Дорогу талантам!
В редакцию газеты «Владивосток» часто приходят письма молодых приморских авторов, которые жалуются на невнимание литературных альманахов и поэтических сборников к своему творчеству, в том числе к стихам победителей всевозможных литературных конкурсов.
В газете «Владивосток» тоже нечасто печатали стихи. Но не потому, что в нашей редакции работают противники поэзии. Отнюдь! Просто до недавнего времени мы считали, что стихи – это для книг и литературных альманахов. А в газете должны быть расследования, скандалы, материалы на экономические и политические темы, заметки о культуре и спорте, здравоохранении и проблемах ЖКХ. Таково было наше кредо.
Сегодня мы думаем иначе. Редакция «В» решила дать дорогу молодым талантам в возрасте от 18 до 30 лет – периодически публиковать их произведения на страницах нашей газеты. А почему бы и нет? Не исключено, что со временем кто-нибудь из нынешних начинающих авторов станет известным на всю Россию поэтом и вспомнит свои первые публикации в газете «Владивосток».
Открывает поэтический клуб «В» молодой поэт из Владивостока, участник проекта «Море слов» Даниил Гончаров. Ему 24 года, он режиссер и продюсер независимого кино, участник международных кинофестивалей. Кроме того, автор лекций о кино и мастер-классов по независимому кинопроизводству. Филолог-русист с публикациями по ранней прозе Н. В. Гоголя. Творчество нашего дебютанта явно находится под влиянием места его работы и дикой природы: Даниил – пресс-секретарь ФГБУ «Земля леопарда». Публикуемые стихи написаны в период с 2018 по 2021 год.
***
Время опять надломилось. И все, что вселяло ужас,Стало кабаньим следом, обтаявшим на снегу.
Небо меня коснулось, и тысяча тонких ружей Выстрелили в меня. Разве я выжить смогу?
Тропы парнокопытных – прочерки карандаша.
Было ли в жизни то, что не назвать наброском?
Я сосчитаю сопки, подкашиваясь не спеша,Словно старик женьшень, вонзающий в землю отростки.
Свернутые клубочком, ощерившиеся ежи –В этой немой защите не от кого скрываться. И от себя не скрыться. И вот мы почти лежимИ никуда не спешим – плакать, обороняться.
Знаешь ли, нам давно расстаться настала пора.
Прель забивает легкие, и я дышу наконец-тоВ полную силу, со рвеньем голодного комара,Не замечая, что время тихонько покинуло место.
Мой город
Китайцы фотографируются на фоненеприглядного грузового судна. Хотя чуть левее виднеется мост,который называют «Золотым». У него есть история. Он строился много лет,натягивать ванты приглашали французов.
Он вышел немного кривым и серым,но кажется мне красивым,как море цвета туч, пахнущее бензином.
Я живу на сопке, это очень близко к небу.
Иногда мне кажется, что я выхожу на облака.
Летящий пух похож на медовые хлопья,но это сравнение так же бессильно, как слухв попытке услышать звезды. Небо трепало мне волосы.
И если не быть эстетом, то большего и не надо,чем остановка времени, к которому ты привязан.
На рынке мы с мамой купили тушенкуи много разного к чаю. Зеленые, красныекубики ржавых контейнеров в рядс чаем, консервами, восточными сладостями.
Миша-Мухаммед продал нам инжира и фиников.
Папа купил мне пончик с ванилью.
Он пахнет резиной.
Все, что захочешь,найдешь у вьетнамца под синим брезентом.
Был гимназист по фамилии Гоголь-Яновский,учившийся в Нежине. Там он училместных высаживать сад. Камушек бросит –куда упадет, там и сажай. В этом естественностисекрет. А раз города растут, может, и к нимпринцип камушка применим?
***
Положите теплые ладонимне на голову, как будто она – птицасо сломанным крылом.
В перьях, потрепанных непогодой,уже никакого прока,даже если их высушить феном.
Можно кормить ее жирными мыслями,выкопанными из мокрой земли,спрятать подальше от кошки,посадить в коробочку с газетой и сеном,налить водички, которую она прольет.
Я люблю свою птичку,и я верю, что она полетитуже через несколько дней.
***
Сливаться легонько с обычностью,потягивать кофе, сёрбая не стесняясь, –в этой свободе есть вызов,который делает личностью.
И возникает завязьпрямо на мертвой ветке,колышимой лаской бризов,и в этот самый моментя наконец меняюсь,что делаю крайне редко,и чувствую терпкий вкус одиночества.
Зодчество каждой доли секунды –занятие не из легких,особенно если нетвозможности мыслить проще.
И нужно доставить светв каждую мысль о теле,каждую мысль о чувствесделать копией точнойразбомбленных оригиналов –не в этом ли суть искусстване-потерять-себя?
Оказываться на делесидящим за чашкой кофеи думающим, что вещине свергнуты с пьедесталов,а город уже бомбят,не выжил никто в катастрофе,и пламя сквозь ветви блещет.
***
Нарву черемухи и буду жив ещеНемного. Разве май не для того?
Пока весна не выставила счет,Я буду ставить все на одного.
Он стойко сдюжит синеву небес,Раскрывшихся, как взорванный патрон.
Его рука не выпустит эфес,И разве что не оловянный он.
Бомбардировка трелями скворца,Огонь из всех лучей по темноте – Таким вещам не видит он конца,Хотя всегда конечны вещи те.
С толпою слиться, верить в нищетуДуши, извилистой и честной слишком уж,Ему не по душе. И для него в портуВолна блестит и вьется, словно уж.
Но все же та, с которой был апрельНамеком на продолженный сюжет,Проиграна без права на дуэль.
Я сделал ставку, ставок больше нет.
***
Со мной это часто бывает:в сапог попадает камушек,как будто это осколок шрапнели.
Растянутый дядин свитер – лучше, чем ничегопосле дождя в октябре,убившего лето.
Многие нынче падут,и я запахнул дождевик.
Пулю пустил неизвестный,а я оказался внутри,глядя в окно, как деревья летятбыстрее домов и людей.
Я сам выбираю мишень?
Пускай это будет прошлое,с которым уже ничего не поделать,в которое больше нельзя оглядываться.
Поэтому я набираю разгон,уезжая подальше за город,где капсюль взорвется,и мы полетим убежденнопрямо в затылок улицы,где мальчик играл в бадминтонс лучшим другомво время летних каникул.
***
Заказан чай, играет пианист,Над ней висит таинственности флер.
Согласен. До костей идеалист,Но по призванью – честный режиссер.
Была свеча – удачно падал свет,Придуман и смонтирован финал,Но зритель предугадывал ответ.
Он многое за нас предугадал.
Скажу не сразу. С выгодных сторонЕй обрисую ночь и день со мной,Закрою счет и провожу в метро.
И оборву прощальный жест рукой.
***
Расскажи мне последнюю сказку, отец.
Щитомордники медного цвета вернутся,И нежданно настанет счастливый конец,А с деревьев последние листья сорвутся.
Замирая, как будто готовясь к прыжку,Я ловил и проглатывал каждое слово.
И потухшую лампу я снова зажгу,Замирая, хоть это уже и не ново.
От руки моей вспыхнув, она Зашипит, истощая баллон за баллоном.
В этом деле с ней спорила только Луна,Заслоняя собой черноту небосклона.
Расскажи, как я звал, уходил налегке,Попадал в передряги, бежал, возвращался,Золотую дубинку сжимая в руке,Побеждал и с друзьями подолгу прощался.
Это сущность того, чем я стал, что потомРастерял, хотя кое-что все-таки помнил.
Я вернулся к тебе за счастливым концом,За дорогой, с которой свернуть не дано мне.
Сергей КОЖИН
Фото предоставлено Даниилом Гончаровым