«Пока я лежала на сохранении в роддоме, ожидая тройню, муж развелся со мной»

Поднимаясь по достаточно крутым ступеням старого дома на четвертый этаж, я думала: «Тут с одним ребенком сложно было бы выходить на прогулку, а как же спускаться и подниматься с тремя грудничками и коляской?» Ирина пока над этой проблемой даже не задумывается — прибыв из роддома месяц назад, она еще ни разу не выносила своих малышей на улицу.

В крошечной квартире меня встретила такса. Судя по седой морде, она давно обитает здесь вместе с хозяйкой. Мебельная стенка, телевизор и диван в одной комнате, кровать, на которой поселились трое деток, — в другой. На тумбочке — чистые пеленки. С балкона открывается «панорама» Байкового кладбища. На потолке видны пятна — квартиру явно не раз заливало с крыши.

Ирина сама позвонила в редакцию «ФАКТОВ», спокойным голосом сказав: «Меня с тремя детьми бросил муж. Я не могу оформить ни свидетельств о рождении, ни собрать документы, по которым можно получить деньги на детей…

Да и помочь мне совсем некому. Боюсь, не справлюсь сама». После услышанных слов невозможно было не отправиться проведать эту многодетную семью. Как выяснилось, Ирина в отчаянии позвонила не только нам, но и на телевидение.

«Я всегда хотела троих детей, но чтобы между ними была разница в несколько лет»
— Что меня заставило обратиться в газеты и на телевидение? Только страх, — говорит 34-летняя Ирина. — У меня практически нет молока, поэтому детей нужно кормить смесью. В неделю на питание трачу 250 гривен. И это пока малыши едят по 50 граммов за раз. Но они же растут, с каждым днем нужно будет все больше молока, а значит, расходы на покупку питания увеличатся.

То же касается и памперсов: сейчас на одного малыша за день используем около пяти подгузников. Чтобы купить запас на неделю, потратила 600 гривен. А я пока не получила ни копейки из денег, положенных при рождении детей. Муж не помогает…

Трое малышей Ирины лежат на кровати. У всех разный цвет волос: мальчик темненький, а девочки — русая и блондинка. Малыши очень похожи друг на друга, но они не близнецы, поэтому Ирина и ее мама уже легко их различают.

— Я всегда хотела троих детей, — признается Ира. — Но не сразу, а одного за другим, чтобы между ними была разница в несколько лет. Муж тоже мечтал о детях.

Ирина спокойно рассказывает о 32-летнем муже, который оставил ее еще во время беременности. Судя по всему, она уже свыклась с мыслью, что будет растить тройню без его участия.

— Три года назад я села в такси, за рулем которого был Саша, — рассказывает молодая мама. — Разговорились, раззнакомились, начали встречаться… Саша из Херсонской области. Зимой там работы нет, вот он и поехал в Киев — стал таксистом. Вскоре мы поженились, постоянно говорили о детях. Саша, как и я, хотел, чтобы в нашей семье был малыш.

Когда Ирина поняла, что беременна, обратилась к врачу, прошла УЗИ. Но специалист, которая его делала, не сразу определила, что женщина носит тройню.

— Глядя на монитор аппарата, врач сказала: «Видны какие-то три пятнышка, но я не могу понять, что это такое. Нужно сделать обследование на более современном оборудовании. Может, у тебя какая-то проблема», — рассказывает Ирина. — Я поехала в роддом на Оболони, к специалистам которого когда-то обращалась.

Тут врач Юрий Мельник определил: «Тройня!» Конечно, я была потрясена. Понимала, что выносить сразу троих детишек будет тяжело. Первое время никому даже не говорила о том, что жду тройню — боялась, что беременность прервется…

— Как отреагировал муж на такую новость?

— Услышав, что у нас будет сразу трое детей, он от неожиданности замолчал. А моя мама, которой я тоже сообщила новость, сказала: «Ну что же, будем растить».

«Из роддома меня забирали старший брат с невесткой»

Все это произошло накануне Нового года. К беременным, ожидающим двойню или тройню, врачи всегда проявляют повышенное внимание. Вот и Ирину сразу предупредили, что ей не раз придется ложиться на сохранение. После УЗИ ей предложили лечь в роддом на полное обследование.

— Муж все время был рядом, — продолжает Ирина. — Беспокоился обо мне. Помню, в первые дни нового года страшно захотелось грейпфрутов. Если сейчас же не съем — умру! Позвонила Саше. Он помчался покупать цитрусовые, привез мне четыре огромных плода, которые я с удовольствием съела. Да и всю весну он был рядом.

С 22-й недели беременности мне стало тяжело ходить, лежать… Не раз возникала угроза преждевременных родов. Последние четыре месяца беременности я практически полностью провела в роддоме. В этот же период изменились наши отношения с Сашей. Все началось с того, что мы поругались с его мамой. Почему? Я уже и не вспомню. Да и не важно это.

Ведь Саша решил, что ему лучше уйти от меня. Сказал, что будет жить с другом на съемной квартире и… подал на развод. Мне домой приходили повестки из суда, но я как раз лежала в роддоме. В результате, после моей второй неявки на слушание дела, нас развели. Но я узнала об этом уже после того, как 1 июня Саша уехал домой, в Херсонскую область. С тех пор его не видела и не слышала…

Последний месяц Ирина даже не ходила, настолько огромным и тяжелым был живот.

— Лежать я могла только на правом боку, — продолжает женщина. — Справа находилась Даша — она и в животе вела себя спокойно, и сейчас не капризничает, слева — Маша, которая постоянно билась. По центру расположился сыночек — он тоже все время «боксировал»…

Дети родились 24 июня, на 34-й неделе. Это на полтора месяца раньше, чем положено.

— Дольше я бы и не выносила, со дня на день могли начаться роды, поэтому врачи Людмила Воробей и Татьяна Долгая сделали мне кесарево сечение, — говорит Ирина. — Малыши появились на свет недоношенными. Девочки весили 2 140 и 2 100 граммов, а мальчик — ровно два килограмма.

Все они начали дышать самостоятельно. Но несколько дней находились в специальных кувезах в реанимационном отделении. На второй день после операции я попросила, чтобы мне разрешили на них посмотреть. Какие же они были крошечные!

— Как выбирали детям имена?

— Честно говоря, я не принимала в этом участия — их назвали мои мама и старший брат. Мне понравились предложенные варианты.

— Кто забирал вас из роддома?

— Брат с женой. Мама подготовила квартиру к приезду внуков. Когда мы подъехали к нашему дому, невестка уверенно взяла двух малышей на руки и пошла по ступеням наверх, а я несла третьего и думала: сама даже не рискнула бы нести сразу двоих…

«Пока малыши спят на моей кровати, а я — на полу»
У детей все еще нет свидетельств о рождении. Когда Ирина пошла оформлять документы, оказалось: чтобы зарегистрировать малышей, нужно согласие и документы отца. По закону, в течение как минимум полугода после развода появившиеся на свет дети признаются рожденными в браке.

— Только после сюжета, который вышел в телевизионных новостях, Саша позвонил и пообещал приехать в Киев, чтобы оформить необходимые документы, — говорит Ирина.

— Александр говорил о том, что хотел бы увидеть детей?

— Нет, об этом не было сказано ни слова.

— На кого похожи малыши?

— Одна девочка — на меня, мальчик — копия отца, а у второй девочки и мои, и Сашины черты.

Наш разговор с Ириной регулярно прерывали телефонные звонки. После телевизионного сюжета тройне захотели помочь очень многие.

— Люди сначала узнают, что нам нужно в первую очередь, — говорит Ира после очередной беседы по телефону. — Уже пообещали купить три кроватки. Многие привозят питание и памперсы. Это нужно постоянно. Сотрудники магазина детской одежды «Мишутка» привезли одежды на год вперед, а представитель компаний Nestle и Libero помогают питанием и памперсами.

Это огромная помощь для меня. Кроме того, глава администрации Соломенского района Иван Сидоров презентовал коляску для тройняшек и заставил меня написать заявление на улучшение жилищных условий! Правда, мне бы не хотелось уезжать из родного микрорайона, где все хорошо знаю.

Но переселиться в квартиру на первом этаже было бы просто здорово — это значительно облегчило бы нашу жизнь. Вот сейчас придумываю, где буду оставлять коляску: на четвертый этаж поднимать ее не смогу, наверное, придется к батарее привязывать…

Чтобы сфотографировать Ирину вместе с детьми, пришлось самой подавать малышей ей на руки. Они маленькие и хрупкие, пока даже головы не держат. А 70-летняя мама Ирины Анна Иосифовна не рискует их брать — боится уронить… Сейчас главная ее задача — приготовить еду, выйти за продуктами, убрать в квартире. За малышами же ухаживает Ира.

— Меня многие спрашивают: «Трое детей — это же тройные проблемы. Как ты собираешься их решать?» — добавляет Ирина. — А я к своей тройне отношусь иначе. Дети — это счастье. А у меня сразу тройное счастье. Да, мужская помощь мне сейчас невероятно нужна. Но если ее не будет, найдутся добрые люди, которые нас поддержат и помогут. Они уже отзываются. И то, что пока малыши «живут» на моей кровати, а я сплю на полу, меня ничуть не смущает. Главное — все время нахожусь рядом с ними.