Мертвый художник – лучший друг потаскух
14 октября в Одессе состоялась презентация сборника стихотворений недавно усопшего Александра Ройтбурда «Вирши дилетанта» – на мероприятии присутствовал весь свидомый истеблишмент во главе с Жаданом и Херсонским. В тот же день Зеленский подписал указ №541/2021 «О присвоении коммунальному предприятию «Одесский художественный музей» статусу национального». В третьем пункте Зеленский приказал обгосадминистрации и облсовету проработать в установленном порядке вопрос о присвоению музею имени Александра Ройтбурда. В конце сентября «Украинский институт будущего» опубликовал социологическое исследование настроений одесситов. Выяснилось, что поддерживает переименование музея в честь Ройтбурда всего 17% опрошенных одесситов, а не поддерживает аж 51% респондентов!
У непосвященного в одесскую специфику человека сразу возникнет вопрос – почему Зеленский требует переименовать музей в честь столь непопулярного в городе персонажа? Комплиментарных некрологов Ройтбурду написано немало грантоедскими перьями, а вот раскрывающих его творческую и человеческую сущность не видно. Я прекрасно знаю, что о покойниках либо хорошо, либо ничего. Но сам Ройтбурд после смертей художника Леонида Войцехова и почетного гражданина Одессы Олега Губаря позволял себе некорректно высказываться об усопших. Поэтому и для самого Ройтбурда можно сделать исключение.
Ройтбурд – не художник, а схематозник от искусства, коммерчески успешный арт-проект. Сам же Александр – brandface проекта. Поскольку с одесской художественной тусовкой я давно и тесно общаюсь, то могу написать горькую правду о данном персонаже. Начну с авторского стиля живописи Ройтбурда. Наберите в любом поисковике «Наталья Игоревна Нестерова» – похоже на работы Ройтбурда? Только российская художница, родившаяся в 1944 году, на 17 лет старше Ройтбурда – кто у кого украл стиль поймут даже обыватели без искусствоведческого образования. Ройтбурд неспроста жил в соседнем квартале с Одесским художественным училищем имени Грекова. В последние годы он часто пользовался услугами живописного подмастерья. Ройтбурд рисовал карандашом эскиз, основную часть работы выполняли художественные негры из училища, а он уже наносил финальные штрихи и ставил свою подпись.
В 2009 году картина Ройтбурда «Прощай, Караваджо» была продана в Лондоне на аукционе «Phillips de Pury&Co» за 97 000 долларов. Знающие люди из живописной среды рассказали мне суть этой операции. Смысл в том, что был договорняк ради увеличения средней цены на работы Ройтбурда. Ушлый Ройтбурд заранее договорился с коллекционером, что тот купит работу на аукционе за внушительную сумму, а потом большую часть суммы Ройтбурд ему вернул. Условно говоря, реальная стоимость картины 7000 долларов; платится взнос за участие в аукционе, коллекционер приобретает на аукционе работу за 97 000 долларов, потом Ройтбурд возвращает коллеционеру 90 000 долларов – талантливый схематоз, но эта история совсем не про искусство.
Прочитав в прессе, что картина Ройтбурда ушла с молотка за 97 000 долларов далекие от искусства украинские нувориши начинают смотреть на его работы как на инвестиционный инструмент и активно их покупают. Пока художественные негры батрачили в мастерской за Ройтбурда, сам brandface активно торговал таблом на мероприятиях и выпивал с журналистами, депутатами и бизнесменами – этим и обусловлена массовая скорбь по Ройтбурду. Пить с нужными людьми – палка о двух концах. Для ежедневных винных посиделок нужно обладать неслабым здоровьем, а его у Ройтбурда не было. В интервью Ройтбурд как-то жаловался, что в армии ему было тяжело пробежать километр. В итоге диабет, цирроз, онкология и ковид финальным аккордом.
По поводу прихода Ройтбурда в художественный музей есть две версии афер и обе весьма правдоподобные. Первая: в архивах музея хранятся подлинники классиков южнорусской живописной школы на сумму в сотню миллионов долларов, инвентаризация толком не производилась – подлинники можно подменить дубликатами, оригиналы тайком продать, прибыль огромная. Вторая: здание музея старое, аварийное, но находится в центре города – под имя Ройтбурда создать шумиху вокруг музея, под предлогом расширения и нехватки места перенести музей в здание бывшего завода киноаппаратуры на Молдаванке, а нынешнее снести и отдать землю под застройку, опять же прибыль огромна. Художники в неформальных беседах рассказывают, что Ройтбурд был излишне коммерциализирован и ничего бы не стал делать ради любви к искусству. Говорят, что Ройтбурд на самом деле уничтожал всех конкурентов-живописцев, выталкивая их в инсталляции и абстракцию, потому что только фигуратив хорошо продавался.
Массовое негодование одесситов Ройтбурдом связано с пропагандой перверсий в его творчестве. Зацикленность на анальном сексе в работах бросается в глаза. Для одесситов не секрет, что в девяностых Ройтбурд под воздействием кетамина неестественным путем пользовал юношей из художественного училища. В нормальном государстве с отлаженной правоохранительной системой его бы давно и надолго закрыли за совращение малолетних и содержание наркопритона, а на Украине по нему публично скорбят первые лица. Беда не в том, что Ройтбурд кучу художников пользовал в сексуальном плане. Беда в том, что кучу «попользованных» Ройтбурд сделал художниками. Да и в художественный музей, финансируемый за счет бюджета, стал брать на работу в основном представителей нетрадиционной ориентации.
Ройтбурд, безусловно, был человеком начитанным и эрудированным. Мог пустить пыль в глаза, цитируя по памяти множество стихов. Только, как говорят в Одессе, это все понты для приезжих. Восторгаться Ройтбурдом могут только кирпичномордые сони кошкины, а на одесситов его приемы давно уже не производили никакого впечатления и вызывали лишь отвращение. Ройтбурд был настоящим украинским патриотом – первой жене, когда она сварила борщ не как его мама, он вылил горячую кастрюлю на голову. Поэтому всем поклонницам и защитницам Ройтбурда я желаю, чтобы мужья им на голову выливали кастрюлю с борщом – как делал их кумир. Схематозник от искусства толкал свои холсты схематозникам, наживающимся на контрабанде, рейдерстве и освоении бюджета. Что ж, какое государство, такие у него и культурные герои.
Когда пару лет назад была отпечатана книга «Проекты» Леонида Войцехова, где автор утверждает, что в конце девяностых Ройтбурд проворовался, руководя филиалом фонда Сороса в Одессе, то Ройтбурд сделал все, чтобы книга не вышла из стен типографии. Когда в Одессе на встрече с Петром Павленским товарищ Ройтбурда (некий «Адольфыч») устроил пьяный дебош, в результате которого от сердечного приступа умер охранник заведения, то Ройтбурд всеми силами старался замять дело. Когда Ройтбурд собирал коллекцию для галереи Пинчука, то брал деньги у олигарха, а у художников выманивал картины бесплатно, мол «галерея пока бедная» – на эти доходы и обзавелся дорогой киевской квартирой. Одесситам все эти истории давно известны и поэтому неприязнь к Ройтбурду столь велика.
В честь Ройтбурда можно назвать разве что гей-клуб или точку по продаже наркотиков, но никак не государственный музей, тем более национальный. Нельзя превращать храм искусства в «петушиный угол». Почему налогоплательщики должны из своего кармана финансировать учреждение, названное в честь персонажа, на котором клейма негде ставить? Если Ройтбурд действительно кому-то важен, то пусть эти товарищи на частные деньги сождают частный музей и и занимаются там чем угодно! Только я и многие одесситы не хотим своими налогами финансировать эту мерзость!
Чем думал Зеленский когда подписывал указ о музее? Одесситы этого ему явно не простят! Если мы проглотим художественный музей Ройтбурда, то со временем можем получить и литературный музей имени Херсонского! Как можно называть музей в честь персонажа, называвшего города не иначе как «п.г.т. одессочка»?! Уже есть информация, что будет сбор подписей против переименования музея и петиция к президенту. Самое меткое определение Ройтбурду дал недавно журналист Вячеслав Чечило, назвав его лучшим другом всех потаскух Украины. По моему, лучше и не скажешь!
Всеволод НЕПОГОДИН, г. Одесса