«Американцы бросят украинцев войной на Россию в конце 2023-го – начале 2024 года»
Опрос недели: Должна ли Россия признавать независимость ДНР и ЛНР?
На фоне продолжающегося напряжения вокруг Украины Госдума приняла обращение о признании ДНР и ЛНР к президенту РФ Владимиру Путину. Нужно ли России признать независимость самопровозглашенных республик на востоке Украины? И вам также «насрать» на западные санкции, как и нашему послу в Швеции Виктору Татаринцеву? «БИЗНЕС Online» отвечают Владимир Познер, Сергей Марков, Евгений Ройзман, Павел Салин и др.
Сергей Марков политолог — Конечно! Это нужно было сделать еще в 2015 году. В 2014-м ввести войска для сохранения независимости, суверенитета Украины. Сейчас же мы видим, что они фактически находятся в оккупации. Если Россия не будет действовать решительно и жестко, то там будет формировываться, дорабатываться анти-Россия. Там, условно говоря, 20 процентов антироссийского населения, 20 процентов — пророссийского, 60 процентов — болото. Эти 60 процентов болота считают, что закон — сила. Если Россия ничего не будет делать, они будут за американцев. А американцы посадят их под ружье и бросят войной на Россию в конце 2023-го — начале 2024 года для того, чтобы устроить чудовищную кровавую бойню. Чтобы население в ужасе сказало: «Это потому что Путин у власти». Чтобы население от него в ужасе отшатнулось. Санкции против России? Они идут не потому, что Россия что-то не так делает, а потому что Россия не подчиняется Вашингтону. Не выполняет его приказы.
Евгений Ройзман общественный деятель, экс-мэр Екатеринбурга — Если вы хотите мое мнение, то оттуда надо уходить. И чем быстрее, тем лучше. И заниматься своими делами. Нам есть чем заняться здесь, в России. Кроме того, мы можем посмотреть, как живут ЛНР и ДНР, с одной стороны, и Славянск и Краматорск, где совершенно то же самое население, где совершенно та же самая власть, что была в 2014 году. И чем отличается жизнь там и жизнь здесь. И все, этого достаточно. Я считаю, что России в принципе надо уходить со всех чужих территорий и заниматься своей страной, сделать свою страну преуспевающей. И как только страна станет богатой, великодушной, перспективной, то сами все сюда поедут, сами все сюда придут.
Владимир Любченко руководитель РОО «Татарстанская объединенная региональная украинская национально-культурная автономия» — Мне трудно на эту тему говорить. Мои родные, мой брат живет в Горловке. И я понимаю, что надо что-то делать. А как это делать — я сам не знаю. И переживаю за родных, и обидно за них. То, что под видом народной революции в 2014 году был переворот, это однозначно. И произошло то, что произошло. А потом начались эти последствия. Вы же видите, в Крыму народ выразил свою волю. И в Донбассе. Я разговариваю по телефону с братом, с его женой. Они вышли на пенсию, но от Украины ее не получают. Для этого надо ездить на территорию Украины, пересекать все эти границы, блок-посты. И это очень трудно, очень тяжело. И вообще, я считаю, что уничтожать свой народ, а именно это там происходит, именно это делают киевские власти, — не лучший курс. Надо как-то дипломатически все это решать. Надо понять, что если люди не хотят, то их же силой не заставишь. Они же не просто так стали получать российские паспорта. Я не могу сказать за Думу, но считаю, что надо что-то делать, как-то решать эту проблему мирным путем.
Владимир Познер журналист, телеведущий — Не знаю, кому как, но я, пожалуй, пока воздержался бы от этого признания. Потому что я думаю, что это шаг, после которого обратного хода уже нет, и надо очень долго и хорошо думать, какие последствия это вызовет.
Павел Салин политолог — Ответ на этот вопрос будет давать только один человек — Владимир Путин. Исходя из тактической политической ситуации. Здесь вопрос-то заключается не в том, нужно ли это России, — так ставить вопрос бесполезно, потому что нынешняя власть о стратегических интересах страны особо не думает. Она думает о тактических интересах правящего класса вообще, и об оценке личной роли Владимира Путина в будущих учебниках истории. Это больше всего заботит и его самого, и решение принимает он. Плюс еще фон, на который Путин ориентируется и принимает его во внимание при решениях — это интересы бенефициаров политического режима, условно, Семьи (в широком смысле слова), и тех, кто вошел в его окружение до 2000 года, до его президентства. Вот эти два фактора. Исходя из этого признание ДНР и ЛНР, как и вся украинская ситуация (но украинская более стратегическая), — это тактический инструмент, который Владимир Путин будет использовать в зависимости от того, как будет складываться ситуация. Ему стратегически это признание не нужно. Стратегически ему нужны эти территории не как независимые образования под протекторатом Москвы, а как элементы влияния на украинскую политику. А этими элементами они могут быть только в том случае, если они не являются независимыми, а являются частью Украины. Такие предохранители, которые внедрены в ее тело. Поэтому Путин всячески добивается того, чтобы Украина признала их особый статус в своем составе. Что касается тактики, ситуации с обращением Госдумы, то здесь он будет уже это использовать в зависимости от текущей конъюнктуры, от того, как изменится ситуация в целом. А меняется она каждый день. Один вариант — шлются намеки Западу, что будет признана независимость, но это уже создает юридический предлог для переноса боевых действий, фактически для конфликта. Другой вариант — Украина идет навстречу пожеланиям российской стороны, выполняет Минские соглашения по формуле Штайнмайера. Тогда широким жестом Москва отказывается от признания. В общем, если стратегия в отношении ДНР-ЛНР Москвы примерно ясна, — нет независимости, то тактика, которая сейчас работает, может очень сильно колебаться в зависимости от текущей ситуации.
Иван Казанков председатель СПК «Звениговский» — Признать обязательно надо, ну сколько можно над людьми издеваться, русские тоже люди, раз там русские отделились, а над ними издеваются. Это как так, преподавания на русском языке на Украине нет, они что, хуже чукчей? Я считаю, что их надо признать давным-давно, помогать надо. Мы как производственники постоянно им отправляли питание — тушенку и прочее. Я во время войны родился и что такое война, голод, холод, я все это знаю. Да ну на эти санкции! Советский Союз был всегда под санкциями, а мы всегда умели все делать и сами себя обеспечивали. Плохой техникой Германию разгромили что ли? На Гитлера вся Европа работала. Посол по смыслу правильно сказал, я бы повторил тоже самое, но я так вам не говорю. То, что из-за санкций оборудования не будет… Я, наверное, последний, кто с «Волги» пересел на иномарку, и то из-за аварии, так то я на «Волге» ездил, ничего страшного. Технику у нас тоже неплохо выпускали, первые самоходные комбайны в Советском Союзе делали, а не на Западе. Потом эти наши Горбачевы и Ельцины постепенно захотели сдаваться Западу, сдали свои позиции, пока всю страну не сдали. А так мы жили и работали на своей технике и сейчас готовы работать, без Запада обойдемся.
Марсель Шамсутдинов общественный деятель, предприниматель — Нет, конечно, потому что не самостоятельны они. Я общался с людьми, у меня были рабочие, электрик из шахты в Макеевке, там полностью наша армия, наше вооружение, наши деньги и все остальное. Я общался с одним из их руководителей, там уголовная среда, там то, что у нас было — ОПГ встали у власти. Это не самостоятельное, а в самом плохом смысле не состоявшееся государство. Без нашей помощи, без наших денег ни на что не годное. Ну, а в международном плане, да хватит быть изгоем мирового сообщества, хватит ссориться со всем миром, давайте лучше всем миром обеспечим мир в Луганске и Донецке, то есть выведем войска, наладим экономику, наладим мирную жизнь и после этого, через полгода-год проведем честный, независимый референдум под голубыми касками ООН, международными наблюдателями и так далее. Мне не «насрать» на санкции, эти санкции мне по карману бьют. Все дорожает от продуктов до всего. Это ему «насрать», ты должен представлять не интересы государства Российского, а граждан России, то есть налаживать международное сотрудничество. Если тебе «насрать» на то, что мы враги всего мира и у нас нет союзников, то значит ты не дипломат, иди тогда бери метлу и мети во дворе листья, мусор собирай. Дипломат должен не ссориться, а налаживать контакт, а ему «насрать». Еще кто-то из депутатов заявил, что россияне готовы ради ДНР и ЛНР отказаться от 13-й зарплаты, так вот я не готов отказаться, я налоги плачу не маленькие — несколько миллионов в год, и меня очень интересует, куда они уходят. Это крах нашей международной политики, не победа, а крах, когда у России не осталось союзников. Кроме купленных за деньги, а за деньги, извините, покупают только проституток. Они тут же сольются, когда нам будет тяжело, плохо и так далее.
Мидхат Фарукшин политолог — Думаю, что не нужно признавать, потому что это означает крест на Минских соглашениях. Вообще-то послу надо быть культурнее немножко и не употреблять такие слова. И, я думаю, что любые санкции — это плохо, в том числе, и для России.
Олег Матвейчев политолог — Все эти «признания — непризнания» — это абсолютно ничего не решающие моменты. Мы же говорим, что нам абсолютно наплевать, признает кто-то Крым российским или не признает. Главное, что мы его считаем частью Российской Федерации, и по Конституции он наш. И все. А признают там, не признают… Ребята, это ваше дело. Сами мучайтесь от того, что вы что-то там признаете или не признаете. Путин заявил уже больше года назад, что любая попытка силой решить проблему Донбасса и попытка какого-то геноцида приведет к ликвидации государственности Украины. Об этом он сказал публично на «Прямой линии». Толковать эти слова двусмысленно очень трудно. Есть признание, нет признания, там, в Донбассе живет уже 800 тысяч граждан России. Поэтому в любом случае мы этих людей без признания или с признанием в обиду не дадим. Поэтому сейчас, когда идут всевозможные тонкие переговоры между Западом и Россией, и решаются вопросы безопасности и гарантий, совершать какие-то неосторожные действия, которые могут быть восприняты как агрессивные, а нас и так обвиняют в том, что мы агрессоры, давать какой-то козырь для их пропаганды, смысла не имеет. Поэтому вряд ли Путин будет инициировать процедуру этого признания. Если ничего другого не останется, если это будет каким-то аргументом, то он, может быть, это и сделает. Но сейчас наша дипломатия официально считает, что альтернативы Минским соглашениям нет. А признание независимости этих республик — это уже односторонний выход из Минских соглашений. Пока мы осуществляем давление на страны — гаранты, чтобы они давили на Украину, и она двигалась по Минским соглашениям.
Вадим Хоменко вице-президент АН РТ — Все-таки надо апеллировать каким-то международным актом, положением, договоренностями в отношении ситуации, связанной с выделением из состава страны отдельных территорий. Есть ли под это правовые основы, если волеизъявление граждан есть и под этим есть правовая основа, то Россия может признавать. Насколько я имею информацию, специально интересовался у политологов, правоведов, они говорят, если есть международная оценка наличия геноцида на территории и если есть желание народа отделиться от страны, то тут да. Если просто апеллировать к любому волеизъявлению в отношение отделения, то, мне кажется, многие страны начнут распадаться. То есть должна быть правовая основа международного уровня. Если бы мы жили вне мировой кооперации, то, наверное, такой грубый посыл (как у посла), был бы объективен. Но когда Россия вовлечена в международную кооперацию производств, торговли, труда, научную кооперацию, как можно говорить, что нам все равно. Нет, не все равно, 80 процентов товарооборота России падает на страны Евросоюза. Будучи исключенной из мировой кооперации, любая страна будет просто ослабевать, есть законы кооперации, есть законы Адама Смита и Давида Рикардо об абсолютных и относительных преимуществах. То есть, если мы в системе мировых коопераций, то мы будем крепче. Хотелось бы на паритетных основах, ведь, если мы входим в кооперацию как сырьевая страна — это плохо, но если мы входим в кооперацию как высокотехнологичная страна, тогда мы в выигрыше. Поэтому я не поддерживаю тезис, что нам все равно.