Никогда бы не подумала, что мне придётся выступать в роли адвоката Медведчука, но ситуация на Украине вокруг его персоны складывается настолько хрестоматийная, что пройти мимо просто невозможно
Итак, спустя семь лет от начала новой эры украинской истории, ознаменованной «майданом», победой «революции достоинства», госпереворотом, потерей Крыма и гражданской войной в Донбассе, власти этой страны окончательно определились с тем, кто же ещё, помимо Путина, «угрожает» территориальной целостности Незалежной. Этим страшным человеком оказался именно Медведчук. Но не потому, что он «кум Путина», а потому, что в его собственности есть активы, экспроприация которых поможет не только набить изрядно оскудевшие за время эпидемии коронавируса карманы харчующихся у госкормушки чиновников, но и поможет какое-то время поддержать дырявый бюджет, который находится в очень плачевном состоянии по причине отказа МВФ выделять очередной кредит.
Но так как открыто заявить о своей мотивации самая демократическая и свободная страна в Европе не может, то приходится пользоваться проверенным и абсолютно беспроигрышным вариантом. А именно — объявить Медведчука «агентом Кремля», который спит и видит откусить от Украинушки часть территорий с целью передачи их в вечный дар и пользование «стране-агрессору».
Разумеется, патриотичная общественность воспринимает такую аргументацию на ура, а мнение всех остальных власть уже давно не волнует.
Но есть нюанс. Дело в том, что если бы Медведчук действительно хотел посягнуть на территориальную целостность Украины, то он бы уже это сделал, причём ещё в 2014 году. Тогда, в первые дни после захвата власти майдановцами, у не бросившихся в бега вслед за Януковичем влиятельных «регионалов» был уникальный шанс сделать на юго-востоке страны то же самое, что сделали крымчане. А именно — подключив весь свой административный и финансовый ресурс, поставить на границах областей, поддерживавших Партию регионов, блокпосты, организовать народную самооборону и дружину и всеми возможными способами поддержать население, не принявшее госпереворот и готовое на тот момент отчаянно сопротивляться. Но увы. Тогда все те люди, за которых были отданы миллионы голосов и которые обязаны были не только представлять, но и защищать интересы своих избирателей, приняли решение, что защищать свои активы гораздо важнее. Что в конечном итоге закончилось плачевно. Особенно для Одессы и Мариуполя, где через неполных три месяца после переворота людей сожгли заживо и расстреливали на улицах в прямом эфире.
Так что говорить о посягательстве на территориальную целостность с учётом того, что партия Медведчука озвучивает лозунги, но при этом не так решительна в поддержке русскоязычного населения не то что в Донбассе, а даже в тех областях Украины, где всё ещё говорят на русском языке, — весьма красноречиво свидетельствует о том, что никто ничего отчуждать не собирается. Идёт банальная битва за электорат с прицелом на очередные выборы. И в офисе Зеленского это прекрасно понимают.
Но просто взять и открыто заявить, что отныне в стране официально закреплена стратегия Шарикова — отнять и поделить, — нельзя. Даже несмотря на то, что все и так всё прекрасно понимают.
Поэтому банальное рейдерство решили завернуть в патриотичную обёртку и провернуть его под дорогими сердцу каждого «патриота» лозунгами про «агрессию и агрессоров».
То, что когда (если) всё получится с Медведчуком, то следующим «врагом народа» может стать любой из тех, кто ещё владеет хоть сколько-нибудь прибыльными активами, никому пока в голову не приходит. А зря. Потому что такая схема наполнения бюджета и карманов гораздо более проста в реализации, чем процесс выпрашивания очередного кредита или перекраивание бюджета.
И в данном случае украинским олигархам и успешным предпринимателям нужно крепко задуматься. О том, что они будут делать, когда СБУ придёт с обысками уже к ним в офис и на глазах у изумлённых сотрудников объявит о том, что все они, оказывается, потенциальные сепаратисты и агенты сами знаете кого.
Вот только тогда что-либо доказывать будет уже поздно. Потому как рейдерский механизм под лозунгом личной борьбы с угрозой нацбезопасности остановить уже практически невозможно. И с каждым днём шансы сколько-нибудь изменить ситуацию или хотя бы затормозить её стремительно приближаются к нулю.
Юлия Витязева, RT