1 декабря в Киеве два атошника из так называемой «Украинской добровольческой армии» Андрей Лаврега и Евгений Семенов покушались на жизнь бизнесмена Вячеслава Соболева — но убили его трехлетнего сына.
После задержания их бывший командир Андрей Гергерт с позывным «Червень» заявил, что отсутствие мер по социализации добровольцев может толкать этих людей на преступления. «И это только начало», — многозначительно предупредил Червень имея в виду, очевидно, жуткое убийство ребенка.
Тезис о том, что добровольцы убивают людей на гражданке, потому что о них не заботится государство, начинают муссировать после каждого такого преступления. Каким бы тяжким оно не было. Поэтому заявление «Червня» многие подхватили в соцсетях, делая фактически из киллеров жертв.
«К сожалению, наше государство не уделяет внимания социализации тех, кто прошел через многие боевые ситуации. Хотя это очень ценные люди. В нашей бюрократизированной системе таким людям нет места, никого не пытаются привлечь и удержать.», — сокрушается журналист Юрий Бутусов.
При этом он еще и заявил в своем Facebook, что стрелявший в ребенка снайпер Лаврега «вел жизнь настоящего героя» и имеет «огромные заслуги перед страной».
«Государство обязано обеспечить контроль и участие в жизни наших воинов, которые отдали и отдают себя войне за независимость. Это наш долг», — патриотично заключил украинский журналист.
А «порохобот» Марк Гордиенко вообще заявил, что Лаврегу «можно понять» — поскольку атошники «ощущают себя преданными и лишними в стране Зеленского». А убитого ребенка он назвал «жертвой русского мира».
«Сейчас «люди войны» предельно остро ощутили зраду со стороны команды Зеленского , они предают все, за что бились воины и вся страна 5 лет… И многие из них, ощущают себя преданными и лишними в стране Зеленского и морально готовы совершать свой «джихад» против предательства и цинизма. Правильно ли это? Конечно нет. Можно ли их понять? Конечно да. Случайно погибший ребенок, он невинная жертва не только стрелявшего, но и Путина и его «русского мира» и украинских капитулянтов «уставших от войны», — пишет свидомый «патриот».
Стоит помнить, что «Украинская добровольческая армия» (УДА) была создана в 2015 году после того как руководитель «Правого сектора» (запрещен в России) Дмитрий Ярош покинул свой пост и решил дистанцироваться от бывших соратников. Тогда же он и объявил о создании собственной партии «ДИЯ» — государственная инициатива Яроша со своим боевым крылом роль которого и стала исполнять УДА.
При этом туда перешла и значительная часть бойцов из Добровольческого украинского корпуса (ДУК) «Правого сектора» из-за чего УДА и ДУК ПС до сих пор часто путают.
Несмотря на громкое название, УДА состояла всего из трех относительно крупных отрядов — 5-го батальона под командованием Владислава «Черного», 8 батальона «Аратта» под командованием Андрея «Червня», а также первой отдельной штурмовой роты под командованием командира УДА с позывным «Да Винчи».
Интересно, что все три подразделения были фактически «размазаны» по всей линии фронта — отдельные группы УДА численностью от 10 до 20 человек находились почти на всех направлениях фронта.
При этом, что принципиально важно — ни ДУК «Правый сектор», ни УДА не входили в состав ни одной из официальных украинских силовых структур. То есть, фактически, были незаконными вооруженными формированиями.
Правда, на фронте они тесно взаимодействовали с командованием ВСУ, которое использовало их для решения различных задач, в основном, диверсионно-разведывательного характера.
Летом 2018 года АТО изменили на ООС и новое командование начало зачищать добровольческую вольницу, которая, видимо, казалось слишком непредсказуемой. Тем более, накануне старта предвыборной кампании.
Тогда было впервые объявлено об отводе УДА в тыл — хотя окончательно ее смогли вывести лишь осенью 2019 года. Все это время ходили слухи о столкновениях между добровольцами и ВСУ, однако официально их опровергали.
13 сентября 2019 года состоялась показательная «сдача оружия» батальонами УДА — на одной из баз под Мариуполем добровольцы сдали «тяжелое» вооружение и боеприпасы — гранатометы, крупнокалиберные пулеметы, минометы и боеприпасы к ним. Легкое стрелковое оружие — автоматы, пистолеты и гранаты УДА сдавать не собиралась — их вывезли в тыл.
При этом соединение отнюдь не собиралось самораспускаться. На деле батальоны УДА, вывозили оружие в тыл все последние годы. Более того, сбор оружия был одной из основных функций почти всех подразделений — оружие и боеприпасы покупали у действующих подразделений ВСУ.
Вывезенным оружием комплектовали склады «территориальных» тыловых батальонов самообороны УДА. С момента формирования «армии» не прекращали свою работу и вербовщики, которые искали юношей, подобных Андрею Лавреге. Они регулярно выезжали в тыл и агитировали молодежь вступать в ряды боевых батальонов УДА.
В тылу агитационная работа по вербовке новых добровольцев происходила, как правило, на базах местных гражданских организаций «самообороны», которые создавались еще во времена Майдана.
Интересно, что многим из завербованных в УДА добровольцев не исполнилось к тому моменту даже 18 лет — как, кстати, и Андрею Лавреге, который попал в армию Яроша в 16 лет.
По информации издания «Страна.ua» в ДУК и УДА, за пять лет войны через боевые батальоны Доброармии прошло около четырех тысяч добровольцев. Все они получили начальную боевую и соответствующую идеологическую подготовку.
Это поистине неисчерпаемый «кадровый резерв» для организованной преступности — несколько тысяч молодых людей, умеющих в большинстве своем обращаться с оружием и применять его. При этом своеобразно идеологически подкованным на базе лозунга «смерть ворогам».
Сейчас у УДА почти в каждой области существует свой территориальный центр с «резервистами» — бойцами, которые побывали на передовой и готовы в любой момент взять оружие в руки по приказу командования.
Остались у «Добровольческой армии» и базы непосредственно в зоне ООС — под Мариуполем. Попутно с созданием территориальных батальонов самообороны, командование УДА позаботилось, чтобы почти все прошедшие боевые действия добровольцы регулярно были задействованы на сборах и «вышкилах» — учениях. Которые проходят каждый месяц.
К слову, несмотря на заявленный отвод УДА с передовой, на фронте продолжают действовать мелкие подразделения добровольцев, которые подписали контракты с ВСУ. Однако командование ООС не спешит расформировывать эти группы предпочитая использовать их на самых сложных участках фронта.