Эксперты рассказали, почему растут цены на хлеб на Ставрополье

Несмотря на рекордные урожаи зерна и низкую стоимость производственной пшеницы, цена на хлеб продолжает расти. Какие факторы влияют на стоимость, и стоит ли ждать возвращения дешевых булок на прилавки, разбирался NewsTracker. В России дорожает хлеб. Если в январе 2022 года, по данным Росстата, 1 кг стоил 76,62 рубля, то уже в декабре 2023 года покупатели платили 90,49 рублей. Жалобы на то, что главный социальный продукт в ежедневном рационе питания становится не по карману, звучат и на Ставрополье вместе с настоятельными требованиями навести порядок в отрасли. Между тем прогнозы экспертов не радуют. Как отмечает председатель Регионального объединения работодателей «Агропромышленное объединение Ставропольского края» Петр Коротченко, роста цен не остановить из-за значительно возросшей себестоимости производства. Причем в стране сложилась парадоксальная ситуация, когда между стоимостью продовольственной пшеницы, муки и готовой продукции нет прямой зависимости. «Стоимость пшеницы в хлебе минимальна» По словам Коротченко, дорожает хлеб не из-за сырья, чья составляющая в формировании стоимости продукции сегодня рекордно низка. «Если в прошлые годы доля пшеницы в 1 кг буханки составляла 25%, сегодня показатель колеблется районе 15%. Оптовые же цены на продовольственную пшеницу и муку неукоснительно падают. Если весной 2021 года оптовая цена продовольственной пшеницы на Ставрополье составляла 18,5 рублей за кг с НДС, в ноябре 2023 года ее принимали по 13 рублей. Такой диспаритет цен наглядно демонстрирует несостоятельность теории, что в основе повышения лежит сырье. Ведь, по логике, раз стоимость упала, должны снижаться и цены на прилавках. Однако этого не происходит. В основе удорожания лежат иные издержки производителей», — поясняет Петр Коротченко. Среди ключевых факторов экономист выделяет повышение тарифов на электроэнергию и газ, а также нехватку трудовых ресурсов, дефицит которых остро ощущается. Собственно, чтобы не допустить оттока квалифицированных специалистов и не остановить производство, предприятия серьезно увеличивают заработную плату, что позже закладывается в расходы. Львиную долю расходов тянет на себя и логистика. «Транспортная отрасль сегодня претерпевает колоссальные нагрузки. У нас трехкратно выросла стоимость российских запчастей за предыдущие два года, подорожала отечественная техника, а покупка последней в лизинг стала менее недоступной из-за растущей ключевой ставки, это не считая законодательные меры по борьбе с перегрузами, установке тахографов и системы „Платон“. В итоге рост стоимости перевозок в прошлом году вырос на 32 процента, и прогнозируется его увеличение на 22% в 2024 году. Конечно, все это не могло не сказаться на товарах, где присутствует логистическая составляющая. Покупая сегодня хлеб, мы вместе с тем оплачиваем все эти экономические процессы, которые и формируют итоговый ценник», — уверен Петр Коротченко. С ним солидарен и профессор кафедры экономики и внешнеэкономической деятельности института экономики и управления СКФУ Александр Гладилин. «Важно, чтобы было не только где купить, но и за что» «Хлеб — одна из основ продовольственной безопасности страны. И в этом ключе властным структурам нужно рассматривать два аспекта: физическую и экономическую доступность продукции. В России же приоритет смещен в сторону физической доступности вместо сбалансированности мер, откуда и берутся современные проблемы. Ведь стоимость товара формируют необходимые издержки производства данного продукта, и государству крайне важно пройти по этой цепочке. В ней порядка 50% занимает система производства, 20% хранение и приведение того же зерна в товарный вид и еще 20% — торговля и доведение до потребителя», — поясняет эксперт. Но если с производственными факторами бороться сложно, то вот с организационно-политическими, также влияющими на динамику цен, еще можно поработать. Монополисты задают тон? «Сегодня в производстве зерна произошли серьезные изменения, появились вертикально-интегрированные структуры, по-простому, агрохолдинги, которые аккумулировали вокруг средние и мелкие хозяйства по производству зерна, в их же структуре находится вся система по переработке и хранению. Они же выходят на мировой рынок и являются основными экспортерами пшеницы, ориентируясь на мировые биржевые цены и привязывая к ним внутренние. Естественно, что все эти скачки отражаются и на потребителе», — отмечает эксперт дефекты то ли скрытой, то ли явной монополии. Оная характерна и для торговых сетей, также не стесняющихся в наценках на тот или иной продукт. И все бы ничего, если бы из-за этого не страдало качество продукции. «Тот же хлеб сегодня день полежал и уже черствеет и зеленеет, потому что никто из производителей тоже в убыток работать не будет. Поэтому качество муки, количество пищевых добавок в изделии вызывают вопросы», — бьет тревогу Александр Гладилин. Ты-мне, я — тебе? На вопрос журналиста NewsTracker о том, можно ли изменить ситуацию на рынке, оба эксперта сходят во мнении, что без экстренного вмешательства государства не обойтись. «Нужно выделять дотации местным производителям зерна, как и навести порядок во всех звеньях, отрегулировать уровень наценок в торговых сетях, начать применять торговые законы и разобраться в каждом муниципалитете с ролью агрохолдингов», — перечисляет Гладилин. Петр Коротченко же уверен, что, если преференции и нужны, то производителям социально значимых сортов хлеба. «Как вариант, можно рассмотреть возможность льготного кредитования для приобретения сырья и производства хлеба социальных сортов с обязательством предприятий ограничивать рост стоимости хлеба, чтобы у каждого была возможность, есть суп с булкой», — подытоживает собеседник издания. Выращиваем в убыток Пока сами аграрии ненароком замечают, что если будет не из чего печь. Ведь с каждым годом производство пшеницы становится все менее рентабельным. «В прошлом году первую партию зерна урожая 2022 года мы начали продавать 26 января, и цена с НДС была 13,5 тысяч рублей. Сейчас собираемся продать 2 тысячи тонн, и цена составляет 12,5 тысяч рублей, но есть предложения и по 11 тысяч за тонну. То есть цены падают, но продавать будем, причем уже второй год подряд гораздо ниже себестоимости. В 2022 году производство тонны пшеницы обходилось чуть более 14 тысяч рублей, показатели 2023 еще не формировали, но ниже не будет, цены взлетели на все. В прошлом году мы успели заранее приобрести дизельное топливо по 56 рублей за литр, в момент уборки цены были не подступиться — от 83 рублей и выше. Что будет в этом году, не знаем, но будем держаться, пока есть силы», — рассказал председатель колхоза «Родина» Новоселицкого округа Владимир Хромых.