Жизнь в обмен на космос. Можно ли было спасти Сергея Королева?

На операционном столе — невысокий коренастый человек с широким волевым лицом. В стране его знают как профессора К. Сергеева, автора множества газетных статей о проблемах и перспективах исследований космоса. Его настоящее имя — Сергей Королев, засекреченный главный конструктор. Человек, благодаря которому в космосе оказались первый спутник и первый космонавт.

Хирург ободряюще улыбнулся, и пациент расслабленно прикрыл глаза. Дело предстояло пустяковое — удаление полипа из прямой кишки. Оперировал лично министр здравоохранения СССР Борис Петровский. Что могло пойти не так?

Он думал, что это пустяковая операция. Петровский мне так рассказал: «Все будет хорошо, удалю полип этот, и все будет нормально».

Наталия Королева, дочь С. П. Королева

Сергей Павлович лег в больницу в полной уверенности, что уже через пару дней выйдет на работу. Только перед выездом обеспокоенно спросил жену: «Не знаешь, где мои счастливые монетки? Они куда-то подевались».

Летом 1962 года у Королева случился ночной приступ желудочно-кишечной боли. Началось кровотечение. Вызвали скорую. Его осмотрел главный хирург 4-го Главного управления Минздрава — профессор Валентин Маят. Диагноз — изъязвление сфинктера.

Сегодня такого диагноза — изъязвление сфинктера — не существует. Мы чаще всего говорим о каких-то поражениях сфинктерного аппарата либо воспалительного, либо механического характера. Изъязвление больше относится к области либо геморроя, либо трещины анального канала.

Дмитрий Сидоров, заведующий абдоминальным хирургическим отделением МНИОИ им. П. А. Герцена, д. м. н.

Сложно представить, но жить Королеву оставалось всего четыре года. Если бы тогда, в 1962-м, он прошел полноценное медицинское обследование, то, вероятно, все было бы иначе. Но как только кровотечение остановили, Королев буквально сбежал из больницы.

Никто не мог заставить главного конструктора вернуться туда просто так. Ему не до того, в самом разгаре битва за Луну, и он единственный, кто может обеспечить Советскому Союзу первенство. Только в конце следующего года он ложится, наконец, в Кремлевку. Новый диагноз — полип в прямой кишке.

Сам по себе полип представляет доброкачественное новообразование. Они имеют множество различных морфологических структур, в том числе аденоматозные полипы, и на нашем языке, хирургов-онкологов, это те образования, которые чисто теоретически могут являться облигатным предраком. То есть на фоне которых могут развиваться злокачественные онкологические новообразования ободочной кишки.

Дмитрий Сидоров, заведующий абдоминальным хирургическим отделением МНИОИ им. П. А. Герцена, д. м. н.

Позднее выяснится, что кровотечение провоцировал не полип. Но правильный диагноз поставят только на операционном столе, когда будет уже слишком поздно. 

Как вышло, что здоровье человека, который был самым ценным стратегическим ресурсом страны, оказалось в центре внимания лишь во время операции? Чтобы ответить на этот вопрос, проведем собственное расследование.

1917 год. Сереже Королеву десять лет. Его взросление пришлось на время, когда революция шла не только в стране, но и в науке. Закладывались теоретические основы будущей космонавтики и новой физики. Стремительно развивались медицина и здравоохранение. По всему Союзу раскинулась сеть пастеровских станций, медсанчастей и аптек. Усиленно пропагандировались гимнастика и гигиена.

В первой половине XX века был достигнут очень большой прогресс в лечении инфекционных заболеваний. К 1930-м годам, благодаря вот этой системе организации здравоохранения и борьбы с инфекциями, противоэпидемической помощи, уже крупных вспышек ни оспы, ни чумы, ни холеры в Советском Союзе не было.

Болеслав Лихтерман, профессор кафедры гуманитарных наук Института социальных наук Первого МГМУ им. И. М. Сеченова, д. м. н.

В 40-е годы в СССР начинается применение антибиотиков. Микробиолог Зинаида Ярмольева налаживает производство холерного бактериофага и изобретает отечественный аналог пенициллина — крустозин. Ученые Георгий Браузе и Мария Бражникова создают грамицидин.

В годы Великой Отечественной войны, действительно, удалось избежать крупных вспышек эпидемий. По крайней мере, в официальной статистике цифры возвращенных в строй раненых 72,5%, а больных — 90%. Это очень высокие цифры.

Болеслав Лихтерман, профессор кафедры гуманитарных наук Института социальных наук Первого МГМУ им. И. М. Сеченова, д. м. н.

В школе Сережа Королев знакомится с летчиками Одесского гидроотряда и сразу решает, что будет летать. В 16 лет он уже лектор по ликвидации авиабезграмотности. С 17 проектирует планеры и сам летает на них. Правда, летчиком он так и не станет. Одна из причин — перенесенный в 23 года брюшной тиф, после которого воспалилось среднее ухо. Раскалывалась голова, постоянно знобило, и держалась температура. Королеву сделали операцию.

Заболевание тифом первое в длинной череде случаев, когда Королева спасло чудо. Его друга Фридриха Цандера, талантливого инженера, влюбленного в космос, тиф не пощадил. А Королев выжил, но сесть за штурвал самолета ему было уже не суждено.

Всю оставшуюся жизнь Королев плохо слышал одним ухом и в разговоре всегда наклонял голову набок. Но никогда не жаловался на слух, это было не в его характере. Мерцательная аритмия — еще одна проблема со здоровьем, которая, как и глухота, сопровождала Королева долгие годы. Сегодня ее называют фибрилляцией предсердий. Связана она либо с врожденным нарушением проводящей системы сердца, либо с повышенным артериальным давлением.

Стрессы из-за неудач на испытаниях, хроническое недосыпание, чтобы экономить рабочее время. Королев летает на Байконур только ночью. Все это усугубляло аритмию, но Сергей Павлович никому ничего не говорил.

Королеву требовалось обследование и серьезный курс амбулаторного лечения, однако времени не хватает даже на работу. 1933 год. Его назначают заместителем директора Реактивного научно-исследовательского института. Там создавались ракетные системы военного назначения. Но его интересует одно — космос. Он расходует часть государственных средств на проекты, не имеющие практического применения. Разрабатывает пороховую крылатую торпеду, хотя в мире еще нет технологий для управления таким снарядом.

В будущем именно эта его готовность — пойти на что угодно, лишь бы приблизить исполнение мечты о полете в космос, — поможет СССР выиграть космическую гонку. Но тогда, в 1938 году, за неудачные испытания опытных образцов и причиненный государству ущерб Королева осудили и отправили в трудовой лагерь на Колыму. 

При допросе ему сломали челюсть. Последствия этого выяснятся через много лет на операционном столе. Врачи не смогут ввести ему интубационную трубку, рот почти не открывается. Скорее всего, причиной стали неправильно сросшиеся после перелома кости.

Профессор Петровский распорядился дать пациенту Королеву легкий наркоз — закись азота, ведь предстояло всего лишь удалить полип. Доктор ощупал его и засомневался.

Я думаю, он столкнулся с несоответствием морфологической картины той картине, которую он увидел в прямой кишке, пальпаторно наверняка исследуя этого пациента. И вот это несоответствие морфологического диагноза клинической картине позволило усомниться в диагнозе и взять повторное исследование.

Надежда Волченко, заведующая отделом онкоморфологии МНИОИ им. П. А. Герцена, д. м. н.

Во время операции был сделан новый гистологический анализ, который и показал, у пациента не безобидный полип, а ангиосаркома прямой кишки. Петровский был поражен: опухоль данного типа встречается настолько редко, что многие онкологи за всю свою профессиональную жизнь ни разу с ней не сталкиваются.

Но ведь за месяц до операции у Королева уже брали биопсию, и было установлено, что новообразование доброкачественное. Как такое может быть? 

Вполне возможно, что тот кусочек, который был взят при первой биопсии, не содержал злокачественных клеток, и потребовалась вторая, иногда бывает третья, четвертая биопсия для того, чтобы убедиться в том, что это зло. В разных точках можно получить разный ответ из одного и того же образования.

Дмитрий Сидоров, заведующий абдоминальным хирургическим отделением МНИОИ им. П. А. Герцена, д. м. н.

При взятии повторной биопсии во время операции открылось массивное кровотечение, остановить его, как и удалить саркому, возможно было, только вскрыв брюшную полость. А это уже серьезная полостная операция, для которой нужен более глубокий наркоз, необходима интубация. Но только тут и обнаружилось, что рот у пациента Королева не открывается.

В это трудно поверить, но анестезиологам не было известно заранее, что у Королева неполностью открывается рот. Более того, его шея, короткая и широкая, также затрудняла интубацию, но и на это до операции никто не обратил внимания. Все это говорит об одном: скорее всего, предоперационного анестезиологического обследования у Королева не было.

Сегодня такое недопустимо. У анестезиологов есть четкий алгоритм оценки потенциальных проблем и такая же четкая инструкция на случай, если они возникнут.

Причиной неполного открывания рта мог быть не только плохо сросшийся перелом челюсти. За месяц до ареста Королев чуть не погиб на очередных испытаниях новой ракеты.

Вырвавшийся кусок трубы ударил Королева в висок, как выяснилось потом, он пришелся по касательной, оставив трещину в черепе. Спасли Сергея Павловича буквально миллиметры. Когда приехала карета скорой помощи, Королев попросил: «Свезите в Боткинскую, у меня там жена работает».

Ярослав Голованов. «Королев: факты и мифы»

Как и тогда с тифом, смерть снова коснулась его, но прошла мимо.

Продолжение медицинского анализа психологического и физического здоровья Сергея Королева смотрите в программе «Клинический случай. Сергей Королев».