Почему морской космический флот СССР, бывший гордостью страны, отправили в утиль и до сих пор не возродили

История этого уникального войскового и научно-исследовательского подразделения началась в эпоху активного развития космической программы. В рамках создания командно-измерительного комплекса, который должен был осуществлять управление полётов космических аппаратов, была развёрнута разветвлённая сеть наземных измерительных пунктов. Однако располагались они только на суше, что оказалось недостаточным для обеспечения устойчивой связи космических аппаратов с Землей в любой момент времени. А всё потому, что запуск первого искусственного спутника Земли показал: по расчетам баллистиков, что он совершает 16 витков вокруг планеты, из которых 6 происходят над мировым океаном.




Отсутствие там измерительных пунктов создавало так называемые «глухие точки» - то есть отрезки пути, в которые полёт аппарата проходил без возможности контроля с территории СССР. Тогда-то и решили создать особые научные суда, которые будут обеспечивать связь Земли с космическими аппаратами там, где ранее это было невозможно. Выбор пал на создание флота ещё и потому, что Советский Союз не имел возможности расположить достаточное количество наземных баз контроля в южном полушарии. Однако этого и не потребовалось: как впоследствии показала практика эксплуатации кораблей, все 6 невидимых витков теперь могли контролироваться СССР.




Официально рождением космического флота Советского Союза считается 1960 год, а у его истоков стоял лично Сергей Королёв: именно по его инициативе срочно стали переоборудовать три судна-сухогруза «Ворошилов», позднее получивший название «Ильичевск», «Долинск» и «Краснодар» в корабли космического флота за счёт оснащения их телеметрической аппаратурой. В результате 1 августа 1960 года «Краснодар» и «Ворошилов» из Одессы, а «Долинск» из Ленинграда вышли в Атлантический океан с целью обеспечить контроль так называемых вторых стартов - так именовались полёты, где предусматривался разгон с первой космической скорости до второй для достижения дальних планет. Кроме того, в апреле 1961 году все три корабля принимали участие в мониторинге первого пилотируемого полета вокруг Земли.




Само собой, что столь уникальные корабли в разгар гонки вооружений и Холодной войны не могли быть рассекречены перед идеологическими противниками, а потому первоначально суда морского космического флота шли в рейсы под флагом Совтрансфлота, и специально под них была разработана легенда, якобы они работают в рамках «снабжения тарой советских рыболовных судов». Однако при заходе кораблей в иностранные порты, чтобы пополнить запасы воды, продовольствия и топлива, неизбежно возникали проблемы и подозрения. Поэтому властям пришлось приоткрыть тайну этих необычных судов: в 1967 году было опубликовано сообщение ТАСС, где объявлялось, что данные корабли принадлежат Академии наук, после чего они начали выходить в рейсы уже под знамёнами академического флота, а их заходы в зарубежные порты оформлялись через министерство иностранных дел СССР.




Тот же 1967 год отметился ещё и появлением первых специализированных кораблей Морского космического флота вместо переоборудованных. Так, ими стали плавучий командно-измерительный комплекс, научно-исследовательское судно (сокр. НИС) «Космонавт Владимир Комаров», а также телеметрические пункты — НИС «Боровичи», «Кегостров», «Моржовец», «Невель». Постройка и оборудование кораблей прошло в Ленинграде, а расширение морского космического флота было связано не только с желанием его модернизировать, но и по причине расширения программы лунных исследований, в рамках которой также планировался облёт Луны советскими космонавтами.




Однако на этом развитие МКФ не остановилось: когда в СССР была развёрнута вторая программа лунных исследований, предусматривающая высадку советских космонавтов на Луну, в 1970 году космический флот пополнился НИС «Академик Сергей Королев», который на первый взгляд походит на стандартное пассажирское судно, но при этом отличалось неограниченным районом плавания. А через некоторое время появился ещё одно научно-исследовательское судно, в итоге получивший статус флагмана космического флота Советского Союзе. Речь идёт о самом крупном на планете кораблём подобного типа «Космонавте Юрии Гагарине».




Он был построен на Балтийском заводе в Ленинграде в 1971 году, и позиционировался как полноценный плавучий центр управления полетами. Как «Космонавт Юрий Гагарин», так и «Академик Сергей Королев» были уникальными судами, так как оборудование, на них установленное, было разработано специально под них, и не имело аналогов в мире на тот момент.




В основном речь шла о сложных радиотехнических комплексах, которые давали определённые команды на борт космических кораблей, принимали телеметрическую информацию от бортовых систем, вели радиопереговоры с советскими космонавтами. Каждое судно имело две группы работников - члены экспедиции по управлению полётами и работой с оборудованием и, собственно, экипаж корабля, обслуживающий последнего. В среднем рейс длился около полугода, иногда больше.




В период с 1977 по 1979 годы морской космический флот СССР получил ещё четыре телеметрических корабля: «Космонавт Виктор Пацаев», «Космонавт Владислав Волков», «Космонавт Георгий Добровольский» и «Космонавт Павел Беляев», таким образом к 1979 году МКФ был представлен уже 11 специализированными судами. Они принимали участие в управлении пилотируемых полетов, а также проведении стыковок и расстыковок космических кораблей над океаном - чаще всего они работали в прибрежной зоне на Востоке Канады.




Новые суда отличались очень комфортными условиями для экипажа и членов экспедиции. Так, например, на флагмане «Космонавт Юрий Гагарин» был оборудован кинозал вместимостью в 250 зрителей, спортзал, целый три бассейна, а также зоны отдыха, где располагался, в частности, бильярд. А корабельная система кондиционирования и вовсе заслуживать звания уникальной: по информации редакции Novate.ru, они оказались втрое мощнее, чем так, которая была установлена в Кремлевском дворце съездов. Такой комфорт во многом был обусловлен сложность работы, которую выполняли члены экипажа и экспедиции - по словам их участников, они переживали тяжелые физические и психологические нагрузки.




Космическая гонка на протяжении всех последующих лет существования СССР продолжалась при неизменном участии МКФ - известно, что корабельные экспедиции не провалили ни одного задания. Вот только уникальный флот не сумел пережить вначале тяготы кризиса конца восьмидесятых годов прошлого столетия, ни последующего развала Советского Союза: ещё с 1989 года были расформированы экспедиции «малых» судов, а также НИС «Космонавт Владимир Комаров» - все они с разницей в несколько лет после вывода из состава флота были проданы на слом в Индию.




Та же печальная судьба постигла и другие суда, в том числе головные корабли - «Космонавт Юрий Гагарин», «Академик Сергей Королёв». Оказавшись в составе Черноморского морского пароходства Украини или оставшись в ведении РФ, они в конечном итоге ушли на слом, например, в Индию, или были разобраны в Калининграде. Некоторые суда бывшего МКФ ещё пытались приспособить к современным работам по управлению полётами, как это было с НИС «Космонавт Георгий Добровольский» в конце девяностых годов, однако из той идеи так ничего и не вышло, и судно, как и остальные, ушло в утиль.




Единственным судном, которое было сохранено из всего морского космического флота СССР, оказался «Космонавт Виктор Пацаев», который стоит в порту Калининград у причала Музея Мирового океана. Более того, на нём частично осталось оборудование, которое продолжает время от времени использоваться для приёма телеметрической информации и обеспечения устойчивой связи с космонавтами на различных аппаратах, в том числе, с работниками Международной космической станцией (МКС). Однако в море оно больше не выходит.




На сегодняшний день многие страны мира или уже имеют морской космический флот, или планируют его создание. А всё потому, что при всех темпах научно-технического прогресса на данный момент ещё не существуют более эффективных способов управлять космическими полётами во время их пролёта над океанами, чем размещение там кораблей с соответствующим оборудованием. Не отстаёт и Россия, у геополитической предшественницы которой был один из богатейших опытов эксплуатации такого флота. Так, в медиапространстве регулярно публикуются сообщения о планах возрождения этого рода исследований, поэтому, возможно, однажды новые НИСы вновь станут отечественной гордостью.

Интересное видео с нашего канала: