Душевная летопись Ростова от Елены Козыревой. Письма ростовчан. Часть IX. Геннадий Ванденко (продолжение)
Продолжаю публикацию материалов о заслуженном работнике культуры РФ, замечательном человеке и музыканте Ванденко Геннадии Павловиче.
«Окончив с отличием Херсонское музучилище, в июне 1956 г. был зачислен в Одесскую государственную консерваторию им. А.В.Неждановой. Ещё четверо моих сокурсников также успешно выдержали вступительные экзамены и стали консерваторцами. В течение пяти лет мы жили в общежитии одной семьей. Кроме меня, в состав квартета входили Косев В.И. (баянист), Лукин А. (балалаечник), Афанасьев О.А. (тромбонист). Обо всех перипетиях совместной учёбы, проживания, творчества и отдыха можно было бы написать не один внушительный томик, ведь вместе съели, как говорят, не один пуд соли.
С 1958 г. учёбу в консерватории совмещал с работой в музыкальном училище и в одном из институтов вёл оркестр баянистов.
В училище в течение некоторого времени я занимался с Александром Соколом, который сегодня является ректором Одесской консерватории (академии).
В 1958-м учёбу в консерватории совмещал с работой музыкальном училище и в одном из институтов вёл оркестр баянистов.
1958 г. навсегда запомнился встречей с братом Олегом, который вернулся с большого семимесячного плавания на барке «Товарищ», который обошел Африку, побывал в Сингапуре и благополучно вернулся в родную Одессу, где на приморском бульваре в ресторане «Лондонский» и произошла наша встреча.
Как-то Олег пришел в гости ко мне в общежитие. Мы все порадовались его приходу, но тут же принялись (и я тоже) за работу. Каждый играл свое – тромбон, балалайка, два баяна и ещё один вокалист, которого подселили в нашу комнату. Видимо, Олег не выдержал такого напора децибелов и надумал уходить, на что я ему сказал: «Олег, да ты сиди, ты нам не мешаешь». Мне и в голову не могло прийти, что музыка может мешать ему.
А в выходной день я решил нанести ответный визит Олегу и отправился к нему на «Товарищ», который стоял на рейде в порту. Был вечер. Олег выделил мне отдельную каюту и пожелал спокойной ночи. Но какая-то неописуемая угрожающая тишина и вкрадчивый плеск морской воды наводили ужас. Хотелось захлопнуть иллюминатор, включить свет и любую музыку, лишь бы избавиться от гробовой тишины. Так два родных и любящих друг друга брата оказались антиподами. А виной тому стали музыка и тишина. Хотя, если говорить начистоту, Олег любил музыку, как я люблю тишину.
Июнь 1961 г. Пришла пора расстаться с альма-матер. Госэкзамены должен был принимать прославленный Г.Г.Нейгауз. Сколько волнений пришлось пережить в ожидании встречи с таким мэтром! Ведь наряду с баянным репертуаром надо было исполнять «Карнавал» Шумана. Неожиданно пришло известие о том, что вместо заболевшего Генриха Густавовича председателем Государственной комиссии назначается Дмитрий Башкиров – удивительный музыкант, пианист с большим творческим потенциалом и будущим. Именно он подписал мой красный диплом, дал путёвку в последующую музыкантскую жизнь.
Но самым главным событием 1961 г. явилась женитьба. Все мои самые близкие друзья-сокашники к этому времени обзавелись семьями. Они же познакомили меня с юной девушкой по имени Валя (произошло знакомство ещё в 1960 году). И теперь я не мог себе представить, как я отправлюсь по направлению в другой город и расстанусь с обворожительной улыбкой своей возлюбленной. Недолго думая, мы отправились в ЗАГС, где натолкнулись на препятствия: несовершеннолетней, которой не было 17 лет, рано выходить замуж. Представив все аргументы, мы все же добились своего – нас расписали. Вскоре родители устроили нам пышную свадьбу, после чего мы, молодая семья, отправились в город Нежин.
Здесь в Государственном педагогическом институте им. Н.В.Гоголя нас уже ждали. Меня назначили завсекцией баяна, но вскоре возложили обязанности завкафедрой музыки, в связи с тем, что работавшая в этой должности Тевзадзе Лилия Александровна готовилась к окончанию учёбы в аспирантуре музыкально-педагогического института им. Гнесиных.
Ректор Нежинского института Повод Марк Иванович принимал высоких гостей из Москвы: Кабалевского Дмитрия Борисовича, членов экзаменационной комиссии Птицу Клавдия Борисовича - декана дирижерско-хорового факультета музыкально-педагогического института им. Гнесиных, Юрлова Александра Александровича - завкафедрой МПИ им. Гнесиных, руководителя республиканской русской хоровой капеллы.
Творческая жизнь в институте им. Н.В.Гоголя била ключом. Общение с весьма серьезными музыкантами обогащало профессиональный опыт и доставляло истинное удовольствие. Но к концу учебного года наметилось прибавление семейства. Решили, что рожать надо в Одессе.
В Одессе 9 сентября 1962г. родилась дочь Анна. Её рождение совпало с Днём танкистов, который отмечался красочным салютом. Мы, конечно же, отнесли салют и насчёт Анечки – только что родившейся одесситки. И никому в голову не могло прийти, что спустя годы она станет ростовчанкой, да ещё и соавтором этих заметок!
В сентябре я приступил к работе в Одесском пединституте им. К.Д.Ушинского. Здесь ожидалось открытие музыкального-педагогического факультета, и это меня очень привлекало. Но прошел год – и ничего не случилось, никакого открытия. Это побудило меня поехать в Москву сдавать экзамены в аспирантуру Московского государственного педагогического института им. В.И. Ленина.Экзамены были успешно выдержаны и, хотя у меня не было целевого направления, в октябре 1963 г. я был зачислен в аспиранты музыкально-педагогического факультета МГПИ им. В.И.Ленина. Как и другим аспирантам, мне предоставили место в общежитии (одно, а потому жена и дочь остались в Одессе). В это же время мне дали педнагрузку на музфаке и поручили быть куратором учебной группы. Научным руководителем была действительный член Академии педнаук РСФСР, профессор Шацкая Валентина Николаевна, а руководителем по специальности – завкафедрой Динор Григорий Михайлович.
Большую часть времени проводил в научных залах библиотеки им. В.И.Ленина: изучал нужную литературу, собирал необходимый материал и любовался видом на Кремль. Быстро бежало время – и назревала острая необходимость воссоединиться с семьей. В этой связи мне заявили, что, поскольку я учусь в аспирантуре Российской Федерации, в Одессу меня не отпустят, а предложат на выбор любой музыкально-педагогический факультет на территории России. Оформив командировку я проехал по городам: Глазов, Куйбышев, Свердловск, Саратов, Таганрог и Краснодар. В наибольшей степени меня впечатлило посещение Таганрога, а точнее – таганрогского музпедфака. Ещё до принятия окончательного решения я познакомился с ректором ТГПИ Олесеюком Евгением Викторовичем, который производил впечатление сильного руководителя, серьезного и ответственного человека, хозяина своего слова. Евгений Викторович обрисовал перспективу развития музыкально-педагогического факультета, возможности для научно-методической, творческой и педагогической работы, а также заверил меня в том, что мои просьбы в отношении получения квартиры, работы для жены и место в детском саду для трёхлетней дочки Анны будут непременно исполнены. Это окончательно склонило чашу весов в пользу Таганрога.
Уже в июне 1965 г. я приступил к работе – проведению вступительного экзамена по специнструменту, жена Валентина Григорьевна стала библиотекарем, а Аня отправилась в детский сад. Началась новая жизнь на донской земле.
В Таганроге я погрузился в многогранную сферу деятельности. Очень хотелось, чтобы поскорее и классно зазвучал ансамбль тембровых баянов, чтобы мои студенты поднялись на более высокий уровень исполнительского мастерства, чтобы академгруппа, в которой я был куратором, стала образцовой. Старания не прошли даром. По итогам полугодия моя группа была признана лучшей в институте, за что было поощрена поездкой в дни зимних каникул на Кавказ: Домбай, Теберда, Архыз. Отдых в горах среди прекрасных лесных массивов, водопадов и нарзанных источников, порой нелёгкие подъемы и спуски, после которых особенно желанным был отдых в домике лесника, где после ужина делились впечатлениями, звучали песни, шутки и анекдоты… Поездка ещё крепче сплотила группу и послужила стимулом для новых дерзновенных усилий в овладении избранной профессией.
Институтские дела я постоянно совмещал с преподаванием баяна/аккордеона детям, которые учились в студии при музфаке, а затем стали учащимися музыкальной школы, организатором которой был А.Г.Абузаров – талантливый и требовательный, нетерпимый к фальшивому звучанию хормейстер. С Анатолием Гарифовичем мы шли нога в ногу на протяжении многих лет. Мне пришлось быть завучем, руководителем оркестра и просто преподавателем. В этой школе учились дети многих педагогов, работавших на музфаке. В их числе была и Анна Ванденко. В настоящее время школа удостоена имени Анатолия Гарифовича Абузарова. И Аня, и я регулярно бываем в этой школе, проводим концерты, посвященные дню рождения Абузарова (8 мая), и участвуем в других мероприятиях.
К сожалению, с годами радужные надежды, связанные с работой на музфаке, заметно поблекли. Многие ожидания не могли оправдаться в силу ряда обстоятельств, связанных с заметным снижением уровня знаний поступающих и профессиональной подготовки обучающихся на факультете. Музпедфак с каждым годом хирел.
К началу нового учебного года (сентябрь 1977 г.) созрело решение покинуть Таганрог и навсегда переехать в Ростов. Это решение натолкнулось на возражение – в частности, секретаря райкома КПСС Бочаровой А.Д. Она категорически не хотела снимать меня с партучёта и отпускать с музфака. «Видите ли, ему мало Таганрога…» - было сказано мне, и тема была закрыта. Не хотели, чтобы я оставлял заведование кафедрой, и преподаватели: «Если вас кто-то незаслуженно обидел, мы всей кафедрой готовы вас поддержать на любом уровне». Мне пришлось объяснять, что никто меня не обидел, а причина моего намерения в отсутствие перспективы работы по специальности и возможности получить нужное образование детям. В своем решении я был непреклонен – и в итоге Бочарова А.Д. согласилась отпустить меня в Ростов. Спустя два месяца я узнал, что сама Алла Дмитриевна переехала в Ростов, приняв должность начальника областного управления культуры. Таким образом, она снова стала моим вышестоящим руководителем.
В Ростовском училище искусств я приступил к работе в должности заместителя директора по учебной работе 1 октября 1977г. Должность ко многому обязывала. Времени катастрофически недоставало. Сил придавала творческая атмосфера, царившая в этом учебном заведении. Неважно, что рабочий день начинался в 08:00 и продолжался в течение 10, 12, 14 часов. Главное – работа была по душе. Досадно, что дорога к дому в Таганрог и обратно на работу в Ростов занимала много времени. Приходилось приспосабливаться: в электричке заниматься бумажными делами. Иногда не было возможности и сил ехать на ночь домой – и потому приходилось оставаться в кабинете и ночевать на стульях.
В 1978-м году в Ростов переехала и Аня, которая была зачислена на второй курс фортепианного отделения в класс известного и весьма авторитетного музыканта и педагога Кима Аведиковича Назаретова. Теперь мы вдвоём (я и Анна) стали ростовчанами».
Продолжение этой главы следует…
На фотографиях:
1. С верными друзьями-однокашниками. На снимке: Лукин Александр (балалаечник), Косев Владимир (баянист), Ванденко Геннадий (баянист) — вверху справа, Афанасьев Олег (тромбонист). Одесса, 1956 г.
2. Выступление с симфоническим оркестром Одесского музыкального училища (1961 год).
3. В день свадьбы, август 1956 г.
4. Встреча с Д.Б.Кабалевским (первый слева), 1962 г. Советский композитор, дирижёр, пианист, педагог, публицист, был одним из наиболее влиятельных музыкальных деятелей советской эпохи. Первый справа – Ванденко Г.П.
5. Аня Ванденко с родителями. С раннего возраста была серьезной.
Записала Елена Козырева
Подготовила к публикации