ПОСЛЕ ЗАКАТА НАСТУПАЕТ РАССВЕТ
"Мы рождены Городом. Не в городе, как все остальные жители земных городов, но Городом, и мы только его дети... Когда-нибудь, когда не станет нас, и археолог новейших племен раскопает эти заросшие высокими степными травами холмы, он, на глазах местных одичавших племен, станет доставать из земли сохранившиеся ребра контрфорсов, обломки колонн тосканского ордера, уцелевшую голову сатира. И станет он определяться, когда же здесь стоял город, кто же были его жителями, ничуть и вполне справедливо не предполагая в местных одичавших аборигенах...". Тихо, ша! Это вовсе не я написал, у меня, в отличие от создателя "Поэмы о Городе", из книги которого позаимствовал строки для эпиграфа, никогда не было пуделя...
И вообще, скажите спасибо за то, что взял цитату вовсе не из книги Льва Рэмовича Вершинина, писавшего на заданную тему еще цикавее. Что же до автора этих строк, то к его великому удовольствию уже произошло то, что случилось, ибо необратимые процессы являются природными законами, с которыми не поспоришь, нравится оно кому-то или нет.
Когда-то меня попросили подарить еще кое-что для Литературного музея, на сей раз связанного с самим собой плюс собственноручно написать хоть одну строчку, коль абсолютно все мои рукописи исполнены на пишущей машинке. Что исполнил, искренне не понимая зачем оно им надо. На картинке имеется не только моя печатная машинка, на которой исполнена добрая половина стопки книг с очень давней фотографии, но и писательские портреты. Вот это можно выдержать?! Весь музей забит экспонатами, связанными не просто с зарубежными, а идеологически вредными классиками российской литературы, некогда сбежавших из Города туда, где имя Мамы можно была писать иначе, чем на знаменитой пишущей машинке "Адлер" из "Рогов и копыт", способной исключительно на Одэссу.
Слава Богу, до музейщиков дошло чего требуется уже в наши дни, мои экспонаты оказались невостребованными, однако еще задолго до того я связался с отделом краведения Одесской научной библиотеки имени тогда еще не декоммунизированное Горького и попросил выбросить оттуда все мои книжки, что было обещано. Таким образом, сделал все от меня зависящее, лишь бы хоть как-то помочь процессу окончательного и бесповоротного превращения Одессы в Коцюбиевку, чему порукой активная работа ученых-историков и общественных активистов из Одессы-600, а также пишущая машинка "Адлер" с отсутствующей буквой "е".
И это правильно. Сами видите, у Коцюбиева долгая история, которой следует гордиться, а Одесса - не более, чем один из переименованного десятка населенных пунктов. Правда, пока в Городе стоит памятник Екатерине Второй, но все лучшее в недалеком будущем, о чем мечтают переселенные в Одессу галицийские выходцы,
один из которых уже внес огромный вклад в культуру Одессы, став местным чемпионом по поеданию вареников, и это не удивительно, фамилия обязывает, как никак Король. И я за них всех просто счастлив, ибо за необратимость процессов писал не вчера, а много лет назад, когда Сашка Ройтбурд еще не смел мечтать стать директором музея, сколь бы высоко ни скакал под Дюком.
Естественно, со временем из местного органа власти исчезнет и хранящееся там знамя Города с двуглавым орлом, совершенно неприемлемое для Коцюбиевки, чему есть свидетельство даже безо всякого "Адлера" из конторы с известным названием, ибо пара рогов уже не один год кряду образцово-показательно топчут своими копытами сами смотрите что.
За что их на все лады расхваливает пресса и соратники по окончательному превращению некогда мерзкого имперского городишки Одессу в Коцюбиевку с донельзя богатой шестисотлетней истории. Добре, сынки, добре... Да, все-таки не зря парой фамилий присланных в Одессубабуинов патриотов Сеть и пресса с благодарственным придыханием исписана куда гуще, чем вместе взятыми именами всех одесских деятелей подлинного искусства. Кто не верит - пусть проверит, нагуглите, к примеру, Александра Дорошенко и Демьяна Ганула...
С профессором Александром Дорошенко, чьи слова вынес в эпиграф, еще вчера все было ясно. Это за него в уже далеком 2003 году написал В. Котов "По улицам Города идет уставший человек, рядом семенит пудель. Человек внимательным грустным взором озирает останки того, что когда-то называлось Одессой...".
Однако, еще за 11 лет до того, в 1992 году...
Мне таки есть чем гордиться, стал первым, кто предрек рассвет Коцюбиевки, и уже только поэтому жизнь не прошла напрасно... Спрашивается, и чего это вдруг сегодня понаписывал? Через одного зловредного импортного гада. Дотянулся он до меня издалека, стал всякие гнусные намеки строить в связи с Днем независимости его родины, спрашивал: не сделал ли я себе дырочку в смокинге?
Как раз тот случай! Сделать ту дырочку и без моего участия желающих хоть отбавляй даже без особого повода.
Эту картинку когда-то послал Олежке Губарю. Он уже в Краях Вечной Охоты. Как и Александр Дорошенко, Василий Котов, Игорь Плюсюк, некогда написавший статью за единственного воина в поле города, другие тоже. Если повезет, то через пару дней эта же юбилейная картинка будет применительна и ко мне.
Это когда-то написал тот, кого нынче куда чаще именуют Путником Первым, нежели Львом Вершининым. Мы дружим с ним столько, сколько не живут, особенно в наше судьбоносное время. Никогда не подводил Левку и сейчас не собираюсь этого делать.
Пошел за бронежилетом.
И вообще, скажите спасибо за то, что взял цитату вовсе не из книги Льва Рэмовича Вершинина, писавшего на заданную тему еще цикавее. Что же до автора этих строк, то к его великому удовольствию уже произошло то, что случилось, ибо необратимые процессы являются природными законами, с которыми не поспоришь, нравится оно кому-то или нет.
Когда-то меня попросили подарить еще кое-что для Литературного музея, на сей раз связанного с самим собой плюс собственноручно написать хоть одну строчку, коль абсолютно все мои рукописи исполнены на пишущей машинке. Что исполнил, искренне не понимая зачем оно им надо. На картинке имеется не только моя печатная машинка, на которой исполнена добрая половина стопки книг с очень давней фотографии, но и писательские портреты. Вот это можно выдержать?! Весь музей забит экспонатами, связанными не просто с зарубежными, а идеологически вредными классиками российской литературы, некогда сбежавших из Города туда, где имя Мамы можно была писать иначе, чем на знаменитой пишущей машинке "Адлер" из "Рогов и копыт", способной исключительно на Одэссу.
Слава Богу, до музейщиков дошло чего требуется уже в наши дни, мои экспонаты оказались невостребованными, однако еще задолго до того я связался с отделом краведения Одесской научной библиотеки имени тогда еще не декоммунизированное Горького и попросил выбросить оттуда все мои книжки, что было обещано. Таким образом, сделал все от меня зависящее, лишь бы хоть как-то помочь процессу окончательного и бесповоротного превращения Одессы в Коцюбиевку, чему порукой активная работа ученых-историков и общественных активистов из Одессы-600, а также пишущая машинка "Адлер" с отсутствующей буквой "е".
И это правильно. Сами видите, у Коцюбиева долгая история, которой следует гордиться, а Одесса - не более, чем один из переименованного десятка населенных пунктов. Правда, пока в Городе стоит памятник Екатерине Второй, но все лучшее в недалеком будущем, о чем мечтают переселенные в Одессу галицийские выходцы,
один из которых уже внес огромный вклад в культуру Одессы, став местным чемпионом по поеданию вареников, и это не удивительно, фамилия обязывает, как никак Король. И я за них всех просто счастлив, ибо за необратимость процессов писал не вчера, а много лет назад, когда Сашка Ройтбурд еще не смел мечтать стать директором музея, сколь бы высоко ни скакал под Дюком.
Естественно, со временем из местного органа власти исчезнет и хранящееся там знамя Города с двуглавым орлом, совершенно неприемлемое для Коцюбиевки, чему есть свидетельство даже безо всякого "Адлера" из конторы с известным названием, ибо пара рогов уже не один год кряду образцово-показательно топчут своими копытами сами смотрите что.
За что их на все лады расхваливает пресса и соратники по окончательному превращению некогда мерзкого имперского городишки Одессу в Коцюбиевку с донельзя богатой шестисотлетней истории. Добре, сынки, добре... Да, все-таки не зря парой фамилий присланных в Одессу
С профессором Александром Дорошенко, чьи слова вынес в эпиграф, еще вчера все было ясно. Это за него в уже далеком 2003 году написал В. Котов "По улицам Города идет уставший человек, рядом семенит пудель. Человек внимательным грустным взором озирает останки того, что когда-то называлось Одессой...".
Однако, еще за 11 лет до того, в 1992 году...
Мне таки есть чем гордиться, стал первым, кто предрек рассвет Коцюбиевки, и уже только поэтому жизнь не прошла напрасно... Спрашивается, и чего это вдруг сегодня понаписывал? Через одного зловредного импортного гада. Дотянулся он до меня издалека, стал всякие гнусные намеки строить в связи с Днем независимости его родины, спрашивал: не сделал ли я себе дырочку в смокинге?
Как раз тот случай! Сделать ту дырочку и без моего участия желающих хоть отбавляй даже без особого повода.
Эту картинку когда-то послал Олежке Губарю. Он уже в Краях Вечной Охоты. Как и Александр Дорошенко, Василий Котов, Игорь Плюсюк, некогда написавший статью за единственного воина в поле города, другие тоже. Если повезет, то через пару дней эта же юбилейная картинка будет применительна и ко мне.
Это когда-то написал тот, кого нынче куда чаще именуют Путником Первым, нежели Львом Вершининым. Мы дружим с ним столько, сколько не живут, особенно в наше судьбоносное время. Никогда не подводил Левку и сейчас не собираюсь этого делать.
Пошел за бронежилетом.