Юлия Авидзба: «Где же он, главнокомандующий?»

О том, как проходил обыск этой ночью в доме бывшего помощника президента Абхазии, героя ДНР Ахры Авидзба, рассказала его супруга Юлия Авидзба. Вчера вечером ее мужа пригласили на беседу в Службу госбезопасности, после чего ночью в его дом ворвались сотрудники правоохранительных органов. Они применили силу в отношении двух друзей Ахры Авидзба из Донецка, которые находились в этот момент у него дома. Травму получила и Юлия Авидзба, ей вывернули левую руку. Сегодня женщина обратилась за медицинской помощью в Республиканскую больницу. После медосмотра Юлия Авидзба побеседовала с журналистами «Эха Кавказа». Она сообщила, что Ахра Авидзба до сих пор находится в СГБ, ему не предъявлены никакие обвинения, связи с ним нет.


– Юлия, расскажите, что вчера произошло в вашем доме?


– Вы знаете, мы эти ответы получили, на самом деле, только сегодня. И то, собрав оттуда кусок, оттуда информацию. Мы не понимали, что происходит, ордер нам никто не показал. Более того, люди, которые ворвались среди ночи к нам в дом, они элементарно даже удостоверений никаких не предоставили. Вот так.


– Как это было?




– Просто нагло, цинично ворвались… Тяжело на самом деле рассказывать, вторые сутки мы на ногах, я еще не спала. С мужем я не созванивалась, этой возможности пока нет. Его насильно удерживают в СГБ, потому что на данном этапе никаких ему обвинений не предъявили, лично ему, и мы не понимаем, в целом что происходит. В общем, очень грубо вели себя представители, так сказать, власти. Не все, конечно, были несколько человек, с сожалением некоторым все это давалось им, тяжело, но ребята вели себя очень нагло, на все мои вопросы о том, кто здесь главный, что вообще происходит, кто предоставит какие-то документы, ответов не последовало. Мне сказали: «Это не ваше дело, встаньте, выключили телефон!». В приказном порядке, абсолютно. И это не ваше дело, не мешайте нам работать. Я задала вопрос, могу ли я позвонить адвокату, мне сказали, что нет. Я поинтересовалась, по какой причине, мне тоже сказали, что это вас не волнует. Вы ни в чем не обвиняетесь на данный момент, ваш муж тоже и, соответственно, по их мнению, адвокат ему не нужен.  




– А что касается охраны Ахры Авидзба, расскажите, кто они?


– Это близкие друзья моего мужа, которые были без оружия, в том числе мой муж был тоже без оружия. Это близкие друзья, которые начинали с ним еще 2014 году воевать за русский мир на Донбассе. Это хорошие ребята, близкие друзья, которые понимают, какая сейчас сложная ситуация в Абхазии и не могут оставить его без поддержки.


– А сколько их было человек?




– Пять человек. Трое поехали с моим мужем, так сказать, на беседу. Пригласили в СГБ просто побеседовать. Я спросила, долго это будет или не долго, муж мне ответил: «Я не долго, детка». В общем-то, ничего не предвещало. А двое ребят просто по-домашнему: кто спал, кто смотрел телевизор. Очень жестко их схватили, очень сильно били у нас на глазах. И мне досталось. Я начала звонить, я вышла за ворота, предварительно показав свой телефон. Попросила разрешения, им особо было не до меня. Погас свет, нас в дом не пустили. Они зашли первые, и мы, в течение минут сорока точно, не могли попасть в дом. Нас дальше лестницы не пускали.    


– Что-то забрали из вашего дома?


– Вы знаете, не было такой возможности проследить. Они автономно орудовали. Не дали ознакомиться, не дали, ничего не подписали. Мы даже, когда уходили утром, написали жалобу или свое пояснение о том, что происходило. Нам сказали: «Мы это не будем принимать. А если у вас это жалоба, то, пожалуйста, идите в суд, в прокуратуру, но точно не к нам. В момент, когда у меня отбирали телефон, я пыталась дозвониться адвокату, мне в этот момент позвонил журналист Семен Пегов. Не я ему, а он мне. Я не знаю, откуда он узнал это. Он позвонил, спросил: в чем дело, что у вас там происходит? Я начала ему вкратце рассказывать, поворачиваюсь, бегут четыре человека в форме: «Стоять, ты куда пошла?». С автоматами, я, что успела, Семену… даже частично, он услышал, как у меня отбирали телефон, выкручивали руки, в жесткой форме, и мат был, все было. Было все, не по-мужски себя вели. Я – мать троих детей, мне как какой-то последней преступнице выкручивали мне руки, ну вот как видите, мы дадим вам потом сфотографировать (справку), если нужно, какой диагноз. На три недели меня выбили из нормальной жизни. Травма, нужно будет проверяться в Краснодаре или в Ростове, как сказал доктор.


– Как вы думаете, с чем это связано? Были ли у Ахры в последнее время какие-то конфликты, проблемы? Может быть, ему кто-то звонил?




– Вы знаете, мы с мужем не особо любим обсуждать эти темы. Так у нас заведено еще с момента войны в Донецке. Я не интересуюсь особо, что-то, где-то я могу слышать, но, опять же, сейчас передавать какие-то свои догадки мне бы не хотелось... Я думаю, что адвокат больше обладает информацией – что, почему. Но точно знаю, что не без помощи это было сделано власти нашей. Опять же, хочу сказать про ребят. В прошлом году, когда все это происходило в январе, эти же самые ребята стояли рядом, они были героями, им можно было здесь находиться. Легально, все в порядке. И президент выступал с пламенной речью, какой Ахра достойный сын своего народа. А сейчас, вы знаете, точно могу сказать, что страх есть со стороны власти. Есть страх и опасения. Мой муж очень порядочный и честный человек. Он не запачкан здесь ни деньгами, ни майнингом. За это мне чисто, знаете, и по-женски обидно. Как матери его детей обидно, что такая несправедливость и где же он, главнокомандующий? Где же он сейчас, и почему в такой щекотливой ситуации он находится где-то там, а не разбирается в ситуации. Обыск был с колоссальными нарушениями, с колоссальными. Нас не пускали, нам ничего не дали подписать, «отойдите»… ну я не хочу на камеру, слова были немужские. Выказывать таким образом какую-то силу или власть по отношению к женщинам, почему они не приехали в тот момент, когда мой супруг был дома?


– А его в этот момент не было?


– Его позвали на беседу (в СГБ). Просто поговорить. А в дом ворвались.


– Скажите, вы кого-то знаете?


– Я спросила, кто заведует этой операцией, мне сказали, что это приказ министра МВД, но его на месте нет, сейчас во дворе, у нас дома, но есть все его заместители. Если вы что-то хотите уточнить, вы подойдите. Но как я ни пыталась узнать, кто на самом деле тут главный и у кого можно спросить...


– Я еще хочу уточнить: вчера Ахра Авидзба написал в Facebook, что он зарегистрировал общественную организацию «Новые люди». Как вы думаете, может это быть связано с его политической деятельностью?


– Всякое может быть. Это, опять же, дай бог, скоро это все закончится, и муж мой сам, как посчитает нужным, объяснит. Но мы все с ним, никто, даже нотки отчаяния нет какой-то, нет испуга, ничего. Прорвемся, мы сильная, крепкая семья. И не такое проходили.             


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия