Украинцы пойдут на органы? Чем обернётся новый закон о трансплантации

Известная украинская журналистка Наталья Лебедь — о сути нового украинского закона о трансплантации органов, который Зе-команда уже записала себе в список побед.

Итак, свершилось. В конце прошлого года Верховная рада проголосовала за законопроект № 2457, который регулирует новый порядок трансплантации органов.

Пока что — в первом чтении, поэтому изменения в документе возможны. Главные новшества заключаются в следующем.

Будет создан электронный реестр доноров и реципиентов. Отдельный — для тех, кто ищет (и отдает) органы, и отдельный — для тех, кто нуждается в стволовых клетках для лечения, например, лимфом и лейкозов.

Принцип добровольности передачи биологического материала сохраняется, то есть либо сам донор должен завещать органы после своей смерти, или вместо него это сделают близкие родственники.

Благодаря наличию электронного реестра поиск пар «донор-реципиент» происходит автоматически, без участия человеческого фактора, превращающегося в Украине в тотальную коррупцию.

Но контролировать процесс будут все же люди — через создаваемый Координационный центр трансплантации, ответственный за логистику и тому подобное.

Единая база данных украинских пациентов должна работать и с иностранными клиниками также. А запустятся все эти изменения в 2021 году.

Противники принятия закона о трансплантации неоднократно пугали обывателя расширением черного рынка органов. Однако бояться следует не черных трансплантологов, а того, что принятый Радой документ на самом деле не заработает. 

Его величество хаос

Не секрет, что для трансплантации органов украинцы выезжают за границу. Конечно, только те из них, которые имеют на это средства, поскольку речь идет о космических (для обычной семьи) суммах.

Одним из популярных направлений «медицинского туризма» до недавнего времени была Индия, но в ее законодательстве произошли изменения, и теперь эта страна для реципиентов закрыта.

Пользовалась спросом и Беларусь, но и там теперь станут оперировать не более 50 иностранцев в год. А в Украине, между тем, пересадку органов ждут более 5000 граждан — такую ​​цифру озвучивает Дмитрий Коваль, заместитель министра здравоохранения.

Однако, как дела в Украине с законодательством, регулирующим данную сферу медицины? Существует ли оно в принципе? И да, и нет. В 1999 году был принят закон «О трансплантации органов и других анатомических материалов человека».

Его главный недостаток заключался в запрете «трупной» трансплантации, то есть пересадку не делали в тех случаях, если умирающий человек не давал не это согласие.

Такое согласие могла дать семья покойного, но, когда счет идет на часы (именно столько «живут» органы после смерти носителя), бюрократическая проволочка множит на ноль подобный вариант.

Спустя почти 20 лет, в мае 2018-го, парламент несколько подкорректировал существующий закон.

Презумпцию несогласия (которая, к слову, отменена во многих странах) он оставил в силе, но сделал большой шаг вперед, позволив трансплантацию от неродственного донора.

Тогда же было решено создать и выше упомянутый электронный реестр, на который еще предыдущая власть выделила 26 млн грн. Однако реестр не заработал, хотя деньги были «освоены».

Таким образом, попытка протолкнуть трансплантацию вперед потерпела поражение еще год назад.

Как же в таких условиях лечат украинцев в Украине? Собственно, как придется.

Спорадические операции по пересадке органов проводят, скорее, не благодаря существующим правилам и нормам, а вопреки им. 

Нет, речь не идет о незаконных, подпольных манипуляциях. Речь идет о неприспособленности украинской медицины к трансплантации. Она выкручивается как может.

А вместе с ней «крутятся» и пациенты и их семьи. И, конечно же, немалые деньги.

Почему закон не заработает?

«Если старый закон был оторван от реалий, поскольку был написан без взаимодействия с профильным министерством и врачами и не учитывал вопросов, стоящих перед практиками, новопринятый — устраняет бюрократические препятствия и дает возможность внедрить четкие, прозрачные и любому понятные правила проведения трансплантаций.

Многие несвойственные законам положения перенесены в подзаконные нормативно-правовые акты — это снимает дополнительные преграды, чтобы врачи хотели и могли осуществлять трансплантацию в стране», — отмечает на страницах «Нового времени» упоминаемый выше Дмитрий Коваль.

Но на самом деле все далеко не так легко, просто и прозрачно, как в том убеждает чиновник.

Каждый, кто хоть раз имел «счастье» столкнуться с государственной медициной в Украине, может засвидетельствовать из собственного печального опыта, что госклиники работают с беспредельно устаревшим оборудованием.

А это порождает кучу проблем — начиная от антисанитарии, в условиях которой нет смысла проводить трансплантацию, и до невозможности зафиксировать смерть пациента.

Последнее звучит абсурдно, но процедура трансплантации начинается с фиксации смерти мозга. В мире принят определенный протокол, включающий применение кислородных анализаторов и доплеров — приборов, отражающих колебание звуковых волн. О таком в большинстве украинских больниц не имеют ни малейшего понятия.

В СМИ была информация о том, что боксы для органов, которые должны быть мегастерильными, в Киевском центре трансплантологии проросли грибком.

В подобных условиях смешно и упоминать о санитарной авиации и бригадах быстрого реагирования, которые доставляют органы в максимально сжатые сроки. Еще раз об очевидном: всего этого в Украине просто нет.

Отсутствие денег и оборудования — это огромная проблема номер один.

Проблема номер два заключается в том, что из-за многочисленных проволочек в Украине ничего не делается вовремя.

И это хорошо иллюстрирует отсроченное создание электронного реестра. Досадный нюанс: в тексте закона почему-то выбросили фразу о том, что пересадка органов должна проводиться своевременно, а это открывает перед заинтересованными лицами широкий простор для злоупотреблений: ведь орган, которого так ждет пациент, может неожиданно пойти «налево».

И еще один момент, который звучит как кощунство: государство берет на себя финансирование операций по пересадке органов. Собственно, и согласно Конституции, и в соответствии с реформой Супрун, медицинские манипуляции (особенно те, от которых зависит жизнь человека) являются бесплатными.

Однако в условиях, когда государственные клиники клянчат «благотворительные взносы», когда пациент самостоятельно оплачивает бинты, шприцы и пленку для рентгена, трудно поверить в готовность государства взять на себя расходы по трансплантации.

А между тем с 1 января 2020 вступило в действие постановление Кабинета министров Украины № 1083 — с «прайсом» на пересадку органов.

Из обнародованных расценок мы узнаем о том, что трансплантация почки в зависимости от нюансов «потянет» на 324–721 тыс. грн, сердца и/или легких — 535 тыс. грн, печени — 855 тыс. грн, а стволовых клеток — начиная от 1,3 млн.

Все это, повторимся, берется оплачивать государство, и даже если в данном случае все будет без обмана, непонятно другое: а кто возьмет на себя покупку лекарств для прооперированных пациентов?

Для того, чтобы донорский орган прижился и не был отторгнут организмом впоследствии, больные до конца жизни вынуждены принимать препараты, подавляющие иммунитет.

Цена вопроса — от 20 до 40 тысяч долларов в год. Для многих такие средства являются неподъемными, а без этих лекарств нет смысла и проводить операцию — она ​​просто не будет результативной.

Подумаешь, криво почку пришил

Что же касается «черных трансплантологов», которыми так пугали социум, то бояться их не стоит хотя бы в силу специфичности «товара», за которым они могут охотиться.

Человеческая печень — не дамская сумочка, которую так легко сорвать с плеча, а затем где-то припрятать. Вряд ли криминальные хроники пополнятся массовыми случаями киднеппинга, однако в законе есть определенные моменты, заставляющие напрячься.

Этими моментами озаботилось в том числе и Главное юридическое управление Верховной Рады. Его специалисты обратили внимание на то, что в законе четко не прописано понятие «близких родственников», которые могут давать согласие на изъятие органов после смерти донора.

Но еще более двусмысленно звучит положение о том, что доступ к органам и к операциям по их трансплантации получают «представители учреждений здравоохранения» и какие-то невнятные «субъекты хозяйствования».

Довольно размытая формулировка, если не сказать больше. Как минимум, за нею кроется разрешение на проведение подобных операций для частного медицинского бизнеса. Однако в законе, подобном этому, такая неопределенность недопустима.

И в особенности на фоне смягченного наказания за вред, причиненный «неправильной» трансплантацией. Если такой ущерб был непреднамеренным, медик вообще не будет нести ответственности. А если умышленным — эскулап сядет на три года или же… заплатит штраф в размере 8,5 тыс. грн.

Из текста закона исчезло также наказание за несанкционированное вмешательство в работу электронной системы или нарушение конфиденциальности.

Говорят, что на подобных изменениях настаивали врачи, которым совсем не нравилось, что пересадка органов как процесс довольно деликатный (с этической точки зрения в том числе) может обернуться для них тюремным сроком.

Так или иначе, а медики получили свою индульгенцию. Они — в выигрыше, как и властная команда, которая может нарисовать себе на фюзеляже еще одну звездочку — мол, в Украине разрешили трансплантацию.

Кто же тогда в проигрыше? Очевидно, те же, кто и всегда — пациенты украинских больниц.

Читайте также: «Пощады уже не будет»: украинцы «победили» всех в Дебальцевском котле (ВИДЕО)

Наталья Лебедь, Украина