Иван Кожедуб – сокол высокого полёта. 100 лет со дня рождения
Не три, а минимум четыре медали «Золотая Звезда» могли бы украсить его грудь только лишь за подвиги во время Великой Отечественной войны, подняв их обладателя на небывалую высоту Славы (Маршал Победы Георгий Жуков стал четырежды Героем Советского Союза лишь в 1956 году).
«Героя» ведь лётчикам-истребителям давали за двадцать результативных поединков, а количество сбитых самолётов противника у Ивана Кожедуба на 1945 год составило, как подсчитали дотошные исследователи, 107 единиц. Но ведь и этим не ограничилось: в следующей его войне, в Корее (апрель 1951-го – январь 1952 года), он сбил ещё почти два десятка истребителей и бомбардировщиков противника.
В чём же дело, отчего счёт прославленного аса как минимум располовинили, указывая в справочниках только 64 воздушные победы? Да были, как говорится, свои «нюансы»…
Дело, во-первых, в том, что Иван Кожедуб записывал на себя только лично уничтоженные им немецкие самолёты и никогда – сбитые в группе, коллективно. А из тех 107 боевых машин, последние из которых он уничтожил в небе Германии, пять были… американскими.
Иван Никитович Кожедуб в кругу с лётчиков-героев
Первый бой с ними произошёл 22 апреля 1945 года, когда в советской зоне ответственности его машину неожиданно атаковала пара истребителей Р-51 «Мустанг». Ответным огнём один из нападавших мгновенно превратился в огненный шар, пилот погиб; лётчик со второго едва успел выпрыгнуть с парашютом из кувыркающейся вниз машины. Врал потом на допросе, что они заблудились, а советский самолёт вовремя не идентифицировали.
Второй и ещё более жаркий бой был дан Кожедубом «звёздно-полосатым» в самый канун Дня Победы, когда эскадрилья B-17 Flying Fortress с бомбовой нагрузкой, игнорируя все предупреждения, вошла в воздушное пространство советской зоны. Командующий американскими ВВС генерал Карл Спаатс ранее самонадеянно заявил маршалу Жукову: «Американская авиация всюду летала, и летала без всяких ограничений». Майор Кожедуб доказал, что летать им можно не везде. Вогнав в землю три, шутка сказать, «летающие крепости», он обратил в бегство остальных.
Несмотря на подобные инциденты, формально мы продолжали оставаться союзниками и записать на себя сбитых янки Кожедубу не позволили. Командир полка полковник Павел Чупиков велел лётчику спрятать плёнки с фотопулемёта, и сказал шутливо, что «это уже в счёт следующей войны».
Она разразилась 25 июня 1950 года на Корейском полуострове. США ввязались в неё сразу же, выступив на стороне Южной Кореи. СССР и КНР – почти через девять месяцев, опосредованно поддержав Корейскую Народно-Демократическую Республику.
Авиация США тогда буквально бесчинствовала в небе КНДР, перемалывая бомбовыми ударами всю промышленную и гражданскую инфраструктуру, выжигая напалмом каждый квадратный метр территории страны. На один только Пхеньян американцы сбросили до полумиллиона тонн бомб – ровно по одной на каждого жителя столицы.
Собственная авиация северокорейцев была не в силах противостоять новейшим американским истребителям F-86 Sabre и «летающим крепостям» B-29 Superfortress, безнаказанно выгружавшим свой смертоносный груз бомб, где только им вздумалось. Американцы действительно «летали всюду и без всяких ограничений». И опять только до той поры, пока им не стали противостоять советские лётчики, в частности 324-й истребительной авиационной дивизии, которой командовал полковник Иван Кожедуб.
Корейская «командировка». Иван Кожедуб и Герой Советского Союза генерал-майор авиации Георгий Захаров
Ему самому ещё в Москве при постановке задачи категорически запретили садиться за штурвал. Во-первых, он – живая легенда. Во-вторых, его могли сбить и взять в плен, предъявив как живое свидетельство участия СССР в этом конфликте. Далее могла бы разразиться и новая мировая война – ведь США в Корее выступали в качестве «миротворцев», действуя во главе группы стран-сателлитов под эгидой ООН.
Воздушные бойцы «полковника Крылова» (таким был оперативный псевдоним Кожедуба) и сами дрались азартно, отчаянно и умело: за время своей «командировки» они одержали 216 воздушных побед, потеряв всего 27 машин (счёт 8:1). Увы, 9 наших пилотов погибли...
Но мог ли в этой обстановке удержаться, чтобы не сесть за штурвал их командир, прирождённый боец? Нет, конечно. По сведениям тех же американцев (для которых присутствие советских лётчиков отнюдь не было тайной: русская речь звучала в радиопереговорах, лётный почерк был очевиден, да и их разведка свой хлеб зря не ела), лично «Крылов»-Кожедуб завалил 17 «сейбров» и «суперфортресов». Его пытались захватить в плен, и даже один раз сбили (единственный раз за всю лётную биографию), но приземлился он на китайской территории и был отбит от диверсионной группы партизанами.
Бомбардировщик ВВС США B-29 Superfortress в прицеле фотопулемета
Наградой ему стало звание генерал-майора авиации, присвоенное 3 августа 1953 года (аккурат через неделю после окончания Корейской войны), но и только; звания Героя Советского Союза и ордена по неопубликованным указам получили другие.
Важнейшим же итогом их, лётчиков, участия в данном вооружённом конфликте стали похороны всех имевшихся у США планов войны с СССР. В Корее от действий наших МиГов американцы потеряли сбитыми 1100 самолетов, в частности 651 сверхсовременный истребитель F-86, три с лишним сотни «летающих крепостей». При этом их принудили поделиться всеми своими новейшими технологиями: выполняя задание, лётчики Кожедуба ювелирно повредили два «сейбра», заставив их пойти на вынужденную посадку. Пилотов-американцев вытряхнули из их новейших высотных комбинезонов. Добытые трофеи были отправлены на изучение в советские НИИ.
* * *
Иван Кожедуб – самый выдающийся ас мировой авиации. И мы отнюдь не преувеличиваем: в семёрке пилотов-лидеров Второй мировой он набрал высшие 1760 баллов – а его визави Эрих Хартманн, имеющий на счету якобы 352 победы, – 1560; при этом он даже не второй, а третий, уступая советскому же лётчику-истребителю Николаю Гуляеву. Немец достиг своего результата в 825 боях, а Кожедуб – в 120. При этом Иван ни разу не был сбит, а его «оппонента» сбивали 8 раз.
Самый выдающийся лётчик-истребитель в мировой истории Иван Кожедуб
Другой наш прославленный ас Александр Покрышкин занимает в этой иерархии седьмое место. Однако, увидев его впервые, Иван Кожедуб постеснялся подойти к нему и заговорить – как можно, ведь такой знаменитый человек… Что, конечно, ярко характеризует его самого.
* * *
Иван Кожедуб был рождён на Черниговщине, в селе Ображиевка, лежащем между древними Новгород-Северским и Глуховым (ныне Шостскинский район Сумской области), в православной семье (отец был церковным старостой). В детстве, плавая со сверстниками на лодке по Десне, едва не утонул, чудом был спасён старшим братом Александром, после чего к нему как приклеилось: заговорённый.
В чудеса можно верить или нет, но факт остаётся фактом: за всю войну Кожедуб ни разу не был ранен, даже поцарапан, хотя порой возвращался на машине с полусотней пробоин от пуль и осколков, дотягивал до аэродрома «на честном слове и одном крыле», сажал обессилевший самолёт «на брюхо». И ни одна из боевых «лошадок» его ни разу не подвела. Быть может, потому что к своим самолётам он относился, как к живым существам. Замечали, как он украдкой с ними разговаривал, ласково гладил по обшивке, благодарил за правильное поведение в бою.
Иван Кожедуб в 1940 и 1943 годах
В Шостке Кожедуб окончил техникум, здесь же пришёл в аэроклуб, после был направлен в Чугуевскую военную школу лётчиков. Шёл первым по успехам, почему его и оставили в школе инструктором. С началом войны школу эвакуировали в Чимкент (Казахстан). Вовсю шли бои, его ученики, как, скажем, Вячеслав Башкиров, получали звания Героя Советского Союза, а его самого на фронт никак не отпускали, несмотря на лавину поданных рапортов: «А кто вместо вас пилотов учить будет?»
Капля камень точит, и в конце концов добиться своего ему удалось: осенью 1942 года, с зачислением в 240-й истребительный авиаполк, понесший тяжелые потери в боях под Сталинградом. Переформирование происходило в Горьком, параллельно личный состав переучивался на новые истребители Ла-5, которые делали здесь же на заводе № 21. Именно этому самолёту, в разных его модификациях, Кожедуб остался верен до конца войны.
На снимке справа – И.Н. Кожедуб и конструктор С.А. Лавочкин среди сотрудников завода № 21 (г. Горький); слева - И.Н. Кожедуб и конструктор вооружений самолётов Лавочкина Б.Г. Шпитальный
Первый бой его был трудным самым: ведущего своего он упустил, ориентировку в воздухе потерял, вражеского самолёта, зашедшего ему в хвост, не заметил (и сразу же получил от него очередь со стороны хвоста – спасла бронеспинка). Вдобавок по дороге на аэродром был обстрелян своими же зенитчиками (и они не промахнулись). Как долетел – никто не мог понять, но было ясно: самолёт восстановлению не подлежал. А других попросту не было.
И начал наш незадачливый лётчик думать, как могло так получиться? Многократно прокручивал в голове всю картину того вылета. На листке блокнота вычерчивал полётные схемы. От стоящего на земле «чужого» истребителя мысленно выходил на удобную дистанцию стрельбы…
В этих занятиях прошли конец марта, апрель и май 1943-го. А уже 6 июля, на Курской дуге, от залпа пушек его «лапятки» (фронтовое прозвище самолёта) задымил и ушёл в землю первый Юнкерс Ю-87. На следующий день был уничтожен второй, такой же на третий – сразу два истребителя «Мессершмитт Bf-109»…
Первую двадцатку он закрыл 4 февраля 1944 года, осуществив это за 146 боевых вылетов. Тогда же и получил первую Звезду Героя. Второй был удостоен 19 августа 1944 года (за 256 боевых вылетов и 48 сбитых самолётов противника), третьей – 18 августа 1945 года «за высокое воинское мастерство, личное мужество и отвагу, проявленную на фронтах войны». Уточним, что в то время во всей стране были лишь три трижды Героя Советского Союза – Жуков, Покрышкин и он, Кожедуб.
Три трижды Героя Советского Союза: А.И. Покрышкин, Г.К. Жуков, И.Н. Кожедуб. Любительское фото
* * *
…Но четвёртую Золотую Звезду Иван Кожедуб, по его собственным словам, он всё же имел. Так Иван называл свою жену, красавицу Веронику, которую встретил вскоре после войны в подмосковном Монино, где располагалась его часть. Её, вчерашнюю школьницу, он приметил 8 ноября 1945 года случайно – в электричке. А потом целенаправленно разыскал, пригласил в клуб на танцы. Вместе встретили новый, 1946 год, а 2 января расписались. В 1947 году у них родилась дочь Наталья, в 1952-м – сын Никита. Который пошёл по стопам отца, стал военным. Правда, избрал себе другую стихию – океан (был подводником).
Иван Кожедуб с женой Вероникой
Вероника стала преданной и любящей женой. В семье царила любовь. Супруга фактически спасла Ивана Никитовича, когда в 1976 году у него случился инсульт. Сама ухаживала за мужем, учила его ходить, писать, говорить, и вернула ему работоспособность. Лётную практику и строевую службу ему, конечно, пришлось оставить, но Иван Кожедуб до конца своих дней состоял в Группе генеральных инспекторов Министерства обороны СССР. 7 мая 1985 года ему было присвоено очередное воинское звание – маршала авиации.
Сын Ивана Кожедуба Никита и дочь Наталья
Умер Иван Никитович Кожедуб, как многие считают, счастливым человеком: увидев внуков – Василия (от Натальи), и Анну (от Никиты). Скончался от сердечного приступа, 8 августа 1991 года, за две недели до гибели СССР – страны, которой он был без остатка предан и за которую так неподражаемо сражался. И всегда неодолимо побеждал.