«На родине меня считают путинистом, здесь в России – бандеровцем, так что мне не привыкать жить среди врагов», -- шутит Николай Михайлович, 54-летний строитель из Херсонской области.
Он признается, что свои прозвища получил из-за пристрастия обсудить в кругу друзей «за рюмочкой» нюансы внешней политики двух стран, по его мнению, ошибки и недостатки есть по обе стороны границы.
Тем не менее мужчина больше 20 лет приезжает на заработки в Россию, а до пандемии дома находился реже, чем в соседнем государстве. Было время, когда он привозил в Россию всю семью. Но потом дети выросли и сами стали заробитчанами на чужбине, дочка сейчас живет и работает в Италии, а сын -- в Польше.
Правда, по поводу своей работы в России Николай Михайлович особо не распространяется. Националисты могут за такое дом поджечь, объясняет он свою осторожность. Но все близкие знакомые знают, что он работает в Москве, а для чужих он трудится вместе с сыном в Польше.
В 90-е Николай начинал разнорабочим на стройке, сейчас у него своя сплоченная бригада. Есть патент, лицензия на многие виды строительных работ. Все легально, законно, комар носа не подточит, говорит прораб.
«Летом мы строим дачи в Подмосковье, зимой ремонтируем квартиры, иногда берем субподряд у больших строительных фирм, но чаще заключаем прямые договора с частными лицами. Не шикуем, конечно, но на жизнь хватает. Мои ребята из бригады содержат семьи, у всех есть дома машины, жены и дети сыты-одеты. Чего еще надо?», -- рассуждает мужчина.
На вопрос -- поедут ли члены его бригады сейчас домой, после обращения МИДа Украины с просьбой покинуть Россию – Николай Михайлович ответил уклончиво. Мол, лично он, угрозы для своей жизни со стороны россиян не видит, а как дальше будут разворачиваться ситуация, время покажет.
А вот Ольга, которая не первый год работает сиделкой в Москве, отвечает более категорично: «Конечно, не вернусь! У меня двое детей-школьников и мать-пенсионерка, кроме меня им рассчитывать не на кого. А мне их на родине не прокормить, разве что на паперти встать с протянутой рукой!».
Сейчас Ольга ухаживает за стареньким дедушкой после инсульта, живет в его же квартире, питается тоже вместе с ним. Родственники деда платят ей 500 евро, всю эту сумму она ежемесячно отсылает домой. Оля очень боится потерять свою работу, поэтому на родину ездит только на две недели в год. Детей отправила к матери в Сумскую область. От всех своих знакомых и соседей она тщательно скрывает, что работает в России.
«Никто не знает, что я нахожусь в Москве, я и детям строго-настрого наказала: никому ни слова», -- говорит Ольга.
Несколько лет назад в их городке был трагический случай, сын женщины, такой же как Оля сиделки, рассказал в школе, что его мама работает в Москве. В результате ребенка затравили, несколько раз им били окна в квартире, поджигали дверь. Жизнь семьи превратилась в ад.
По словам Оли, многие украинцы ездят на заработки в Россию, но стараются скрывать это даже от своих родственников. Затравить могут, говорит женщина, даже за то, что у тебя есть родня в России, сразу попадаешь в число неблагонадежных.
«У нас маленький городок, работы нет, поэтому в каждой семье есть те, кто уезжает на заработки за границу. В основном едут в Польшу, некоторые устраиваются на сезонный сбор фруктов и овощей в Италию, есть знакомые, кто смог трудоустроиться в Прибалтике, Румынии, Болгарии», -- рассказывает женщина.
Она тоже несколько лет назад пробовала устроиться на работу в Польше, но опыт оказался неудачным.
«Я откликнулась на вакансию частного агентства по найму рабочих на фабрику. Обещали, что все будет легально -- разрешение на работу, место в общежитии, что жить будем рядом с Варшавой. А на деле вышло совсем не то: фабрика в пригороде Варшавы, но поселили в каком-то бараке на закрытой территории, вокруг колючая проволока, в город не выпускали, только на работу возили, как рабов. Условия труда и жизни ужасные», -- жалуется Ольга.
Оказалось, что «предприятие пищевой промышленности» -- так было написано в объявлении о вакансии –это обычная скотобойня. Мужчины забивали и разделывали свиней, а женщины обрабатывали туши, чистили внутренности. Вонь в цехе стояла жуткая, вспоминает Оля, работали в респираторах, смены длились по 8 часов с получасовым перерывом на обед.
«Уж лучше я буду за стариками судно выносить, чем еще раз вернусь в такой ад», -- признается женщина.
По словам миграционного юриста Антона Васильева, рассказ Ольги про рабский труд в Польше его не удивил. Женщина сильно рисковала, соглашаясь на работу через нелегальное трудоустройство, запросто могли депортировать или отобрать паспорт, ведь «безвиз» не дает украинцам право на работу в ЕС. А под вывеской агентств по трудоустройству часто скрываются мошеннические конторы. Солидные работодатели никогда не станут связываться с нелегальными рабочими.
Претендовать на высокооплачиваемую работу в Европе могут лишь те выходцы из Незалежной, которые свободно владеют английским, имеют востребованные профессии, причем не обязательно в IT-области. Например, высококвалифицированные сварщики в ЕС сейчас -- на вес золота, еще рассчитывать на хорошую работу могут те, кто учился в Европе и имеет диплом какого-нибудь местного вуза или колледжа.
«Многие молодые украинцы сейчас массово поступают в польские полицеальные школы (что-то типа наших колледжей или ПТУ), получают там рабочую специальность и легальное разрешение на работу. Ну а для людей старшего возраста один выход – соглашаться на временную работу сезонным рабочим», -- говорит Антон.
Зато в России трудовые мигранты из Украины имеют значительные преференции. По сравнению с другими выходцами из стран СНГ у них более высокий уровень образования, профессиональной подготовки, также легче адаптироваться среди россиян помогает схожий менталитет и общие культурные ценности, считает эксперт.
По данным ФМС, в 2021 году на территории нашей страны было зарегистрировано более 700 тыс. украинцев, из них только 13 тыс. приехали на учебу, остальные -- на работу. Правда, официальное разрешение на работу имели 330 тысяч человек, остальные в графе «причина приезда» указали «частная поездка», но фактически это тоже трудовые мигранты, только работающие без патента «в темную».
Чаще всего украинцы трудятся на стройках, в торговле, общепите и службе быта, как ни странно, многие еще с советских времен работают вахтовиками на Севере. По величине диаспоры украинцы в нашей стране занимают третье место после жителей Таджикистана и Кыргызстана, намного обогнав других наших братьев-славян белорусов и молдаван.
Аналитики считают, что для украинцев Россия является вторым по значимости миграционным направлением после ЕС, невзирая на желание киевского режима перевести миграционные потоки исключительно на Запад.
По данным Нацбанка Украины, из России на Украину за 2019 год поступило больше миллиарда долларов в виде денежных переводов от частных лиц. Это второе место после Польши. В 2020 году ситуация конечно сильно изменилась, но виной тому не политические факторы, а эпидемиологическая обстановка в связи с пандемией коронавируса. В прошлом году ситуация улучшилась и приток трудовых мигрантов из Украины увеличился на 13 процентов.
«Вряд ли стоит ждать после последних событий, что трудовые мигранты из Украины начнут массово покидать Россию. Людям нужно кормить семьи, многие из них работают по трудовым договорам, так что бросить все и вернуться на родину, скорее всего, рискнуть немногие. Все-таки для украинцев Россия это традиционный рынок труда, здесь легче адаптироваться, нет языкового барьера – все эти факторы нельзя сбрасывать со счетов. Опять же, опыт резкого обострения политических отношений между нашими странами в 2014 году показывает, что даже тогда массового оттока украинцев, работающих в России, не произошло», -- считает эксперт по экономике Украины Артем Былин.
Как говорит херсонский строитель дядя Коля, поживем – увидим…