На стыке жанров: актриса воронежского «Нового» Мария Конотоп – о восприятии профессии, лени и здоровых амбициях

Маша Конотоп – актриса, которая вместе с инициативной группой организовала в Воронеже «Новый театр» – пространство, в котором рождаются авторские спектакли, объединяющие драму, документальный текст, хореографию, музыку и цирковое искусство в единое сценическое действо. Еще шесть лет назад о них почти никто не знал, а теперь без этого театра сложно представить театральный Воронеж.

«Меня чудом не выгнали!»

– Певица, модель, актриса. У вас было три профессии мечты. Почему выбор пал все-таки на актерство?

– Мне это было интересно – вот и все. Хотя в старших классах у меня был запасной вариант на тот случай, если провалюсь на экзаменах: юридический и экономический факультеты. Но это было скорее желанием моей мамы о более «практичной» для меня профессии. Она, как и любой родитель, переживала о моем будущем.

В итоге я поступила и на юридический тоже: совмещала учебу в двух вузах какое-то время, наивно полагая, что театральный институт – это лайтовый график и у меня все получится. Но, конечно, так не вышло. Юрфак я бросила.



– Актерское образование – это репетиции до полуночи и после, круглосуточная подготовка. Все это не соответствует нормальному жизненному расписанию. Почему не захотели отказаться именно от этого?

– Когда я поступала в институт искусств, то совершенно иначе представляла себе актерскую профессию. Меня чудом не выгнали. Мне казалось, что в этой работе не надо каких-то титанических усилий, что все пойдет как по маслу. Взялась за голову лишь курсе на третьем. Первые два года всегда была претенденткой номер один на вылет. И только окончив институт, отработав три года в ТЮЗе, открыв «Новый театр» совместно со своей командой, поняла, что хочу в этой профессии развиваться. Это мой путь.





– Вы покинули Театр юного зрителя ради мечты о собственном театре?

– Рада, что поработала в государственном театре, этот опыт мне очень многое дал. Но это была работа на режиссера, восприятие которого мне не было близко. Государственный театр – это работа в системе. Получив такой опыт, теперь точно знаю, что больше никогда не буду работать в гостеатре. И да, создание «Нового театра» стало новым этапом творчества, на котором и я, и команда получили возможность делать то, что интересно и близко. В нашем театре каждый имеет право на свое мнение. Когда выбирается материал для работы, в его обсуждении участвуют все.



– А какой театр вам нравится?

– Мне близок условный, а не бытовой театр, когда присутствует стык жанров – хореографии, драматургии, документализма. Когда во всем этом есть метафора, приглашающая к разговору.

Для души

– На протяжении жизни, на этапах взросления людям свойственно ставить себе цели. Чем вы наполняли понятие «мой путь» тогда и как видите его сейчас?

– Когда училась, видела себя на сцене, мне нравилось ощущать себя актрисой, это было какое-то самолюбование, а теперь быть актрисой означает для меня иметь инструмент для общественной пользы. Мы с командой занимаемся развитием собственного театра, это уже далеко за гранью актерской профессии, потому что приходится заниматься организационными вещами, мне интересен педагогический путь и продюсирование. Интересно написать проект, получить на него деньги, заниматься его реализацией. А выйти на сцену и сыграть – это осталось для души. Это отдушина и способ моего расслабления, но не смысл моей жизни, как это казалось в институте.



– Из интервью в интервью каждый представитель «Нового театра» говорит о том, что у вас нет лидера. Тем не менее информационное поле, создаваемое вокруг театра, во многом – результат ваших личных заслуг. Это и участие в форуме «Таврида» в Крыму, и победа в конкурсе «Молодежный лидер», и гранты, которые добываете вы. Но вы не называете себя лидером, что для организаций, имеющих форму АНО, как у «Нового театра», вообще нетипично. Как удается придерживаться баланса?

– Я просто представляю публике, членам разных конкурсных комиссий проекты, придуманные всеми нами вместе. Это наши общие идеи, которые нельзя присвоить. Вика Шаламова занимается режиссурой, Маша Фролова придумывает хореографию, а я пишу спецпроекты.





– Сейчас вы работаете над спектаклем совместно с бывшими наркозависимыми артистами-любителями. Расскажите о нем.

– Это будет документальный спектакль на основе подлинных историй тех, кто избавился от зависимости после прохождения реабилитации. Они сами рассказывают свои истории со сцены после прохождения тренингов по актерскому мастерству. Проект дается мне непросто, не знаю, что из этого получится. Никто из них не имел театрального опыта, а тут они выйдут на большую сцену! Более того, расскажут о тех вещах, о которых откровенничать непросто. Я восхищаюсь этими ребятами. Хотя у меня есть сомнения относительно того, насколько они готовы дойти до конца.

Лентяйка по жизни?

– Если не актриса в чистом виде, то кто вы? Как называется ваша профессия?

– Я человек театра, потому что и актриса, и продюсер, и продавец билетов на наши спектакли.



– «Новый театр» – синтез жанров, и вы играете тоже на стыке. Что нравится больше?

– Не люблю выделять, так как это нереально сложно, очень люблю спектакль «Мой дедушка был вишней», и свою роль мамы там. Очень интересно играть в Тургеневе «Не Му-Му», потому что мы с героиней разные, но когда выхожу на сцену, чувствую, что у меня получается быть другой, мне удается почувствовать ее магию и передать зрителю. Но она прям совсем другая: у меня меняется тело, походка, взгляд, разговор. Я ощущаю ее телесно.

В институте мне хотелось играть героинь, а теперь – характерных персонажей. И все, что исполняю в «Новом театре», относится к характерным ролям. Когда поступаешь, мало понимаешь, что это вообще за профессия. Хочется только признания и самолюбования. Это если по-честному. Нет, амбиции, конечно, должны быть. И мне небезразлично, когда зритель мне верит, когда он мне аплодирует. Но важно трезво все это воспринимать.



– Создание своего театра, защита проектов, поиск своего места под солнцем, когда изменяются ценности – все это можно назвать борьбой?

– Да! И речь сейчас не только об этом. Из-за переноса фестиваля «Маршак» потеряли из репертуара два топовых спектакля, и мы должны сейчас продать другие, чтобы не потерять какую-то часть финансирования, не поставить театр под угрозу закрытия. Вот что настоящая борьба.





– А какой внутренний ресурс вы можете борьбе противопоставить?

– Очень часто нахожусь без ресурса, но это от лени. Актеры – очень ленивые люди, и я по природе своей такая. Бывает, когда у меня много мыслей, все хочу делать, а бывает, просыпаюсь – и мне жить не хочется. Но иногда я правда устаю. Что тогда является моим ресурсом? Наверное, результат нашего общего дела.


Беседовала Ирина ЛАЗАРЕВА


Фото Алисы Ермаковой