Избивали, насиловали и заставляли делать аборты: Скандал в интернате на Николаевщине
Скандал с Березковским интернатом в Николаевской области набирает обороты. Тут произошел вопиющий случай, когда 16-летнюю воспитанницу заставили прервать беременность. Однако дети рассказывали также о случаях сексуального домогательства со стороны некоторых сотрудников учебного заведения, об избиениях и других издевательствах. Правду об инцидентах хотят скрыть и давят на тех, кто не хочет молчать.
«Дали таблетку и сказали, что все пройдет»
Случаи беременности у воспитанниц интерната ранее уже возникали, рассказала выпускница Снежана изданию Обозреватель.
«У меня также была беременность, я тоже хотела оставить ребенка. Но как только призналась руководству интерната в этом, на меня тут же начали давить. Вызвали в кабинет, говорили, что я хорошо учусь, у меня все впереди, и этот ребенок мне не нужен. Я очень боялась, что после прерывания больше не смогу иметь детей. Я даже хотела покончить с собой. Но мне сказали, что тихо дадут нужные таблетки и все пройдет. А друзьям я должна сказать, что новость о беременности была ложной. Меня закрыли в комнате, в которой обычно ночью спали медсестры, дали сначала одну таблетку, потом – две. Заставляли выпить их в присутствии медсестры. Я до сих пор живу с этим, хотя прошло несколько лет. Я вам только немножко рассказала, а все остальное у меня глубоко в душе, и я не могу об этом говорить», – вспоминает свою жизнь в этом интернате девушка.
Она также проговорилась, что подобные случаи беременности в этом учебном заведении не редкость. «Многие, кто прошел через это, не будут рассказывать. Потому что у них уже семьи, дети. Они не хотят, чтобы их мужья знали об этом. Некоторые даже не рассказывают родным, что воспитывались в интернате», – поясняет Снежана.
Воспитатель склонял к сексуальным отношениям?
Но принуждение к абортам несовершеннолетних еще не все, что тут происходит. Волонтер из Киевской области (девушка просит не называть ее имени) рассказала, что уже несколько лет знакома с некоторыми воспитанницами этого закрытого учебного заведения.
«Мы организовывали для них лагеря, общались. Я была для них старшим наставником. И как-то одним летом им уже нужно было возвращаться в школу, а они начали плакать, говорили, что не хотят. Я стала выяснять почему. И вдруг одна из них ответила – потому что ее там будут насиловать. Я не поверила. Девочка была в 5-6 классе. Она пояснила, мол, сейчас, может быть, и нет, но когда у меня вырастут груди, то будут.
Она рассказала про свою старшую сестру, которую к таким отношениям вынудил молодой воспитатель, родственник одной из руководительниц интерната. После этого она стала его девушкой. Такие отношения для нее были, в принципе, выгодными, поскольку давали какие-то привилегии. У этого воспитателя, оказывается, были и другие «девушки». Одна из них уже закончила учебу, ездила за границу, сейчас вернулась. У второй же – после того как она стала учиться в ПТУ, он еще и деньги просил с ее стипендии. Судить девочек за такое поведение трудно, потому что у них никогда не было родительского внимания, они просто хотят быть кому-то нужными», – рассказывает волонтер.
«Убеждают, что они маленькие бестолковые мамы»
Эксперт офиса Уполномоченного президента по правам ребенка в Николаевской области Павел Шульга, который первым сообщил о принудительном аборте несовершеннолетней в этом интернате, говорит, что был шокирован услышанным.
«Когда волонтеры рассказали мне об этом, я поехал туда и спросил у районного медика, у директора интерната и двух ее заместителей: «Это был первый случай?» Они ответили, что да. Но это вранье! Выпускница интерната рассказывала, что там регулярно происходит подобное. Я спрашивал их: «Вы же женщины, неужели никто из вас не пожалел будущего ребенка и не хотел его сохранить?» Но потом я понял, что у них это наработанная практика. Девочки беременеют, их сразу убеждают, что они маленькие бестолковые мамы, и ничего у них не получится. Они ничего не делают для того, чтобы поддержать таких детей. Уже на следующий день после аборта мне позвонил общественник из-под Киева и сказал, что у них есть центр для таких маленьких мам, предложил привезти ее туда. Но было уже поздно», – расстраивается Шульга.
Он говорит, что хорошо знает, чем живут в интернатах, поскольку вместе с супругой воспитывает восемь приемных детей.
«Руководство интерната организовало травлю тех, кто рассказывает правду. А одноклассники сейчас их гнобят, пишут всякие гадости. Дети говорят, что из-за этого их интернат могут закрыть, а они все останутся на улице. Ситуация тут просто зловещая. Интернат находится в отдаленном месте, в поле, он закрыт, никто из посторонних туда попасть не может. И никто не знает, что там происходит», – говорит Шульга.
Хватал за грудь, подсаживался на кровать
Выпускница Снежана описывает, как один из воспитателей В.Б. приставал к ней. Ей тогда было лишь 14 лет. Взрослый мужчина любил укладывать девочек, а после того как Снежана ложилась, присаживался на кровать, начинал ее гладить. Мог просто похлопать по попе.
«Я сначала не понимала, думала, что это нормально. Он ко мне относился хорошо, и в принципе как воспитатель был хорошим. Потом поделилась со старшими девочками, и они сказали, что это не нормально. Я была старостой в комнате, где мы жили с девочками, должна была следить за порядком и последней покидать комнату. Я боялась оставаться один на один с В.Б., мне было очень неприятно. Потому что он мог подойти и схватить за груди или засовывать свой язык в рот. Я просила кого-то из подружек остаться со мной. Потом я ему прямо сказала, чтобы он больше такого не делал. Он перестал, но его отношение ко мне уже изменилось», – вспоминает Снежана.
Такому же «ласковому отношению» подвергались и другие ученицы. Теперь же после скандала этот воспитатель среди ночи звонит им и просит никому ничего не рассказывать, а все, что стало известно обществу, называет фантазиями детей.
Молодой родственник одного из руководителей интерната, воспитатель А.А. также приставал к девочкам, имел с ними отношения. «Причем он мог этим заниматься прямо в той же комнате, где находились другие ребята. За шкафом, пока остальные дети играли на компьютере», – говорит Снежана.
Дети жаловались руководству интерната, но реакции не было.
Бьют детей и отбирают еду
Кроме этого, воспитатели били детей. «Тот же А.А. однажды побил мальчика, и его забрала скорая. Так заместитель директора помчалась за этой скорой, чтобы все уладить. Мальчик, Рома, ходил с огромной шишкой возле уха – это А.А. так его побил. Еще одна воспитательница однажды схватила мальчика между ног и пообещала все там оторвать, он плакал. Дети часто из-за этого сбегают из интерната. Я тоже сбегала, потому что находиться там было тяжело. Директор в полицию не сообщала, пытались разыскать сами. Если ребенка не было уже более суток, тогда шли в полицию», – говорит Снежана.
После побега воспитанники были наказаны. По словам Снежаны, девочек заставляли мыть туалеты в течение месяца. «Уборные на улице, там без противогаза войти невозможно. Мыли голыми руками на морозе. А однажды директор приказала детям бить ребят, которые сбежали. Колотили руками и ногами, они после этого идти сами не могли, в изолятор их переносили. В интернате со мной были младший брат и сестричка. Так у брата забирали еду, если он опаздывал в столовую на пять минут. Он сидел голодный и плакал, тогда за него вступалась я», – говорит Снежана.
Девушка говорит, что после окончания интерната фактически осталась на улице. Родителям до нее дела не было, руководство интерната или государство о ней не заботилось. Девушка хотела поступить в Николаевский аграрный университет, но не смогла. Единственным спасением оказался дедушка, которого она нашла. Позже она смогла забрать своих брата и сестричку, теперь они живут вместе.
Воспоминания о жизни в интернате для нее очень тяжелы. Она бы и хотела все это забыть, но говорит, что очень переживает за детей, которые там остались. И готова даже пройти детектор лжи, чтобы доказать правдивость своих показаний.
Руководство интерната не отстранено от работы
Дозвониться в сам интернат так и не удалось, телефоны, которые указаны на сайте, не работают. В Николаевской областной администрации говорят, что создали комиссию и ждут выводов полиции.
«Мы же не правоохранительные органы. Поэтому руководство интерната работает. Когда будут выводы следствия, тогда и примем решение. Та девочка сейчас помещена в Южноукраинский реабилитационный центр», – сказала нам начальник отдела по работе с интернатами департамента образования Николаевской областной администрации Наталья Руденко.
В полиции Николаевской области сообщают, что открыли уголовное производство по факту противоправных действий в отношении 16-летней воспитанницы интерната по ч.1 ст. 137 УК Украины (Недобросовестное исполнение обязанностей по охране жизни и здоровья детей). Виновному грозит лишение свободы до трех лет с лишением права занимать соответствующие должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.
Также воспитанницы интерната сейчас дают показания в прокуратуре.
Девочка «на бумаге» была согласна на аборт
Аксана Филипишина, представитель Уполномоченного в ВР Украины по соблюдению прав ребенка и семьи говорит, что ситуацию в Березковском интернате они держат на контроле.
«Мы получили пояснения по этой ситуации от руководства учебного заведения, от врача. Также у нас есть копия заявления о согласии на аборт мамы девочки, копия пояснения старшего брата, которые подтверждают, что это решение было волеизъявлением девочки, которая считала, что не потянет воспитание ребенка в таком юном возрасте.
Но важно, чтобы было заявление самой 16-летней девочки. Потому что, согласно закону о здравоохранении, дети, которые достигли 14 лет, должны давать свое согласие на медицинское вмешательство. И очень важно понять, действительно ли эта воспитанница давала свое согласие на прерывание беременности. Мы не исключаем ситуации, что ребенок мог принять такое решение под давлением взрослых«, – говорит Филипишина.
Информация о насилии над детьми в интернатах часто вызывает резонанс в обществе. Однако после скандала и публикации в СМИ эти дела, как правило, ничем не заканчиваются.
«В основном расследования завершаются лишь дисциплинарными решениями. Кого-то увольняют, кто-то в процессе разбирательства сам уходит или выходит на пенсию, дети взрослеют. Вот мы сейчас имеем дело по Измаильскому дому ребенка, где главный врач подозревается в растлении воспитанников, дело еще не закрыто, мы его контролируем. В Одесской области в интернате во время проверки был выявлен факт избиения детей, туда даже была вызвана полиция. Если бы был приговор суда, мы бы об этом знали. Пока же таких сообщений нет. Пару лет назад в Тернопольской области в центре психологической реабилитации дети пожаловались на насилие со стороны заместителя директора, мы тоже выезжали туда», – говорит Филипишина.
Она отмечает, что система интернатов очень закрытая. Дети находятся в изолированных условиях, один на один со взрослыми, им не к кому обратиться за помощью. И приходиться надеяться только на порядочность и ответственность этих взрослых.
«К тому же, в таких делах обвиняемый – взрослый, а жертва – ребенок. И здесь слово ребенка против слова взрослого. Взрослый говорит, что я этого не делал, и ему верят больше. Поэтому дела рассыпаются. Я уже не говорю, что в таких случаях даже допрос ребенка проводится в некорректной форме. Не в специальной обстановке, как положено, не человеком, который знает психологию ребенка. Несовершеннолетнего у нас до сих пор рассматривают не как субъекта правоотношений, который имеет свои права, право голоса. А только как объект», – говорит Филипишина.
В Украине есть стратегия реформы интернатов, но, к сожалению, она очень медленно реализуется. На нее не выделено ни копейки бюджетных денег.