Звезда сериала «Джульбарс» Николай Мачульский: «Каждой собаке хочется лапу пожать»
На трудные вопросы о себе и съемках ответили режиссер и актёры нового проекта Первого канала.
С понедельника на Первом канале идет сериал «Джульбарс», герои которого не только люди, но и собаки. Как мы уже рассказывали накануне премьеры, фильм, посвященный Великой Отечественной, основан на реальных событиях и рассказывает о подвиге воинов Отдельной Коломыйской пограничной комендатуры и их служебных собак, которые погибли в боях под Легедзино (тогда отдали свою жизнь 500 пограничников и 150 их верных питомцев). А сегодня своими мыслями по поводу съемок и войны в целом делятся режиссер Иван Шурховецкий и исполнители главных ролей Мария Андреева и Николай Мачульский.
Николай Мачульский: «Думал, что боюсь собак, но…»
— Николай, что лично для вас значат события Великой Отечественной?
— На этот проект я соглашался с чувством, что прыгаю в яму, у которой не видно дна, и что добром все это не кончится. Пока, слава Богу. Вообще войну ненавижу всем сердцем. Тупое, безликое уничтожение незнакомых людей. Стрелять, пока не застрелили тебя, убивать, чтобы тебя не убили. Чтобы потом кто-то с кем-то поделили что-то. А Великая Отечественная для меня священна, как защита СВОЕГО. Дома, мамы, огорода, школы, песен, рыбалки, краеведческого музейчика, планов на жизнь, покоя, мира. Хотя, как и любая другая война, она чудовищна.
— Чем сложны съемки в военных фильмах?
— Холодно и грязно. Хотя привыкаешь. Физических нагрузок не больше, чем в любом другом кино, а вот с эмоциональными интереснее. Как выстрелить человеку в голову и сделать это, как само собой разумеющееся? Как расстрелять кого-то на глазах у всех? Как послать умирать троих, потом ещё пятерых, потом вообще всех и самому вместе с ними, и выжить? Этого я раньше никогда не делал. Это страшно интересно.
— Как вам работалось с лохматым партнером? Вы проходили специальную подготовку?
— Никакой специальной подготовки я не проходил, и собаки у меня никогда не было. Кошки всю жизнь. Вообще думал, что боюсь собак, больших, незнакомых. А когда их вокруг тебя 20, и ни одной из них нет до тебя дела — интересное ощущение. Начинаются отношения, выбираешь, с кем общаться, с кем нет. А спустя время каждой при встрече уже хочется лапу пожать. Все-таки партнеры.
Мария Андреева: «Война — это к мальчикам»
— Мария, женщина на войне — отдельная тема. Как она раскрывается в «Джульбарсе»?
— Мне кажется правильной мысль, что не место женщинам на войне, и если уже такое стечение обстоятельств и вынужденная эвакуация героев, то самое верное решение — это отстраниться и не лезть….
Режиссёр Иван Шурховецкий так и ведёт мою линию. Весь эвакуационный период моя героиня максимально нейтральна и немногословна, внимательна ко всему происходящему, но в первую очередь к своей шестилетней дочери Лизе. А война — это к мальчикам, лучше им не мешать…
— Ведь мы видим вашу героиню и в мирной жизни, и во время боевых действий. Ваша героиня побаивается собак. А как вы сами к ним относитесь?
— В самом начале моя героиня Кира действительно не то что побаивается, а, скорее, даже испытывает неприязнь к собакам, но с появлением Джульбарса всё меняется. Я в принципе довольно спокойно отношусь к животным, но за три месяца съёмок для меня сформировалась совершенно новая привычка — не смотреть на овчарок, как на животных, которых стоит опасаться. Они бесконечно добрые, с умным живым взглядом и холодными носами…
— Вы играете не просто врача, но и маму. Легко находить общий язык с вашей экранной «дочкой»?
— Мне невероятно повезло с экранной дочкой Лизой (Виталия Корниенко), она девочка-индиго и в профессиональном смысле очень и очень талантливый ребёнок, переиграть которого в принципе невозможно.
Поэтому в кадре, конечно, хочется соответствовать её бесконечной искренности и вере в предлагаемые обстоятельства.
И ещё она очень открытая, доверчивая, трогательная, и без «детской зефирности», она очень классная, вот что!
—Любви есть место на войне?
— Любви всегда и везде есть место…
Иван Шурховецкий: «Мы снимали про то, как нужно любить друг друга»
— Иван, вы уже не в первый раз «отправляете» своих героев на Великую Отечественную войну. Почему для вас эта тема остается незавершенной? И может ли она вообще быть завершенной?
— В хорошем вопросе сокрыта половина ответа! Я не знаю, может ли быть тема войны завершённой… А на войне мне нравится, что там всё острее, каждый раз, когда ты встречаешь кого-то, этого может больше не произойти, просто его могут убить! А любовь, которая происходит на войне, она тоже острее.
И когда мы видим людей, которые пытаются полюбить друг друга внутри этой кровавой мясорубки, буквально внутри ада, для меня это, конечно, более интересно и ценно, чем ситуация наших дней, когда в кафе влюблённые целуются и обмениваются номерами своих айфонов… На войне открываются настоящие качества, на войне рождаются или уходят в небытие настоящие герои.
— Почему выбрали историю, в которой один из героев — пес?
— Мне иногда кажется, что в собаках больше человечности, даже я бы сказал, что в них есть бог даже больше, чем в нас, людях. Именно поэтому на фоне собак делать историю про войну гораздо интереснее…
— Считается, что советские фильмы о войне были очень патриотичными, искренними, но не слишком похожими на настоящие события. А вот современные режиссеры стараются снимать войну на грани документальности. Вы с этим согласны?
— Не дай мне бог думать о тенденциях в современном кино и о том, что считают современные режиссёры. У меня на всё это всегда свой взгляд. В Великой Отечественной у меня воевал дедушка, и я не считаю, что должен снимать какую-то кровавую историю. Для меня гораздо страшнее немец с закрытыми глазами, мимо которого пробегает рота солдат — вот это для меня страшно…И ещё для меня страшно даже не то, что люди убивают друга, а что это необратимо! Рано или поздно войны всё равно происходят, поэтому не снимать про войну, не говорить на эту тему, просто недопустимо…
— Вы наверняка при подготовке к съемкам изучали множество архивных документов, воспоминаний. Как вы думаете, нынешняя молодежь утратила качества поколения победителей, как ваши герои?
— Мне не очень хочется, чтобы именно война была доминантой, которая вызывает в нас героя. По моему мнению, героем может быть человек, вовремя подавший даме руку, когда она спускалась из поезда, ведь никто больше этого не сделал! Мы наш фильм снимали даже больше не про героев, а про то, как нужно любить друг друга. Потому что нас всё больше, а любим мы друг друга почему-то всё меньше…
Статьи по теме: