Франция может признать Нагорно-Карабахскую Республику: статья философа Бернара- Анри Леви

Французский философ Бернар-Анри Леви опубликовал в газете Le Point статью «Франция может признать Нагорно-Карабахскую Республику». В статье один из великих мыслителей современности призывает Францию и другие страны признать независимость Арцаха, а также предлагает придать городам Степанакерт и Шуша статус “Вольных городов”, который был учрежден Лигой Наций после Первой войны. Арменпресс представляет неофициальный перевод статьи:

«В чем цель празднования 11 ноября как окончания Первой мировой войны 1914-1918 годов? В том, чтобы вспомнить, почтить память солдат Первой мировой войны, смешанных с кровью и землей, и столетие спустя пугаться той же катастрофы?

В то время, когда всего несколько дней назад прах Мориса Женевуа, известного французского писателя, который пережил Первую мировую войну и размышлял о ее человеческих ужасах в своих многочисленных романах, торжественно перезахоронили в Пантеоне в Париже, где он упокоится рядом с Великими французами, на окраине Европы горел не огонь неизвестного солдата, а огонь известной всем катастрофы.

Нагорный Карабах был в геенне. Казалось, что мировой порох скопился в этом маленьком христианском анклаве с многовековой историей, следуя примеру Господнего дня страстей.

Шуши, скромный Иерихон Арцаха, пал не от звука труб, а от рук сирийских наемников, попал в руки Азербайджана, и не то чтобы мы не знаем или не знали, как свято совершающий акт антиармянства президент Азербайджана кричал из бакинских СМИ: «Армяне Нагорного Карабаха – люди, которых мы прогоняем, как собак».

На самом деле речь идет о народе Нагорного Карабаха, которых хотел захватить диктатор Алиев. Он раздавил этот народ потоком беспилотников, а оставшихся в живых раздавил бронетехникой и разрушениями. Геополитика, в свою очередь, отступила, и для всех армян мира снова зазвучал пресловутый реквием геноцидного прошлого.

В основе этой катастрофы лежат два империализма. Первая, конечно же, Турция. Эрдоган, опьяненный собой и имеющий в уме только одну идею – стать халифом суннитского ислама, расширить свое жизненное пространство – Lebensraum, в Средиземноморье, на Балканах, на Кавказе и за его пределами. Нам нужно открыть глаза, чтобы увидеть, как «Серые волки» Эрдогана, которым было приказано убить животных «Скотного двора» Джорджа Оруэлла, то есть животных нашего современного ковидного мира, поднимаются по Миссисипи, выражают свою позицию по Пенсильвании и осуществляют наглый террористический шантаж неосултана как в столице Австрии Вене, так и во французском городе Вьенне.

Второй империализм – это Россия. Почему? Потому что Москва, стремящаяся к окончательному прекращению огня, получила то, чего хотела, то есть возвеличила диктатора Азербайджана, вместо этого ослабила молодого либерального премьер-министра Армении, и в то время, когда мир смотрел в другом направлении, из давно замороженного конфликта скроила новую карту региона.

Говоря между нами, здесь сработала успешная стратегия Путина в двух разных замороженных конфликтах. Замороженный конфликт, вспыхнувший от искры на сухой древесине, как неожиданный фейерверк, брошенный в лицо оторопевшей Европе: это был украинский сценарий.

Конфликт, который доводился до кипения медленно, но неуклонно и плавно, избегая непредсказуемых эскалаций, и все было взято за день: это уже грузинский сценарий.

Нагорный Карабах стал третьим вариантом․ Конфликт был заморожен, закопан под снегом и камнями, ожидая момента, когда будет удобно подуть на пепел, вытащить жареные каштаны из раскаленного огня.

Однако выходит, что эти две империи успешно находят общий язык друг с другом.

Эрдоган и Путин воплощают тезис моей работы «Империя и пять королей», в которой говорится об империалистической политике Китая, России, Турции, Ирана и Саудовской Аравии по управлению миром. Это близнецы-пироманы, один из которых открывает огонь по церквям Шуши, другой – по церквям Мариуполя, а вместе они открывают огонь по храму права и справедливости – Европейскому Союзу.

В этой ситуации мы являемся свидетелями прагматических шагов по перекраиванию региона, в котором его отцы разделили между собой роли: Эрдогану достались когти стервятника и кровопролитие, Путину – роль всемогущего бога, обещающего защиту, как медведь. Между этими двумя кровоточит Армения, которую изгоняют из мирового порядка.

Возможны следующие варианты: либо мы оставляем наших друзей на Кавказе на произвол злого рока, то есть в геенне железа и пушек, либо, приняв Эрдогана и Путина, оставляем, чтобы Шуши стал новым Сарао, падение которого, как и в 1994 году, может привести к потере единства Европы.

Руководствуясь этими вариантами, мы снова станем лунатиками, как в 1914 году, и потеряем не только Шуши, но и Никосию, Ригу, Варшаву или Афины.

Диктатор, который тренирует свирепых собак и обращается со своими врагами как с собаками, никогда не успокоится, пока не вконец не уничтожит их.

Или мы должны проснуться, пробудиться и вспомнить, как империалистические монстры, развязавшие Первую мировую войну, привели в движение машину ада.

На этом важном перепутье одна храбрая страна, хотя бы одна, может признать исстрадавшуюся, измученную и кровоточащую Республику Арцах.

Столетие назад Лига Наций учредила статус “Вольного города Данцига”. А после Второй мировой войны ООН вынула из пыльной полки забвения и наделила тем же статусом и Триест.

Почему бы не сделать то же самое в случае Нагорного Карабаха? Почему бы Франции не объявить города Степанакерт и Шуша “Вольными городами”? Почему не сделать так, чтобы их свободу гарантировал международный военный контингент? Это стало бы поистине широким жестом.

А если примеру Франции последовали бы и другие страны, то этим актом ЕС ясно продемонстрировал бы, что ставит свои ценности выше своих интересов.

Таким образом будет дано начало дополнительному право на Хартии цивилизованных наций, которое станет легитимным правом на защиту народов, которые стали меньшинством в руках волков.

Это призыв!»