ТРАДИЦИИ ИМПЕРАТОРСКОЙ ОХОТЫ
Александр Второй любил Одессу, платившую ему взаимностью, чему свидетельство памятник, который одесситы установили императору в одноименном парке, где величественный монумент стоит по сию пору. Император Александр Второй очень любил народ и всю свою жизнь, без остатка, посвятил служению ему. Охоту император также любил, иначе с чего бы я вдруг принялся в очередной раз писать о нем, да еще в канун завтрашнего дня...
Лишь однажды Государь чуть было не погиб на охоте из-за своего стремления быть поближе к народу, чтобы самому знать о его проблемах и надеждах. Народ, понятное дело, души не чаял в своем императоре. Стоило только Александру Второму приехать куда-либо накануне охоты, как к нему тут же заявлялись жители окрестных деревень, где на всю катушку грузили царя своими жалобами и просьбами. И не было ни единого случая, чтобы царь не выполнил чьей-либо просьбы или хоть как-то сократил время массовой аудиенции.
Однажды она затянулась до слишком позднего вечера, затем до 2 часов ночи секретарь докладывал царю о неотложных делах, после чего Александр Второй, помолившись Богу, проспал перед охотой всего пару часов. Утром произошло то, что случилось. Практически не отдохнувший перед серьезной охотой император, будучи отменным стрелком, дал промах по медведю. На охоте Александра Второго прикрывали унтер-егермейстр Иванов и стремянной Никонов. Распоряжения Иванова на охоте император был обязан выполнять неукоснительно. В течение двадцати лет унтер-егермейстр Иванов находился на охотах рядом с Государем, не надевая варежек даже в самые лютые морозы.
После промаха Александра Второго, когда медведь понесся на царя, Иванов скомандовал: «Государь налево, рогатчик вперед!», в тот же момент выстрелив, а Никонов всадил рогатину в грудь зверя, после чего тот замертво пал у сапога Александра Второго. Любой бы мог отступить на месте царя, хоть вы, хоть я, и не было бы в том позора, но Александр Второй ни на шаг не отступил назад, ведь у императора не было права хоть раз в жизни проявить слабость и отступить назад. После того, как медведь пал, Александр сильно веселился и шутил, совершив еще одну ошибку: решил, что медведя завалил Никонов и приказал наградить его серебряной медалью "Благодарю" на Владимирской ленте. А потом царь услышал вполне понятный любому охотнику базар типа: это моя пуля его свалила, нет это моя...
Александр Второй как истинный охотник все понял и приказал провести вскрытие зверя. Оказалось, медведь погиб от именно от пули, засевшей в мозгу зверя, всаженная в него рогатина не дошла ни до сердца, ни до легких. Когда об этом доложили государю, чтобы не оскорбить гордости Никонова, тот приказал изготовить две медали: серебряную, и золотую для сразившего зверя Иванова...
С тех пор прошло очень много времени, но некоторые охотники соблюдают кое-какие традиции императорской охоты, в частности, встречаются с современными селянами и помогают им чем только могут. К примеру, повадились к одному несчастному фермеру кабаны, так жрали урожай кукурузы, что селянин бы вполне мог потерять не только его, но и все свое хозяйство из-за взятого кредита. Без собак, понятное дело, не справились бы, но тем не менее, фермер, а также другие крестьяне остались чересчур довольными...
Лишь однажды Государь чуть было не погиб на охоте из-за своего стремления быть поближе к народу, чтобы самому знать о его проблемах и надеждах. Народ, понятное дело, души не чаял в своем императоре. Стоило только Александру Второму приехать куда-либо накануне охоты, как к нему тут же заявлялись жители окрестных деревень, где на всю катушку грузили царя своими жалобами и просьбами. И не было ни единого случая, чтобы царь не выполнил чьей-либо просьбы или хоть как-то сократил время массовой аудиенции.
Однажды она затянулась до слишком позднего вечера, затем до 2 часов ночи секретарь докладывал царю о неотложных делах, после чего Александр Второй, помолившись Богу, проспал перед охотой всего пару часов. Утром произошло то, что случилось. Практически не отдохнувший перед серьезной охотой император, будучи отменным стрелком, дал промах по медведю. На охоте Александра Второго прикрывали унтер-егермейстр Иванов и стремянной Никонов. Распоряжения Иванова на охоте император был обязан выполнять неукоснительно. В течение двадцати лет унтер-егермейстр Иванов находился на охотах рядом с Государем, не надевая варежек даже в самые лютые морозы.
После промаха Александра Второго, когда медведь понесся на царя, Иванов скомандовал: «Государь налево, рогатчик вперед!», в тот же момент выстрелив, а Никонов всадил рогатину в грудь зверя, после чего тот замертво пал у сапога Александра Второго. Любой бы мог отступить на месте царя, хоть вы, хоть я, и не было бы в том позора, но Александр Второй ни на шаг не отступил назад, ведь у императора не было права хоть раз в жизни проявить слабость и отступить назад. После того, как медведь пал, Александр сильно веселился и шутил, совершив еще одну ошибку: решил, что медведя завалил Никонов и приказал наградить его серебряной медалью "Благодарю" на Владимирской ленте. А потом царь услышал вполне понятный любому охотнику базар типа: это моя пуля его свалила, нет это моя...
Александр Второй как истинный охотник все понял и приказал провести вскрытие зверя. Оказалось, медведь погиб от именно от пули, засевшей в мозгу зверя, всаженная в него рогатина не дошла ни до сердца, ни до легких. Когда об этом доложили государю, чтобы не оскорбить гордости Никонова, тот приказал изготовить две медали: серебряную, и золотую для сразившего зверя Иванова...
С тех пор прошло очень много времени, но некоторые охотники соблюдают кое-какие традиции императорской охоты, в частности, встречаются с современными селянами и помогают им чем только могут. К примеру, повадились к одному несчастному фермеру кабаны, так жрали урожай кукурузы, что селянин бы вполне мог потерять не только его, но и все свое хозяйство из-за взятого кредита. Без собак, понятное дело, не справились бы, но тем не менее, фермер, а также другие крестьяне остались чересчур довольными...