Суд над Михаилом Ефремовым 3 сентября: прямая трансляция
3 сентября, как утверждает классик, — «день прощания», но только не с этим нашумевшим судебным процессом. Слушания дела о смертельном ДТП с участием Михаила Ефремова продолжаются. Сегодня на повестке дня прения сторон.
Это значит, что все перепалки между адвокатами защиты и обвинения скорее всего были лишь демоверсией нынешнего заседания. Суть которого в подведении итогов исходя из представленных доказательств.
А они крайне противоречивые. Сам Михаил Олегович по-прежнему говорит, что почти не помнит роковой вечер, мол, пил водку с самого утра, рулить не собирался. Есть свидетели, которые уверяют, что лично вытаскивали его с водительского сиденья. Есть другие, которые говорят, что артист выходил с пассажирского места.
Пять томов уголовного дела, ворох экспертиз, показаний, справок и видеозаписей — Эльману Пашаеву, Александру Добровинскому и другим сегодня явно будет, что обсудить. В процессе прокурор также должна запросить срок для подсудимого. А Михаил Ефремов — выступить с последним словом. «СтарХит» ведет онлайн-трансляцию из зала суда.
9:40 Михаила Ефремова привезли раньше всех сегодня. Ни Эльмана Пашаева, ни Александра Добровинского еще нет. У подсудимого сегодня надпись на футболке «Трудный возраст». Либо он имеет в виду, что первые 60 лет для мужчины, в принципе, самые трудные, либо всю ночь слушал песни МакSим.
10:05 Все в сборе: судья, сторона обвинения, Ефремов, постоянная группа поддержки и даже… трансвеститы! Три одиозные дамы пришли и требуют освободить Михаила. Ждем по традиции Эльмана Пашаева. А вот и он, на ходу огорошивает: «Сегодня на последнем слове Михаил признает вину».
10:26 Первым взял слово Михаил: «Хочу сделать заявление: я признаю свою вину». Коллеги Пашаева — Елизаветы Шаргородской — сегодня на заседании не будет, об этом Ефремов также сам проинформировал суд.
10:32 Теперь выступает прокурор, зачитывает обстоятельства ДТП: «Подсудимый сознательно сел за руль в состоянии алкогольного опьянения и выдвинулся в неизвестном направлении. Следуя по четвертой полосе, Ефремов превысил скоростное ограничение на 25 км/ч, поставив себя в такие условия, что не мог обеспечить безопасность проезжающих мимо автомобилей. Нарушил ПДД и, двигаясь в прямом направлении, совершил наезд на полосу встречного движения, не принял мер по снижению скорости, в результате чего 8 июня в 21:53 совершил столкновение с автомобилем Захарова, лишив того возможности избежать аварии».
Прокурор: «Считаем, что вина Михаила Ефремова полностью доказана. Несмотря на его отказ от признания вины 9 июня, он готов был сотрудничать со следствием и оказывать помощь потерпевшим. На следующем допросе он также признавал вину, но жаловался на плохое самочувствие».
Прокурор: «После того, как Ефремов вышел из бара, он в 21:38 сел на водительское сидение и уехал, далее случилось ДТП. Показания Бабикова, Набокиной и Женжебира полностью совпадают, они подтверждают, что из авто Ефремова никто, кроме него, не выходил. Все они указывали на то, что Ефремов был за рулем. Сотрудникам ДПС Ефремов сообщил, что в момент столкновения авто он сам находился за рулем. Нахождение Ефремова в пьяном состоянии на месте аварии подтверждают все свидетели. А свидетель Пухов вообще говорит, что он был таким еще в обед. На срезе подушки безопасности бокового колеса обнаружены пот и эпителиальные клетки, произошедшие от Ефремова».
Прокурор: «Показания Ефремова, данные на стадии судебного производства, полностью совпадают с показаниями свидетелей. Данные Ефремовым позже показания прошу расценить, как способ защиты, и не доверять им. В период деяния у Ефремова не выявлено никакого психического расстройства, которые помешали бы ему осознавать происходящее».
Материал дополняется
10:59 Прокурор просит поставить под сомнение показания свидетелей защиты. И также упоминает то, что Бадасян не смог найти себя на видео после выступления в суде: «Свидетель Кобец не видит на расстоянии более трех метров. Хотя утверждал, что за рулем был именно Ефремов и он видел это отчетливо в полумраке. На видео он потом также себя не нашел. В показаниях свидетеля Гаева стоит усомниться, хотя бы исходя из его биографии. Очевидно, что побывав в местах лишения свободы, отправление туда снова его не пугает. Мы достоверно не знаем, почему эти свидетели пытались спасти Ефремова. По мнению защиты в аварии виноват кто угодно, кроме Ефремова».
Прокурор: «Прошу учесть характер и степень общественной опасности, личность виновного. Обстоятельств отягчающих нет. Смягчающими обстоятельствами прошу признать двоих малолетних детей, наличие несовершеннолетнего ребенка на иждивении, принятие мер возмещения морального вреда потерпевшим. Ефремов лишил себя возможности учесть судом признание вины и искреннее раскаяние в содеянном. Поэтому изменение категории на менее тяжкую сторона обвинения не усматривает».
Прокурор просит отправить подсудимого в исправительную колонию общего режима: «Прошу суд признать Ефремова виновным и отправить в места лишения свободы на 11 лет и на три года лишить возможности управления автомобилем. Удовлетворить требования Виталия Захарова частично, он просил 7,3 млн рублей: «В счет компенсации морального вреда взыскать 500 тысяч рублей, остальным потерпевшим — 1 рубль, как они и просили». Присутствующие в зале заседания журналисты ахнули… Все в шоке.
Слово берет одна из адвокатов потерпевших Хайруллина: «Мы все знали Михаила Олеговича как большого известного актера, он заставлял нас восхищаться его талантом. Гражданская позиция его очень впечатляла. Он внес большой вклад в развитие отечественного кинематографа, как и его отец. Но сегодня мы не можем об этом говорить, потому что закон един для всех. Мы много слышали о сомнениях самого Михаила Олеговича и сомнениях его защиты. Мы хотели бы знать, имеются ли причины у таких сомнений».
11:25 Ирина Хайруллина: «Ефремов готов был воспользоваться любой лазейкой, чтобы уйти от ответственности. Но он отдавал отчет своим действиям, несмотря на «потерю памяти». Он осознавал опасность своих действий. Не могу не сказать, что через 10 дней после ДТП в присутствии специалистов он давал достаточно подробные описания, что он помнил, а что нет».
Хайруллина: «Интрига процесса — кто же был за рулем. Считаю этот факт полностью доказанным, основываясь на показаниях многочисленных свидетелей и экспертизы». Свидетелей защиты — Высоцкого, Орлова, Беркович, Кругликовой Хайруллина называет друзьями Ефремова и заинтересованными лицами, мол, они не могли давать показания и только характеризовали личность подсудимого.
Адвокат припоминает и плохое поведение Михаила на месте ДТП и в суде: и средний палец, показанный медикам, и брошенную фразу про высокую стоимость съемочного дня.
11:47 Ирина Хайруллина: «Потерпевшие очень ждали что Ефремов раскается и признает вину, попросит у них прощения. Они бы эти извинения приняли. Они даже с пониманием относились, что какие-то моменты подсудимый мог не помнить. Показания свидетеля Андрея Орлова показались нам очень искренними. И мы даже взяли на себя смелость попросить у него стихи, которые он написал про Захарова. И вы не представляете, с какой теплотой эти стихи были приняты. Именно такого отношения они ждали от подсудимого. Михаил Олегович собирался читать стихи своего авторства, но не знаю уместно, ли это. После того как на последнем заседании прозвучали страшные слова в адрес потерпевших. Наверно, не уместно».
Хайруллина: «То, что подсудимый оценил жизнь Сергея Захарова в 200 тысяч рублей (это сумма, которую он перечислил каждому из потерпевших), считаем оскорбительным. Также он не компенсировал требуемый моральный вред сыну Захарова Виталию».
Также адвокат попросила не учитывать в качестве смягчающего обстоятельства нахождение на иждивении у Ефремова совершеннолетней дочери Анны-Марии. Потому что судя по распечатке с карты 120 тысяч рублей на образование в апреле этого года вносил не сам Ефремов, а Татьяна Глаголева. И мол в оплате ее образования подсудимый больше не участвует. Но Глаголева много лет является директором Михаила, поэтому явно просто выполняла его поручение.
К слову, на суде присутствует художник Евгений Митта, друг Михаила Ефремова. Он запечатлевает моменты громкого процесса.
12:31 Бутырина просит обратить внимание на поведение защитников Ефремова: «Все мы стали невольными учениками адвоката Пашаева. Но иносказания Пашаева на плохом русском не имеют ничего общего с нормами уголовного кодекса». Припоминает многочисленные оскорбления с его стороны. И удар под дых — озвучивает, что Пашаев трижды был лишен адвокатского статуса и был приговорен к условному сроку. Также Анна испугалась угрозы «Я с тобой разберусь», высказанной Пашаевым на одном из заседаний. Мол обратилась с соответствующим заявлением.
12:04 Адвокат Анна Бутырина попросила перерыв перед своим словом. И после его окончания решительно взобралась на трибуну, откуда свидетели давали показания. Видимо, настроение у дамы «выступательное», а раньше, как мы помним, ей даже вставать тяжко было. Она решила более подробно все резюмировать. Говорит, что свидетели защиты ее впечатлили и изумили. Особенно тем, что давали ложные показания. Хоть и были предупреждены об уголовной ответственности, которая их, видимо, не пугает.
12:45 Адвокат Виталия Захарова: «Еще будучи подростком, Михаил Олегович обещал всем разбитые коленки излечить. Я склонна доверять показаниям Орлова, Высоцкого, Кругликовой. О том, что Ефремов помогал многим людям. Но почему-то потерпевшие по этому делу данной помощи не заслужили». Она настаивает на реальном сроке, а не колонии-поселении. Не согласна с вердиктом прокурора о снижении компенсации морального ущерба Виталию Захарову до 500 тысяч рублей: «С самого первого дня прозвучало, что подсудимый очень богатый человек, поэтому, думаю, он сможет возместить вред в запрошенном размере. Я верю, что свидетели правдиво характеризовали Ефремова как доброго, щедрого, хорошего человека. Но, по-моему, он перестал им быть после того, как перестал признавать себя виновным».
Адвокат Сергей Аверцев (второй адвокат сына Захарова) взял слово. Сказал, что грош цена сегодняшнему признанию Ефремова, ведь его вина итак уже доказана. «Если он хотел найти правду, то должен был делиться информацией, которой обладал сам. Но вместо этого сидел и отмалчивался, никак не помогал следствию».
13:04 Очень трогательную речь произносит второй адвокат сына Захарова. «Сила Михаила Ефремова в его известности, популярности. На него равнялись, к его словам прислушивались. И каждый его поступок имеет вес, оценивается иначе, чем поступок обычного человека. В том числе поэтому, после того, как в Интернете появились миллионы комментариев в защиту Ефремова, мой подзащитный Виталий Захаров почувствовал себя просто букашкой. Мол, его потеря совсем небольшая, так, ерунда. Это принесло ему страдания.
При этом помню, как Софья, жена подсудимого, рассказывала о том, как тяжело их семье пришлось первые дни: журналисты, травля… Но подсудимый сам выбрал себе путь публичного человека. Виталий Захаров себе такой участи не выбирал, не хотел чтобы его караулили корреспонденты, не собирался выступать на шоу. Но ему пришлось. И ему неприятно, что частная жизнь его семьи стала достоянием общественности».
Адвокат сына Захарова: «Сколько раз мы в этом зале суда говорили о белых кроссовках, оранжевых футболках, высоте автомобиля. Но какое это имеет значение? Это ничто. Уважаемый подзащитный, я сочувствую вам по поводу вашей защиты. «Купите себе слуховой аппарат», — сказали вы во время одного из заседаний. Эта фраза — ничто. Это «белые кроссовки». Это лишь отношение подзащитного к потерпевшему».
13:18 Александр Добровинский написал красивую речь, читает по бумажке: «Дело которое мы рассматриваем в данный момент, это не дело сына известных родителей, а дело обычного гражданина. В самом начале следствия настоящее уголовное дело казалось потерпевшим безумно трагичным для восприятия. У моих доверителей перевернулся мир по вине Ефремова. Трагедия вошла в дом сразу — со смертью Сергея Захарова, простого человека, трудяги. А что же Михаил Олегович. Появился ролик-покаяние, который в основном говорил о себе и своей личной беде и лишь вскользь потерпевших. Но две фразы привлекли внимание моих доверителей: «Я не знаю как дальше жить, многие считают, что я буду отмазываться, но нет» и «я не знаю как просить прощения, но все равно прошу».
Оба постулата оказались брошенными в воздух словами и пытался всеми силами отмазаться. Данный процесс несет глубочайшую разницу в психологии и ментальности ее участников. С другой стороны человек едущий на работу, с мечтами и планами жизнь. Не подозревающий что жизнь оборвется в момент. С другой стороны человек опьяненный безнаказанностью и севший пьяным за руль. Человек, которого мы наблюдаем все эти дни в зале суда — Михаил Ефремов. Я не знаю, зачем это было нужно подсудимому и его защите. Долго не понимал. Но теперь понял: это аморальное удовлетворение преступника, желающего просто отмазаться.
С одной стороны уважение к процессу, с другой стороны фраза подсудимого: «Если бы не адвокат Добровинский, то этого процесса вообще не было». Я рад, что не дал Михаилу Олеговичу отмазаться и он будет отвечать по всей букве закона. Это знаковый процесс. Мне очень жаль, что большой актер оказался таким маленьким человеком. Прошу суд вынести обвинительный приговор. С самого начала у меня были инструкции от доверителей согласиться с требованием прокурора и принять вердикт суда».
13:21 А теперь Эльман Пашаев и его итоги. Адвокат снова говорит, что сторона обвинения устроила шоу: «Был создан грязный театр со своим художественным руководителем, катающимся на самокате. И в нем участвовали, к сожалению, потерпевшие, которые, несмотря ни на что, вызывают у нас только уважение. Как можно так цинично в присутствии журналистов говорить, что никто не извинился и не хотел помочь? Ефремов находился под домашним арестом, он не мог никуда ехать. Все же делал я. Я неоднократно просил контакты семьи Захаровых, у нас их не было».
Пашаев: «С чем мы столкнулись? Сделали видеообращение. Но в ответ сказано, что всерьез его не воспринимают. Трижды Ефремов просил прощения. Не имеет значения, что и как было, погиб человек. Тоже не доходит. Я ездил к маме Захарова, мой помощник ездил. Все боятся Маргариту (официальную жену погибшего), она майор полиции в городе. Поэтому никто даже не хотел с нами связываться. Бог свидетель».
Пашаев: «Я предлагал трехсторонние переговоры, журналисты нам не нужны. Но Добровинский перекрывал все контакты. Я предлагал потерпевшему 500 тысяч рублей прямо тут в коридоре. Как начальную сумму. Может, на миллионе бы остановились. Я лично предлагал. Вот, какой Ефремов плохой. Он хотел помочь».
Пока Пашаев читает речь, в которой ругает оппонентов и заявляет, что все журналисты тут пишут по заказу «понятно кого», Михаил Олегович максимально сгорбился и сжался, смотрит в пол.
Пашаев: «Хотел бы начать с момента совершения ДТП. Ефремов с первого дня говорил, что на все готов. Но в течение 10 дней я с ним общался и на все вопросы у него были отрывочные воспоминания. Когда я начал смотреть экспертизу, общался со следователем, узнавал о травмах, я предложил: «Михаил Олегович, если мы на предварительном следствии не признаем вину, это не значит, что мы отрицаем свою виновность. Мы признаем ее позже. Давайте просто всесторонне исследуем ситуацию, дайте мне такую возможность». Мы искали правду, обращались к специалистам. К примеру, почему не была оказана первая помощь оперативно пострадавшему на месте ДТП. Все специалисты говорили, что травмы полученные Захаровым в аварии, ни одна из них не была несовместима с жизнью. В документах нет, когда была оказана первая помощь. Его только через 1:20 доставили в больницу. Тут речь о частных моментах, не о виновности Ефремова».
Пашаев: «С каких пор общественность может влиять на рассмотрение уголовного дела? А тут, я заметил, очень повлияла, как все быстро. По аналогичным делам с двумя трупами мы восемь месяцев не можем закончить экспертизу. У Ефремова приоритет в уголовно-процессуальном кодексе?! Или он кого-то не устраивает? Давайте тогда будем его казнить.Также я услышал, что потерпевшие очень сильно страдали из-за нашего поведения? А кто при этом устраивал шоу на самокатах? Кого Ефремов оскорблял из потерпевших? У него всегда были претензии только к их представителям».
Пашаев: «Человека же судят, не животное! Зачем вы ломаете жизнь? Зачем вам 11 лет?! Да, Ефремов не раз говорил: казните меня! Что вы творите, когда просите такой срок. Я по несколько раз в день отключаю телефон, когда мне звонят иностранные журналисты и спрашивают, что творится у нас в стране. Если суд даст 12 лет, Ефремов не испугается. Он тюрьмы не боится. Он свою судьбу знает. Тут к нему понятное отношение. Ему даже два часа не давали, чтобы в больницу съездить! Убийцам создают лучшие условия. Вы к нему как к вещи относитесь. У него двое малолетних детей, которые тоже с ужасом переживают весь этот общественный резонанс. Ефремов сразу говорил, что ему наверно лет 11-12 дадут! Я еще удивлялся, мол, как, за неумышленное преступление?»
Фото: Комсомольская правда/ PhotoXPress.ru, Ольга Плетенева