Дмитрий Орешкин: Это преступление и катастрофа для будущего России
Как и многие, кандидат географических наук
– На прошлой неделе вы обещали «Собеседнику» о том, что «Путин чего-нибудь учудит». Как сейчас оцениваете действия президента?
– Это не только преступление, но и катастрофа для будущего России. До последнего не хотелось верить, что это возможно, но, как видим, это состоялось.
– Не только я, но и огромное количество более информированных людей. Тот же самый Земан, президент Чехии, который говорил, что войны не сбудет, надо договариваться и пытался проявлять гибкость по отношению к России, а теперь он говорит, что мы имеем дело с безумцем, которого можно изолировать. У него тоже произошёл перелом мышления. Мы из сферы каких-то более-менее рациональных политических соображений переходим в такую ситуацию, когда слова не значат ничего, а диалог ведут крупнокалиберные артиллерийские установки и ракеты с танками.
– В ожидании войны вы утверждали, что «Путин никогда не сделает того, что от него ждут». По факту случилось именно так?
– Запад в лице США и Британии ждал и неоднократно об этом писал. Мы над этим жизнерадостно посмеивались, говорили «Ну что вы, это невозможно!» и я – в том числе – так думал. Путин сделал то, что казалось невозможным и немыслимым для всех. В этом смысле он опять сделал то, чего от него не ждали, но не совсем, потому что военные-то разведки знали, и в Украине готовились к этому. Там тоже говорили, что не надо переоценивать опасность вторжения, «Мы не видим готовности именно сейчас начать это вторжение». Тем не менее, оно началось. Вопрос стоит насколько широко эшелонированно распределена военная сила Украины.
– Путин намерен захватить всю Украину?
– Он хотел бы конечно всю, но вряд ли сможет. Пока мы видим, что военными силами он решил задачи снабжения Крыма водой. Он уже продвинулся до Днепра, Херсон висит на ниточке и в ближайшие часы падёт. Каховское водохранилище тоже переходит под контроль российских войск. Это значит, что сухопутная дорога в Крым может быть обеспечена. Хотя это ещё вопрос, потому что Мариуполь держится, и там довольно сильная воинская группировка.
На юге Украины сейчас самая тяжёлая ситуация, как признает президент Зеленский. На севере и востоке войска более-менее держатся. Из Крыма, с юга идёт самое быстрое продвижение оккупации, называем вещи своими именами – если человек с оружием приходит на территорию суверенного государства, он является оккупантом и агрессором. Зона оккупации больше всего расширяется быстрее всего в сверенном направлении от Крыма и уже дошла до Днепра. Наверное, и Днепр они преодолеют, если захотят. На правом берегу Днепра – Херсон. Между этим направлением с юга из Крыма и ЛНР и ДНР есть довольно сильная группировка в Мариуполе, которая может быть зажата двумя направлениями атаки с востока и ига и запада.
– Какие территории Украина уже потеряла?
– Как минимум, левобережье Днепра Путин хочет взять с тем, чтобы прихватить ещё и Одессу. Все зависит от военных кондиций и способности Украины обороняться. Если она продержится несколько дней, то это для неё спасение. Поступит и оружие и деньги и добровольцы или наёмники – живая сила пополнится. Путин поставил на блицкриг. Война будет исчисляться первыми днями. 10 дней для него уже будет непозволительно много.
– Какие перспективы у военной операции российских войск на Украине?
– Ситуация уже не описывается в терминах каких-то обязательств, выполнения договоров, юридических соглашений. Ситуация упрощена до предела: у кого военное преимущество, тот и побеждает. Здесь радикально новая информационная ситуация, потому что нет смысла гадать, что выгодно и рационально. Война есть война. Здесь все определяется тем, насколько у Украины хватает для сопротивления военных, организационных и духовных ресурсов.
Чем сильнее будет сопротивление, тем тяжелее будет ситуация Владимира Путина. Потому что его расчёт явно на блицкриг. В течение 2-3 дней желательно было бы подавить сопротивление армии и потом уже с беззащитной Украиной делать все, что угодно политическими и полицейскими методами. Мы с вами не знаем, продержится Украина эти два-три дня. Может быть, четыре.
– Что будет, если Украина продержится несколько дней?
– Если продержится, то за это время начнут поступать новые виды вооружений, потому что значительная их часть уничтожена превентивными ударами ракет по военным складам – это совершенно понятно. Нарушены аэропорты – для того, чтобы не могли на самолётах прислать новые виды вооружений, те же джавелины и стингеры. Но есть сухопутные границы, их перекрыть технически невозможно. Можно разбомбить дороги, но их можно объехать. Вопрос только во времени. Это уже другая сфера обсуждения: что там осталось от инфраструктуры, как сохранена система связи, насколько командование контролирует ситуацию – всё это вне зоны нашего контроля. Здесь невозможно ничего оценивать, потому что все решается на поле боя.
– Какая цель у Путина?
– Конечно, не присоединять Украину – это было бы простовато. Рационально – сокрушить военную машину Украины, сокрушить правительство Украины и поставить свой марионеточный режим. Полная фальсификация как бы демократических выборов, а на деле люди будут назначаться из Кремля. Там найдут кого-нибудь, кого посадят руководить Киевом, при том, что этот человек целиком будет зависеть от Москвы. Мечта вполне советская, если не сказать, совковая.
– Насколько достижима эта мечта?
– Этот вопрос опять же решается на поле боя. Если удастся взять Киев какой-нибудь десантной группой, туда посадят какую-то марионетку. Но при этом останется ещё Львов, где будет какое-то правительство урезанной Украины. В любом случае, всю Украину им вряд ли удастся взять. Тогда произойдёт переформатирование Украины. Какая-то часть от неё отрежется. Все зависит от успехов на поле боя. Если Путин будет продвигаться быстро, то возможно, он захочет и всю Украину сделать своей подотчётной территорией.
– Какую территорию удастся завоевать?
– Это покажет эмпирический опыт войны. Таким шагом военной дипломатии XXI века Путин вернул Россию по существу к концу 30-х годов прошлого века. Ответы следует искать в этой системе ценностей. Когда товарищ Сталин начинал 30 ноября 1939 году операцию против всей Финляндии. И там уже было создано народное правительство финляндской демократической социалистической республики во главе с товарищем Куусиненом. Изначальный военный расчёт на это шёл. Но военное сопротивление Маннергейма оказалось неожиданно сильным и всю Финляндию Сталину завоевать не удалось, поэтому пришлось откусить кусок на юге страны и потом объяснить, что никакой цели завоевать Финляндию не было, а целью было отодвинуть границы от Ленинграда, чтобы обеспечить его безопасность.
Все эти слова будут сказаны в зависимости от того, как далеко войска Шойгу удастся продвинуться и взять под контроль эту территорию. Потому что продвинуться можно, но не исключена партизанская война. У украинцев довольно сильный боевой дух и люди стоят в очередях в военкомат, записываться в ополчение. Да, есть сведения том, что военнослужащие сдаются или бросают технику, что тоже бывает во время быстрого нападения.
– Чем это всё кончится?
– Это станет ясно в течение ближайших двух-трех дней. Тогда ситуация будет уже решаться в независимости от того, кто и какие умные, аргументированные и убедительные слова говорит, а в зависимости от того, у кого сколько отвоёванных территорий. Мы откатились назад в массовой и реальной политике на 80 лет.