Почему Александр Невский помогал Золотой Орде

Зимой 1237/38 многоплеменные орды хана Батыя, обычно называемые сборным именем «монголо-татары», опустошили Рязанскую и Владимиро-Суздальскую земли. В 1239-1240 гг. они разорили южнорусские земли (что в нынешней Украине). Стратегия «монголо-татар», если верить летописным известиям об их нашествии, состояла в том, чтобы сначала навести ужас на неприятельскую землю, пройдя по ней огнём и мечом, а потом требовать от её правителей покорности и регулярной уплаты дани. Сами ордынцы не основывали колоний в подвластных русских землях, но какое-то время после нашествия там жили их чиновники (баскаки) для переписи населения и сбора с него дани.

В установлении вассальной зависимости русских земель от «монголо-татар» большую роль сыграл великий князь владимирский Александр Ярославич по прозванию Невский. Летописная традиция, а вслед за ней русские историографы привычно оправдывают Александра тем, что могущество Золотой Орды не оставило ему выбора. Он был вынужден подчиниться силе ханов, чтобы избавить Русь от новых опустошительных разорений. Однако внимательное изучение источников показывает, что эти оправдания надуманные. Александр Невский был активным деятелем по установлению золотоордынского ига на Руси, рассчитывая с помощью ханов утвердить свою власть над прочими русскими князьями. Его правление отмечено не ослаблением золотоордынского гнёта, а его усилением и распространением на те области Руси, которые не были затронуты Батыевым нашествием. Карательные походы ханов на Русь стали нормой со времени Александра Невского.

В 1243 году Батый позвал отца Невского – Ярослава Всеволодича – к себе в ставку, чтобы утвердить его на великом княжении. С того момента только тот русский князь считался законным, кому ордынский хан давал ярлык на княжение. В 1246 году Ярослав скончался, и, как обычно, за престол разгорелась борьба между братьями. Но теперь у претендентов был арбитр – хан, и к нему отправились два старших Ярославича – Александр и Андрей. Батый назначил Александра, старшего из двух братьев, великим князем Киевским и всей Южной Руси, а Андрея – великим князем Владимирским и Новгородским. С этими ярлыками князья возвратились на Русь в 1249 году. Александр был недоволен, так как киевский престол давно потерял своё фактическое значение, и ждал случая отобрать у брата Владимирское княжение.
Случай не замедлил представиться. Андрей усиленно сносился с галицким князем Даниилом Романовичем на предмет общего восстания против Орды. Александр без сомнения знал об этом заговоре, но не только не примкнул к нему, но, напротив, решил отправиться в Золотую Орду с доносом на брата, чтобы получить у хана его волость. Огромная «монголо-татарская» империя не могла управляться из одного центра, и Золотая Орда со столицей в Сарае (в низовьях Волги) стала уже почти независимым государством. Правил в ней тогда хан Сартак.

Неизвестная летопись, которой пользовался историк В.Н. Татищев, сообщает по этому поводу следующее: «Иде князь великий Александр Ярославич во Орду к хану Сартаку, Батыеву сыну, и прият его хан с честию. И жаловася Александр на брата своего великого князя Андрея, яко сольстив хана [Батыя – Я.Б.], взя великое княжение под ним [Александром – Я.Б.], яко старейшим, и грады отческие ему поимал, и тамги хану не платит сполна. Хан же разгневася на Андрея и повеле Неврюи салтану идти на Андрея и привести его перед себя». Ордынское войско под начальством Неврюя внезапным нашествием расстроило все планы Андрея. Тот был вынужден выступить против Орды со своими немногочисленными силами, потерпел поражение и был вынужден бежать в земли Ливонского ордена в Прибалтике. Ордынцы опустошили всю Владимиро-Суздальскую землю, жгли, пленили, убивали. После чего Александр, имея при себе ханский ярлык, сел на престоле во Владимире. Было это в 1252 году.

Большинство российских историков, начиная с Карамзина, без всяких оснований объявили много мест в «Истории российской» Татищева» вымыслом автора. По их мнению, Александр направился в Орду уже после того, как Андрей первым выступил против хана, а Александр не пожелал к нему примкнуть, якобы страшась неизбежных последствий сего выступления. Однако никаких рациональных доводов против достоверности данного известия, кроме желания обелить Александра, они не привели. Известие выглядит вполне вероятным, особенно с учётом предшествовавших и последующих событий. Крупный дореволюционный историк Д.И. Иловайский считал версию Татищева наиболее достоверной.

В 1256 году Батый умер, и верховным ханом стал Берке. Сартак был убит в борьбе за власть, и наместником Золотой Орды стал Улагчи. В 1257 году Невский ездил в Сарай к Улагчи, и последний потребовал, чтобы все земли, подвластные Александру, включая Новгород, были переписаны и платили дань. Выполняя указание хана, Александр лично приехал в Новгород (в 1259 году) с ордынскими баскаками. Сын Невского, Василий, наместник в Новгороде, не захотел подчиниться отцу и бежал.

Невский устрашил новгородцев жестокими репрессиями. Даже благоволивший к нему Н.М. Карамзин писал, что Александр «бояр, наставников Василиевых, казнил без милосердия. Некоторые были ослеплены, другим обрезали нос». Несмотря на это, в городе не утихали волнения. Александр и ордынские чиновники были вынуждены бежать из Новгорода. Но они обещали вернуться с ордынской ратью и покарать население. Эта угроза привела постепенно граждан к покорности. «Моголы ездили из улицы в улицу, переписывая домы; безмолвие и скорбь царствовали в городе», – описывает Карамзин.

Ни в одном источнике нет указания, будто Александр Невский склонился под ордынское иго и привёл под него ещё не покорённые до той поры русские земли потому будто, что рассчитывал, что в будущем Русь сумеет собраться с силами и свергнуть иноземное владычество. Ни в одном высказывании Невского, переданном нам его современниками, не сохранилось и тени намёка на такую мотивацию. Все оправдания его действий надеждой на свержение ига в будущем придуманы задним числом, не ранее XIX века. Не придумывая избыточных сущностей, мы вынуждены предположить, как наиболее вероятное, что Александр Невский видел в усилении ордынского ига над Русью средство для усиления собственной власти, и не брезговал ради этой цели жертвовать достоянием и независимостью Русской земли.
Ярослав Бутаков