Повальный гомосексуализм в ВСУ: признания «хероя АТО»
Интернет-портал «Гей-альянс Украина» вот уже год как переключился с публикации привычных историй о притеснениях со стороны общества, семьи и государства на героическо-патриотические повествования укровоенов АТО.
Украина, как известно, государство европейское, а значит и внешние атрибуты соответствующие. Нет, не ровные дороги и высокие соцпособия, как бы подумал нормальный человек, а — педерасты.
ЛГБТ-сообщество, если выражаться прогрессивным языком. Представители украинского ЛГБТ-сообщества, как выяснилось, уже давно интегрировались в «самую сильную армию в Европе». И не просто интегрировались, а «героически» служат на фронте.
Олег, которому посвящена недавняя публикация Интернет-портала «Гей-альянс Украина» вот уже год как переключился с публикации привычных историй о притеснениях педерастов со стороны украинского общества, семьи и государства на героическо-патриотические повествования и проблемы укро-армейских пидорасов.
Херой «Гей-альянса Украины», прошёл уникальный боевой путь: Иловайск, Дебальцево, Донецкий аэропорт. Олег всё просрал, всем дал. Все знаковые, проёбанные для украинского бойца-патриота-педераста места. В армию, по его словам, он попал по повестке.
«Я служил в 93-й механизированной бригаде, в реактивно-артиллерийском дивизионе, на должности оператор-топогеодезист. Сначала стояли под Луганском большим подразделением, человек 500, там были и артиллеристы, и десантники, и пехота, и разведчики, и прочие. Потом нас перекинули под Артемовск, где уже реально были боевые действия. Мы выстреливали по 300–400 снарядов в день просто наугад в сторону Донецка», — рассказывает Олег. «Огневая (позиция — прим.моё.) у нас каждый день была новой, чтобы не засекли. Куда мы должны выезжать, знали только два человека — наш комбат и комбат из соседнего подразделения, которое находилось в 400 метрах от нас. Мы выезжали на огневую, отрабатывали и уезжали обратно в лагерь, который находился обычно в посадке», — рассказывает о своих кровавых буднях под Иловайском укропидорас Олег.
«Нас отправили в отпуск после Иловайска, но наша техника была уже небоеспособна, а после отпуска — назад в АТО. Уже в конце сентября нас отправили под Дебальцево, месяца на три. Стреляли довольно часто и куда попало, а жили мы в посадке. Потом нам нашли помещение, где мы находились большую часть зимы. Это была заброшенная ферма, без окон и дверей, мы ее застеклили, сделали нормальной, теплой.
Потом Дебальцево, окружение, и мы снова еле вышли», — продолжает пидорас Олег. Окружением он, очевидно, деликатно называет Дебальцевский котёл, но и после него Олег снова попадает в горячую точку: «Из Дебальцево вышли без потерь, но с трудом, опять дали приказ оставаться на местах, но комбат послал их ко всем чертям собачьим и дал команду в ускоренном темпе собираться к передислокации. Он пошел на риск, приказав нам уходить. После Дебальцево мы стояли в 6–7 км от Донецкого аэропорта, обеспечивали арт-поддержку нашим ребятам, „киборгам“ в Донецком аэропорту».
Но даже на войне бывает личное время и Олег приоткрывает завесу жизни педерастов из «самой сильной армии Европы»: «У нас, когда мы еще были в части, был большой скандал — разведка поймала в посадке танкистов, которые там занимались сексом. Скандал был большой, утром прошли по всем батальонам, рассказали, что поймали, — без имен, правда, но предупреждали, что если еще кого-то поймают, то выгонят. А через неделю уже других поймали.
Утром такой кипиш был, все командиры дивизионов чуть ли не по тревоге подняли, втюхивали какую-то политинформацию, »зачем они это делали? Непонятно». «Когда уже зимой мы жили в помещении, это перемирие было, технику отводили, к нам на заброшенную ферму подселялись другие подразделения. Тогда я там с одним мужчиной познакомился. Симпатичным. Десантник. Тем более там было много пустых помещений, куда никто не зайдет». «Спермотоксикоз и алкоголь делают свое дело. Даже многие „натуралы“ проявляли несвойственные себе… действия.
Такое везде было, не только в моем подразделении. Ходил в гости к другим подразделениям, там то же самое — поцелуйчики, обнимки по пьяни», — продолжается повествование Олега об армейских буднях. «В АТО очень много геев, многие из них идут туда добровольно, многих призывают, и они не скрываются, не бегут, не откупаются и не прячутся.
Я гей, я был в АТО год, я видел смерть, я терял друзей, я — патриот своей страны. Я больше украинец, чем то быдло, которое выкрикивает всякие гадости об ЛГБТ. Бог им судья.
Ибо, как говорится в Библии, «мы сотворены по образу и подобию Божьему», — необычным аргументом завершает свой рассказ о тяготах и лишениях армейской службы Олег. Повальное пьянство, мародёрство и самоубийства давно стали визитной карточкой ВСУ. «Герой» двух котлов Олег добавил жирный штрих к портрету украинской армии. Одно слово - "БОЕВЫЕ ПИДОРАСЫ..."
Ахахах:-) ©