НАЧИЩЕННЫЕ БОТИНОЧКИ ДЛЯ МАРША ПО КРАСНОЙ ПЛОЩАДИ
… - тоже мне насмешил. Любимая еще вчера любопытничала: «Ты уже начистил ботинки для маршировать по Красной площади?». Она сама последний раз так потухала, когда показал ей дом, где родился и жил Люшков. Потом мы шли домой, возле Оперного подходит какая-то девочка и говорит: «Не желаете совершить экскурсию по Старой Одессе?»
- Да, это еще посильнее вышло, чем когда другая девочка решила заработать рубль на гинекологе. Интересно, в самой Одессе сегодня хоть кто-то знает кем был Люшков?
- Думаю, в Одессе вообще не знают за Люшкова. Это же не Мишка Япончик или Лева Задов…
- … даже не Рейли и Блюмкин. Я тоже потухал, когда Блюмкина для его солидности пристегнули к самому Мишке Япончику. Блюмкина, которого в 17 лет флотская братва избрала своим командиром уже после того, как они дали пиздюлей гайдамакам. Те потом боялись высовываться с Фонтанов в город.
- Я наржался по тому же поводу. Когда один киевский пацан написал в журнале «Книжное обозрение», что я пустил петуха в «Гробе из Одессы», написав, что одесские бандиты на Молдаванке не допустили, чтобы великие непобедимые гайдамаки…
- И что тебя могло развеселить?
- Как что? Что именно этот пацан потом соорудил сценарий сериала «Сувенир из Одессы» по моему роману «Гроб из Одессы». Хохма похлеще, чем с Генрихом Люшковым, когда мне один деятель заметил: мол, в те годы чекисты, которые умели только выбивать сапогами признания, не смогли бы провести такую ювелирную операцию. Но Люшкова я убрал из «Когтя дьявола» совсем по другой причине…
- Представляю, как радовался в душе Генрих, когда его убивали японцы. Это Блюмкин мог себе позволить постебаться «А в «Известиях» завтра напечатают, что меня расстреляли?». Зато сейчас за него оды слагают типа советский террорист № 1, Джеймс Бонд и Лоуренс Аравийский в одном флаконе, подпольщик и красный партизан, комбриг Гражданской, резидент советской разведки на Востоке, жестокий чекист, полиглот, друг поэтов, звезда богемы, наркоман и атлет, кутила и деляга, разгильдяй и бюрократ…
- …и грозный ебарь. Не потому, что на бабе сгорел. Так всех наебать, это надо иметь талант. Посильнее, чем просто сбежать из камеры смертников за несколько часов до расстрела.
- Вообще-то англичане хотели его повесить. Блюмкин устроил бартер на расстрел. Ну так его потом расстреляли, правда, свои и в Москве, но ведь все по-чесноку. Жену Люшкова мадам Письменную тоже расстреляли, это везде было написано.
- Конечно. А дочку отправили в спецдетдом имени Балдаева через час после расстрела ее мамы.
- Эта расстрелянная в 1939 году умерла в Прибалтике ровно через 60 лет после того. Люшков ведь ее предупредил, чтоб уходила. Но чекисты умели только сапогами работать. Как они вычислили – страшная загадка.
- Да кто б поверил Люшкову, если бы ее не вычислили? А когда японцы окончательно и бесповоротно клюнули, мадам Письменную тут же выпустили, хотя всего год прошел, как ей серьезный срок дали... Но как Люшков вставил узкопленочных, до них все в 1945 году дошло окончательно…
- Да, это им не Зорге. Ему памятник бы…
- Два памятника… Нет, три. Один - в родной Одессе, второй в Киеве, где он был начальником по секретно-политической части, а третий – в Москве…
… - с надписью "Генерал-лейтенант НКВД, как Король Черного Моря тоже одессит Френкель…
- … самый высокопоставленный перебежчик за всю историю существования советской разведки. Которого неблагодарные японцы застрелили. Или задушили? Не удивлюсь, если напишут, что его не застрелили, и не задушили, а зарубили самурайским мечом. В общем, гад и предатель Родины, как…
… - как та немецкая подстилка, которую казнили отважные бойцы французского Сопротивления во главе с самим…
- Ша, а то Макарон услышит. Узнает, сколько она горя фашистам наделала. В отличие от национального героя ля белла Франсе Андрюси Мальро и прочей сволочи.
- Представляю, как та путавшаяся с фашистами дрянь говорит поймавшим ее французам: «Пошли вон! Над своими бабами измывайтесь. А я на самом деле не француженка Мари, а еврейка Дора из Одессы».
- Да типа позвоните в Москву товарищу Берии, он один знает кто я такая на самом деле… Пароль: «Дора, Дора, помидора, мы в саду поймали вора, стали думать и гадать, как на вора наказать». Отзыв?
- Мы связали руки, ноги и пустили по дороге. Вор шел, шел и корзиночку нашел.
- Да, а в корзиночке фотографический портрет совсем другой Доры из Одессы. За которую весь мир знает. Кровавый палач Одесской Чеки Дора Явлинская. На фотографическом портрете ее автограф типа «Поклоннику придуманного не французскими братовьями Люмьерами в Париже, а Йосей Тимченко в Одессе синематографа, дорогому генералу Гришину-Алмазову от супруги выдающегося кинорежиссера Веньямина Сергеева, актрисы Доры Явлинской, в память о зарубежной Злуке и нашей разлуке».
- Все бы тебе над доверчивыми людьми глумиться. Но, должен признаться, тайный крымский гарем Лаврентия Берии и его десятилетние куртизанки – это таки было что-то с чем-то.
- Ну, если они Дору из кино за реал хавали, то там настоящие фотографические свидетельства были куда убедительнее. Хотел еще Люшкова добавить. Зря, что ли сам Сталин после встречи с Генрихом, поручил Люшкову курировать собственный курорт, точную копию которого потом соорудили японцы… Эх, зря я на парад ботиночки не начистил…
- Знаешь, а я больше, чем с тех начищенных на парад ботинок потух, когда ты сказал после выхода «Когтя дьявола», что напишешь за Люшкова книгу. Но только после того, как в серии «Жизнь замечательных людей» появится книга «Исаак Бабель». Это же надо, о ком только нет книг в этой серии, но только не за великого и всемирно известного писателя Бабеля. Который не стал Нобелевским лауреатом лишь по недоразумению.
- Вот по сей день и недоразумею: что это за такая профессия – Родину защищать? Даже ценой выше собственной жизни, обрекая себя на позорное бессмертие. Как поступил один из героев того самого «Когтя…».
- Да, это еще посильнее вышло, чем когда другая девочка решила заработать рубль на гинекологе. Интересно, в самой Одессе сегодня хоть кто-то знает кем был Люшков?
- Думаю, в Одессе вообще не знают за Люшкова. Это же не Мишка Япончик или Лева Задов…
- … даже не Рейли и Блюмкин. Я тоже потухал, когда Блюмкина для его солидности пристегнули к самому Мишке Япончику. Блюмкина, которого в 17 лет флотская братва избрала своим командиром уже после того, как они дали пиздюлей гайдамакам. Те потом боялись высовываться с Фонтанов в город.
- Я наржался по тому же поводу. Когда один киевский пацан написал в журнале «Книжное обозрение», что я пустил петуха в «Гробе из Одессы», написав, что одесские бандиты на Молдаванке не допустили, чтобы великие непобедимые гайдамаки…
- И что тебя могло развеселить?
- Как что? Что именно этот пацан потом соорудил сценарий сериала «Сувенир из Одессы» по моему роману «Гроб из Одессы». Хохма похлеще, чем с Генрихом Люшковым, когда мне один деятель заметил: мол, в те годы чекисты, которые умели только выбивать сапогами признания, не смогли бы провести такую ювелирную операцию. Но Люшкова я убрал из «Когтя дьявола» совсем по другой причине…
- Представляю, как радовался в душе Генрих, когда его убивали японцы. Это Блюмкин мог себе позволить постебаться «А в «Известиях» завтра напечатают, что меня расстреляли?». Зато сейчас за него оды слагают типа советский террорист № 1, Джеймс Бонд и Лоуренс Аравийский в одном флаконе, подпольщик и красный партизан, комбриг Гражданской, резидент советской разведки на Востоке, жестокий чекист, полиглот, друг поэтов, звезда богемы, наркоман и атлет, кутила и деляга, разгильдяй и бюрократ…
- …и грозный ебарь. Не потому, что на бабе сгорел. Так всех наебать, это надо иметь талант. Посильнее, чем просто сбежать из камеры смертников за несколько часов до расстрела.
- Вообще-то англичане хотели его повесить. Блюмкин устроил бартер на расстрел. Ну так его потом расстреляли, правда, свои и в Москве, но ведь все по-чесноку. Жену Люшкова мадам Письменную тоже расстреляли, это везде было написано.
- Конечно. А дочку отправили в спецдетдом имени Балдаева через час после расстрела ее мамы.
- Эта расстрелянная в 1939 году умерла в Прибалтике ровно через 60 лет после того. Люшков ведь ее предупредил, чтоб уходила. Но чекисты умели только сапогами работать. Как они вычислили – страшная загадка.
- Да кто б поверил Люшкову, если бы ее не вычислили? А когда японцы окончательно и бесповоротно клюнули, мадам Письменную тут же выпустили, хотя всего год прошел, как ей серьезный срок дали... Но как Люшков вставил узкопленочных, до них все в 1945 году дошло окончательно…
- Да, это им не Зорге. Ему памятник бы…
- Два памятника… Нет, три. Один - в родной Одессе, второй в Киеве, где он был начальником по секретно-политической части, а третий – в Москве…
… - с надписью "Генерал-лейтенант НКВД, как Король Черного Моря тоже одессит Френкель…
- … самый высокопоставленный перебежчик за всю историю существования советской разведки. Которого неблагодарные японцы застрелили. Или задушили? Не удивлюсь, если напишут, что его не застрелили, и не задушили, а зарубили самурайским мечом. В общем, гад и предатель Родины, как…
… - как та немецкая подстилка, которую казнили отважные бойцы французского Сопротивления во главе с самим…
- Ша, а то Макарон услышит. Узнает, сколько она горя фашистам наделала. В отличие от национального героя ля белла Франсе Андрюси Мальро и прочей сволочи.
- Представляю, как та путавшаяся с фашистами дрянь говорит поймавшим ее французам: «Пошли вон! Над своими бабами измывайтесь. А я на самом деле не француженка Мари, а еврейка Дора из Одессы».
- Да типа позвоните в Москву товарищу Берии, он один знает кто я такая на самом деле… Пароль: «Дора, Дора, помидора, мы в саду поймали вора, стали думать и гадать, как на вора наказать». Отзыв?
- Мы связали руки, ноги и пустили по дороге. Вор шел, шел и корзиночку нашел.
- Да, а в корзиночке фотографический портрет совсем другой Доры из Одессы. За которую весь мир знает. Кровавый палач Одесской Чеки Дора Явлинская. На фотографическом портрете ее автограф типа «Поклоннику придуманного не французскими братовьями Люмьерами в Париже, а Йосей Тимченко в Одессе синематографа, дорогому генералу Гришину-Алмазову от супруги выдающегося кинорежиссера Веньямина Сергеева, актрисы Доры Явлинской, в память о зарубежной Злуке и нашей разлуке».
- Все бы тебе над доверчивыми людьми глумиться. Но, должен признаться, тайный крымский гарем Лаврентия Берии и его десятилетние куртизанки – это таки было что-то с чем-то.
- Ну, если они Дору из кино за реал хавали, то там настоящие фотографические свидетельства были куда убедительнее. Хотел еще Люшкова добавить. Зря, что ли сам Сталин после встречи с Генрихом, поручил Люшкову курировать собственный курорт, точную копию которого потом соорудили японцы… Эх, зря я на парад ботиночки не начистил…
- Знаешь, а я больше, чем с тех начищенных на парад ботинок потух, когда ты сказал после выхода «Когтя дьявола», что напишешь за Люшкова книгу. Но только после того, как в серии «Жизнь замечательных людей» появится книга «Исаак Бабель». Это же надо, о ком только нет книг в этой серии, но только не за великого и всемирно известного писателя Бабеля. Который не стал Нобелевским лауреатом лишь по недоразумению.
- Вот по сей день и недоразумею: что это за такая профессия – Родину защищать? Даже ценой выше собственной жизни, обрекая себя на позорное бессмертие. Как поступил один из героев того самого «Когтя…».