Суд по делу Ахры Авидзба: начался допрос свидетелей
0
9
Сегодня в Гулрыпшском районном суде продолжился процесс по делу Ахрика (Ахры) Авидзба и его соратников, приехавших с ним из Донецка, – Аслана Гуатижева, Андрея Лактионова, Талеха Гасанова и Станислава Культы, которые обвиняются в незаконном приобретении, передаче, сбыте, хранении, перевозке оружия.
12 мая, когда начался судебный процесс, «Эхо Кавказа» рассказало о том, что председательствующий на нем судья Игорь Агумава удовлетворил в ходе первого заседания ходатайство защиты – допустить в качестве еще одного защитника российского адвоката Сергея Беляка, но отказало в удовлетворении другого – изменить Ахрику Авидзба меру пресечения с содержания под стражей на домашний арест. Но временные рамки не позволили нам в тот день рассказать о том, что в завершение затянувшегося первого заседания гособвинение выдвинуло всем пятерым обвинение в том, что они совершили преступление против общественной безопасности, так как «незаконно перевезли, после чего стали перевозить и носить на территории Республики Абхазия огнестрельное оружие и боеприпасы». На это все подсудимые ответили, что не признают себя виновными, а их защитники указали суду на бездоказательность предъявленного прокуратурой обвинения. Сам Ахрик Авидзба, выступая в суде, подчеркнул, что считает дело против него и его гостей заказным.
Сегодняшнее заседание началось с двух заявлений гособвинителя Даура Амичба. Первое из них касалось привлекшего внимание многих в Абхазии интервью Сергея Беляка российскому интернет-изданию «Ваши новости». Амичба сказал:
«На следующий день после прошлого заседания суда защитник, защищающий Авидзба, дал интервью о том, какие были у него впечатления. Интервью длилось порядка тридцати минут. Защитник Беляк не в полной мере услышал, ваша честь, ваше обращение по поводу оценки доказательств, по поводу давления на суд. Помимо того, что гражда… това… уважаемый защитник говорил об Абхазии, ее природе, обо всех обстоятельствах, он еще дал весьма вольную оценку доказательствам, которые еще не были исследованы судом. Говорил о том, что все они добыты с нарушениями закона, что доказательств по делу нет… Данное обстоятельство, вообще, является основанием для отстранения защитника, но с учетом того, что вы еще не приступили к расследованию, я просил бы, чтобы вы повторили в этой части регламент судебного заседания. Помимо этого, я считаю, что в этом выступлении содержалась неверная информация в части того, что дом, в котором нашли оружие, является приграничным с Грузией. Это не соответствует действительности. Да, действительно, там проходили боевые действия (в 1992-1993 годах), но никак он не является приграничным с Грузией. Также была вольная интерпретация моих слов в части медицинской документации».
Еще одно заявление Амичба было связано с публикацией другого СМИ, журналисты которого, рассказывая о подсудимом Авидзба, сообщили:
«У него на иждивении семеро детей. Мы вроде бы здесь неоднократно обсуждали, что детей пять, но не успели доехать до города, как «родилось еще двое».
Сергей Беляк в ответ на заявления прокурора сказал:
«Все, что озвучил, давая интервью, я слово в слово произнес до этого здесь, на первом заседании. Я все повторил только, ничего не добавил. Процесс у нас открытый. Если вы будете читать внимательно, там есть взятое в кавычки. Скажем, «прифронтовая полоса» – это я цитировал Авидзба, он так говорил: «Прифронтовая полоса». Все звучало здесь, в зале суда. Поверьте мне: я был максимально корректен. В России говорят более открыто. В открытом процессе… Я не давил на вас, я, наоборот, вас хвалил. Не думайте, что в России меня бы за это наказали. Я и здесь с уважением отношусь и к республике, и к гособвинению, и к адвокатам, и к судье…»
На реплику Амичба, что, если бы к нему обратились с просьбой дать интервью журналисты, он не стал бы это делать, Беляк сказал: «Да потому что вы в погонах, а я – нет».
Ахрик Авидзба в своем выступлении, в частности, заметил, что, говоря о детях, которые у него на иждивении, можно назвать и большее их число, добавив к родным и крестных…
Судья Агумава, выслушав представителей сторон, ограничился тем, что снова зачитал те места из регламента, которые имели отношение к заявлениям прокурора. Амичба же, помимо прочего, напомнил в своем выступлении, что у гособвинения около двадцати свидетелей и если СМИ начнут первых подробно цитировать, тогда пропадает смысл заводить всех в судебный зал по одному, ибо свидетели будут узнавать о сказанном до них из средств массовой информации.
Первым на допрос в суде в качестве свидетеля обвинения был вызван оперуполномоченный Сухумского райотдела милиции Мераб Кварацхелия. Допрос продолжался около часа, так что, если бы в каком-то СМИ и хотели бы нарушить требования суда о том, чтобы не предавать подробной огласке их показания, это было бы просто очень трудно сделать.
Мы приведем только очень короткую выдержку из начала его показаний:
«Руководством УВД Сухумского района было принято решение провести обследование по месту проживание Авидзба Ахрика Руслановича. 4 марта прибыли мы на место в составе оперативно-следственной группы примерно в начале двенадцатого (ночи). Был один понятой. В это время не было света. Мы стояли во дворе дома. После этого был приглашен еще один понятой. И примерно в начале второго ночи мы приступили к обследованию жилища».
Ну а дальше последовало много вопросов свидетелю от представителей гособвинения Даура Амичба и Асиды Квачахия, защитников Ахрика Авидзба Инги Габилаиа и Сергея Беляка, адвокатов других подсудимых и самого Авидзба и ответов на них – относительно мест в доме, где было обнаружено оружие, поведения родственников Ахрика, находившихся в доме, и многого другого.
После этого было допрошено еще два свидетеля обвинения.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
12 мая, когда начался судебный процесс, «Эхо Кавказа» рассказало о том, что председательствующий на нем судья Игорь Агумава удовлетворил в ходе первого заседания ходатайство защиты – допустить в качестве еще одного защитника российского адвоката Сергея Беляка, но отказало в удовлетворении другого – изменить Ахрику Авидзба меру пресечения с содержания под стражей на домашний арест. Но временные рамки не позволили нам в тот день рассказать о том, что в завершение затянувшегося первого заседания гособвинение выдвинуло всем пятерым обвинение в том, что они совершили преступление против общественной безопасности, так как «незаконно перевезли, после чего стали перевозить и носить на территории Республики Абхазия огнестрельное оружие и боеприпасы». На это все подсудимые ответили, что не признают себя виновными, а их защитники указали суду на бездоказательность предъявленного прокуратурой обвинения. Сам Ахрик Авидзба, выступая в суде, подчеркнул, что считает дело против него и его гостей заказным.
Сегодняшнее заседание началось с двух заявлений гособвинителя Даура Амичба. Первое из них касалось привлекшего внимание многих в Абхазии интервью Сергея Беляка российскому интернет-изданию «Ваши новости». Амичба сказал:
«На следующий день после прошлого заседания суда защитник, защищающий Авидзба, дал интервью о том, какие были у него впечатления. Интервью длилось порядка тридцати минут. Защитник Беляк не в полной мере услышал, ваша честь, ваше обращение по поводу оценки доказательств, по поводу давления на суд. Помимо того, что гражда… това… уважаемый защитник говорил об Абхазии, ее природе, обо всех обстоятельствах, он еще дал весьма вольную оценку доказательствам, которые еще не были исследованы судом. Говорил о том, что все они добыты с нарушениями закона, что доказательств по делу нет… Данное обстоятельство, вообще, является основанием для отстранения защитника, но с учетом того, что вы еще не приступили к расследованию, я просил бы, чтобы вы повторили в этой части регламент судебного заседания. Помимо этого, я считаю, что в этом выступлении содержалась неверная информация в части того, что дом, в котором нашли оружие, является приграничным с Грузией. Это не соответствует действительности. Да, действительно, там проходили боевые действия (в 1992-1993 годах), но никак он не является приграничным с Грузией. Также была вольная интерпретация моих слов в части медицинской документации».
Еще одно заявление Амичба было связано с публикацией другого СМИ, журналисты которого, рассказывая о подсудимом Авидзба, сообщили:
«У него на иждивении семеро детей. Мы вроде бы здесь неоднократно обсуждали, что детей пять, но не успели доехать до города, как «родилось еще двое».
Сергей Беляк в ответ на заявления прокурора сказал:
«Все, что озвучил, давая интервью, я слово в слово произнес до этого здесь, на первом заседании. Я все повторил только, ничего не добавил. Процесс у нас открытый. Если вы будете читать внимательно, там есть взятое в кавычки. Скажем, «прифронтовая полоса» – это я цитировал Авидзба, он так говорил: «Прифронтовая полоса». Все звучало здесь, в зале суда. Поверьте мне: я был максимально корректен. В России говорят более открыто. В открытом процессе… Я не давил на вас, я, наоборот, вас хвалил. Не думайте, что в России меня бы за это наказали. Я и здесь с уважением отношусь и к республике, и к гособвинению, и к адвокатам, и к судье…»
На реплику Амичба, что, если бы к нему обратились с просьбой дать интервью журналисты, он не стал бы это делать, Беляк сказал: «Да потому что вы в погонах, а я – нет».
Ахрик Авидзба в своем выступлении, в частности, заметил, что, говоря о детях, которые у него на иждивении, можно назвать и большее их число, добавив к родным и крестных…
Судья Агумава, выслушав представителей сторон, ограничился тем, что снова зачитал те места из регламента, которые имели отношение к заявлениям прокурора. Амичба же, помимо прочего, напомнил в своем выступлении, что у гособвинения около двадцати свидетелей и если СМИ начнут первых подробно цитировать, тогда пропадает смысл заводить всех в судебный зал по одному, ибо свидетели будут узнавать о сказанном до них из средств массовой информации.
Первым на допрос в суде в качестве свидетеля обвинения был вызван оперуполномоченный Сухумского райотдела милиции Мераб Кварацхелия. Допрос продолжался около часа, так что, если бы в каком-то СМИ и хотели бы нарушить требования суда о том, чтобы не предавать подробной огласке их показания, это было бы просто очень трудно сделать.
Мы приведем только очень короткую выдержку из начала его показаний:
«Руководством УВД Сухумского района было принято решение провести обследование по месту проживание Авидзба Ахрика Руслановича. 4 марта прибыли мы на место в составе оперативно-следственной группы примерно в начале двенадцатого (ночи). Был один понятой. В это время не было света. Мы стояли во дворе дома. После этого был приглашен еще один понятой. И примерно в начале второго ночи мы приступили к обследованию жилища».
Ну а дальше последовало много вопросов свидетелю от представителей гособвинения Даура Амичба и Асиды Квачахия, защитников Ахрика Авидзба Инги Габилаиа и Сергея Беляка, адвокатов других подсудимых и самого Авидзба и ответов на них – относительно мест в доме, где было обнаружено оружие, поведения родственников Ахрика, находившихся в доме, и многого другого.
После этого было допрошено еще два свидетеля обвинения.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия