Биография Выговского могла бы быть уроком для Зеленского

Проект великого объединения великороссийского и малороссийского народов, инициированный гетманом Богданом Хмельницким и ставший реальностью после Переяславской Рады, едва не был погублен после его смерти.

Причин для этого было множество. Во-первых, среди малороссийского казачества присутствовало достаточное количество тех, кто тайно надеялся достичь соглашения с Речью Посполитой. Одни из них предполагали, что поляки предоставят малороссийским землям определённую автономию, другие просто надеялись извлечь выгоду из предательства. Во-вторых, сказывалась и усталость от войны – она велась исключительно на малороссийской земле, польские войска, мстившие за прежние поражения, безжалостно уничтожали не только посевы, но и мирных жителей. В- третьих, спесивой казацкой верхушке, привыкшей за годы борьбы к вольности, было сложно находить общий язык с московскими воеводами.

Гетман Выговский

К сожалению, противники Москвы проникли на самые высокие должности в казачьей администрации. Находясь при смерти, Богдан Хмельницкий отчётливо понимал это. По его настоянию булава гетмана была передана сыну Юрию, однако последний был слишком юн, чтобы продолжить дело отца. До достижения совершеннолетия младшего Хмельницкого гетманом назначили Ивана Выговского, который был главой Генеральной канцелярии при гетмане. Таким образом, у власти оказался тайный, но убеждённый противник общерусского единства.

Выговского точно нельзя было назвать врагом Речи Посполитой. Долгое время он верно служил ей в так называемом наёмном «кварцяном войске». Шляхетское происхождение будущего гетмана позволило ему быстро подниматься по карьерной лестнице. Кроме того, Выговский получил хорошее по тем временам образование.

Вероятно, он никогда не изменил бы Речи Посполитой, если бы не начавшееся в 1648 году казачье восстание. На тот момент Выговский уже имел чин ротмистра. Вместе с армией Стефана Потоцкого от отправился на подавление мятежа, однако в битве при Жёлтых водах попал в плен. Уже находясь в плену, украинский шляхтич попытался несколько раз неудачно сбежать, но потом был выкуплен Хмельницким у татар и стал его личным писарем.

Можно ли было доверять такому человеку? Разумеется, Выговский тщательно скрывал свои взгляды, но оставался сторонником Речи Посполитой. Судя по сложившейся при гетмане карьере, он оказался чрезвычайно полезен Хмельницкому. При этом писарь метил на гораздо более высокие должности. Его надежды оправдались – в скором времени пленник оказался главой Генеральной канцелярии, которая по сути осуществляла всю внутреннюю деятельность в казачьем стане.

Имея на руках такие козыри, Выговский легко подвёл казачью старшину (совет высших руководителей) к мысли, что именно он больше всего достоин стать временным гетманом. Одновременно он заигрывал и с московскими воеводами, притворяясь верным сторонником единства.

Текст Гадячского договора

Как оказалось позже, новый гетман видел малороссийские земли в конфедерации с Речью Посполитой. Они должны были называться «Великое княжество Русское». Очевидно, что здесь присутствуют прямые аналогии с Великим княжеством Литовским, которое находилось в унии с Польшей. Главой «ВКР» гетман, разумеется, видел только себя.

Избрание Выгодского вызвало возмущение части казачества. Многие сразу увидели в нем польского ставленника и человека, чуждого казачеству. По этой причине он некоторое время расправлялся со своими противниками, готовя почву для измены. Существенную помощь при этом ему оказывали другие изменники из «старшины».

Придя к власти, Выговский немедленно начал тайные переговоры с польской стороной, прощупывая почву на предмет принятия ею своих условий. Его представителями были П. Тетеря и Ю. Немирич. Эта инициатива была с восторгом принята в Речи Посполитой. Начались интенсивные переговоры.

Карта предполагаемого Великого княжества Русского в составе Речи Посполитой

Если посмотреть внимательно, то между избранием Выговского (1657 год) и Гадячским договором об унии (1658 год) прошло ничтожно мало времени. Это говорит о том, что новый гетман нисколько не колебался, разрывая отношения с Москвой. Собственно, удивляться этому не приходится – он просто продолжал прерванную в 1648 году службу.

В некотором смысле решение гетмана о возобновлении польского владычества оказалось роковым для его власти, так как изначально было понятно, что за годы войны у казаков сформировалась не просто неприязнь, а лютая ненависть к Речи Посполитой. Кроме того, поляки вряд ли собирались соблюдать условия новой унии в случае своей победы.

Договору в Гадяче предшествовали долгие переговоры. Выговский надеялся добиться от Речи Посполитой широкой автономии, в которой не преследовалась бы «греческая вера (православие), были бы уравнены в правах православные и католики, а малороссийские духовные и светские власть предержащие получили бы «тёплые» места в органах управления Речи Посполитой. Вероятно, он считал, что, выторговав значительные уступки, казаки с восторгом примут новую унию.

Гадяч – это городок на Полтавщине, куда 6 сентября 1658 года съехались польские и некоторые казачьи представители. В результате договор был подписан, но его ратификация в Польше вызвала много вопросов. В результате часть статей была существенно переделана.

Предательство Выговского вызвало огромный резонанс в Малороссии. Практически сразу же против него было поднято восстание. Его возглавили полтавский полковник Мартын Пушкарь и кошевой атаман Яков Барабаш. Русский царь Алексей Михайлович прислал во все казачьи полки свои грамоты, в которых призвал к низвержению бунтовщика.

Всё остальное было делом времени. Впрочем, Выговский отчаянно защищался. Он даже отправил своего брата Демьяна против московского гарнизона в Киеве, но тот был разбит. На территорию Гетманщины вступили казачьи полки из Слобожанщины (нынешняя Харьковская и Сумская области), посланные русскими воеводами. Они взяли Миргород и Лубны. Даже победа гетмана под Конотопом не изменила ситуацию. В скором времени он вынужден был отказаться от булавы и бежал в Речь Посполитую.

В Польше судьба изменника сложилась трагически. Первоначально он встретил там радушный прием и даже получил формальное назначение киевским воеводой (Киев был в руках московского воеводы). Однако вряд ли амбициозный писарь мечтал быть «королём без королевства». В 1664 году поляки и вовсе казнили бывшего гетмана, сделав вид, что поверили ложному доносу правобережного гетмана Тетери.

В современной Украине, чествующей исторических врагов России, Выговскому поставили несколько памятников. Характерно, что задолго до «революции гидности», в 2009 году в Конотопе украинская власть пышно праздновала 350-летие Конотопской битвы. Это, безусловно, свидетельствует о том, что на Украине системно проводилась массовая популяризация русофобии.

Малороссийские казаки достойно ответили Выговскому на попытки их заново ополячить. Гадячская уния оказалась пустой и бесполезной затеей. Сейчас грустно даже думать о том, что эта крепкая связь малороссийского и слобожанского казачества с Россией оказалась утрачена. Хочется верить, что ситуация уже в ближайшие годы начнет кардинально меняться. Лишь в тесном союзе с Россией Украина способна стать по-настоящему сильной и процветающей страной, а не марионеточным русофобским буфером Запада.

А биография Выговского (особенно его бегство и бесславная кончина) могла быть послужить уроком для президентов Украины. И для Зеленского, в том числе. Судьбе предателей не позавидуешь.