к окончанию службы старшина брал меня с собой «как переводчика» во время выхода в город! Тогда, в 1964 году, на третьем году службы разрешалось попробовать поступать в институт. Я выбрал «космическую высоту» – Институт иностранных языков имени М. Тореза. Но баллов не добрал. Зато на следующий год с первой попытки преодолел «гроссмейстерскую планку», поступив в самый престижный вуз страны – Московский государственный институт международных отношений МИД СССР на самый тогда престижный факультет «Международные отношения».
– То есть вы готовились из электрика стать дипломатом?
– Я был очень близок к этому. В институте изучал немецкий и норвежский языки, а также соответствующие предметы. И на пятом курсе проходил преддипломную практику в Посольстве СССР в ГДР. Но в ходе распределения был направлен на работу в Телеграфное агентство Советского Союза (ТАСС), где и проработал 41 год. Надо сказать, я безмерно благодарен членам комиссии по распределению, которые каким-то седьмым или семнадцатым чувством угадали мое предназначение.
– Кажется, что мы приближаемся к Шаляпинской теме?
– Вы угадали. Первая моя командировка в ТАСС была в Норвегию, затем пришлось подучить финский язык, и меня направили в Финляндию. И вот именно в стране Суоми мне посчастливилось встретить человека, который лично знал Федора Ивановича Шаляпина и, более того, работал с ним. Это – известный финский пианист, дирижер и композитор Жорж де Годзинский. Он родился в 1914 году в Петербурге, прекрасно владел русским языком, и я обращался к нему как к Георгию Францевичу. В 1920 году его семья перешла по льду Ладожского озера в Финляндию. В 1936 году он полгода работал как аккомпаниатор с Шаляпиным во время полугодовых гастролей в Японии и Китае. Через 50 лет я встречаю Годзинского в Хельсинки и прошу рассказать его о работе с Шаляпиным. Оказалось, что я был первым советским журналистом, который через полвека поинтересовался у Годзинского об этой исторической встрече с Шаляпиным.
– Неужели вы, корреспондент ТАСС, у которого много других забот, сразу выбрали для себя совершенно новое направление?
– И да, и нет. Прежде всего, меня заинтересовало то, что в нашей стране о концертмейстере Годзинском, который хранит богатые данные о работе с Шаляпиным, ничего не знают. Решил написать первый очерк. Он был опубликован. И я постепенно начал раскручивать этот интереснейший клубок информации о зарубежных выступлениях Шаляпина, в ходе которых он представлял во всем мире русскую музыку, русскую культуру, искусство. Как теперь говорят – он был настоящий Посол России!
– Кто еще оставил яркий след в ваших исследованиях?
– Разумеется, родственники Федора Ивановича. Мне посчастливилось встречаться с дочерью Шаляпина – Мариной Федоровной: в Москве и в Риме, где она жила. Более того, я установил «мост дружбы» с Мариной Федоровной. После встречи в Риме я вернулся в столицу Норвегии Осло, где находился в служебной командировке, и продолжил с ней телефонные беседы. На их основе написал книгу «Марина – дочь Шаляпина». С внучкой Шаляпина – Наташей Фиерфилд я встречался несколько раз в Стокгольме. По моей книге «По скандинавскому следу Шаляпина» я написал сценарий для документального фильма «Федор Шаляпин – Великий Скиталец» (Шаляпин в Швеции). И в этом первом и пока единственном документальном фильме о зарубежных гастролях Шаляпина Наташа Фиерфилд много рассказывает о своем дедушке, родителях, семье, о Марине Шаляпиной. А через пару лет мы ее встречали в Москве, куда она приехала со своей дочерью Сарой, чтобы поклониться праху своего дедушки на Новодевичьем кладбище.
– Обо всем этом вы пишете в своих книгах?
– Не сразу, далеко не сразу я решил написать книгу. Вначале я просто собирал материал, писал статьи, очерки. Очень важной и интересной в моей шаляпиниане является встреча и многолетняя дружба с «финским Шаляпиным» Мартти Талвелой. О нем я тоже написал книгу, презентация которой успешно прошла в балашихинской Центральной городской библиотеке имени Ф.И. Тютчева.
– Сколько же всего книг вы написали о Ф.И. Шаляпине?
– Первой в 2002 году вышла «Федор Шаляпин в Японии и Китае». Ее особенность в том, что написана она на подлинном материале – встречах и беседах с Георгием Францевичем Годзинским. В 2008-м появилась книга «По скандинавскому следу Шаляпина». Так как я работал в странах Северной Европы, то собрал уникальный материал о выступлениях Шаляпина в Финляндии, Швеции, Дании и Норвегии. Мне удалось собрать материалы и написать также книги о выступлениях Шаляпина в Австралии и Новой Зеландии; на Балканах – в Сербии и Хорватии; в Южной Америке – в Аргентине, Чили, Уругвае и Бразилии; «Федор Шаляпин: от Казани до Стокгольма», «Жорж де Годзинский: С Шаляпиным полгода и всю жизнь». Всего десять книг.
– Как вам удавалось собирать материалы в этих далеких и близких странах?
– Самое интересное и приятное было тогда, когда я сам посещал национальные библиотеки, театры, музыкальные музеи, в которых о Шаляпине хранятся редкие материалы. Так было в Финляндии, Швеции, Дании и Норвегии. Затем я предпринял исследовательский бросок в Сербию и Хорватию. В Белграде и Загребе мне тоже посчастливилось многое найти о Шаляпине. А вот материалы о других странах я старался «накопать» именно в Балашихе с помощью интернета. Мне в этом помогали наши сотрудники в Российских центрах науки и культуры в Буэнос-Айресе, Сантьяго-де-Чили, в других странах. Но, хочу особо подчеркнуть, очень многие люди, услышав фамилию Шаляпина, никогда не отказывались помочь обратиться в национальную библиотеку или музыкальный музей. Так было у меня с поиском материалов в Австралии и Новой Зеландии.
– Насколько мне известно, сейчас решается вопрос о создании в Балашихе первого в Подмосковье музея Федора Ивановича Шаляпина на базе одной из Детских школ искусств. Первыми экспонатами станут, видимо, артефакты из вашего личного архива?
– В 2023 году будет отмечаться 150-летие со дня рождения Шаляпина. Примерно 45 лет я связан с именем великого русского артиста. И все эти годы собирал какие-то материалы – сначала для статей, очерков, потом для книг. К моему предложению передать в дар городу все мои материалы о великом артисте России власти Балашихи отнеслись внимательно. И теперь мы постепенно выходим на широкий путь по претворению в жизнь этой моей инициативы. Федор Иванович Шаляпин не бывал в Балашихе. Но о нем здесь написано десять книг, он незримо присутствовал во время моих командировок для сбора материалов, а затем уже планы и идеи претворялись в жизнь именно в Балашихе. Эти сведения о зарубежных годах продвижения Шаляпиным русской музыки, культуры – уникальны. И мне хотелось бы, чтобы они вошли в историю нашего города. В Балашихе не бывали ни Ф. И. Тютчев, ни Г. В. Свиридов – но их имена украшают наш город. В студенческие годы мне довелось кратко побеседовать в московской консерватории с земляком – Георгием Васильевичем Свиридовым. И эта встреча с великим композитором запомнилась на всю жизнь. Будем надеяться, что и предполагаемый Музей Ф. И. Шаляпина также послужит сохранению памяти о великом русском артисте в прекрасном городе Подмосковья – Балашихе.
Вопросы задавал Сергей ПАНОВ
Фото из архива Николая ГОРБУНОВА