Зерентуйский заговор: почему декабристы планировали бежать с каторги в Америку

Архивные документы свидетельствуют, что осужденные на каторгу участники восстания декабристов 1825 года намеревались бежать в Америку. Однако их планам не суждено было осуществиться.

Зарождение заговора

Советский историк Милица Нечкина в своем исследовании пишет, что одним из организаторов заговора в Зерентуйском руднике был Иван Сухинов, гусар, поручик восставшего в 1825 году Черниговского полка, член Общества соединенных славян. Сухинова после декабрьского восстания осудили на вечную каторгу.

Заговор, судя по рапорту начальника Нерчинских заводов, берггауптмана фон Фриша, был раскрыт в конце мая 1828 года. Фриш докладывал коменданту при Нерчинских рудниках генерал-майору Станиставу Лепарскому, что злоумышленники из ссыльнорабочих, проживавшие в Зерентуйской казарме (порядка 20 человек), намеревались захватить цейхгауз с ружьями, поднять ссыльных на бунт, а потом разбить тюрьму, идти на Нерчинский завод и далее, до читинского острога, освобождая осужденных. Заговорщиков предал один из заключенных, Алексей Казаков. Заговорщики убили предателя. Одному из убийц, Василию Бочарову, удалось бежать. У Сухинова, согласно рапорта Фриша, при вскрытии заговора нашли ружье с порохом и кинжал. Режим содержания ссыльных после этого в Зерентуйском руднике ужесточили, в циркуляре особое внимание было обращено на то, что бунтовщики постоянно пьянствовали и выражалось недоумение по поводу того, «почему они были допущены к питью вина в самые рабочие дни». В начале июня информация о сибирском заговоре дошла до Николая I. Царь сразу взял дело о Зерентуйском заговоре на особый контроль, и поручил судить виновных по законам военного времени, направив соответствующий секретный приказ коменданту при Нерчинских рудниках Станиславу Лепарскому. Лепарскому предписывалось произвести над зачинщиками бунта суд и казнить главных заговорщиков.

Что планировали заговорщики

Станислав Лепарский в своем докладе от 8 июня 1828 года доносил фельдмаршалу Ивану Дибичу, что зерентуйский заговор был не первым среди сибирских ссыльнокаторжных – год назад группа численностью более 25 осужденных пыталась перейти русско-китайскую границу, да была перебита казаками-пограничниками.

Из материалов следственной комиссии следует, что пьяный ссыльный Алексей Казаков 24 мая 1828 года пришел к управляющему Нерчинской горной конторой и сообщил, что  ссыльнорабочие Зерентуйской казармы в количестве около 20 человек под предводительством Ивана Сухинова замыслили бунт. Казаков назвал несколько фамилий – Василия Бочарова, Семена Семенцова, Василия Михайлова, Павла Голикова и других. В планах бунтовщиков, по словам Казакова, был захват цейхгауза с оружием, склонение к побегу остальных заключенных, освобождение тюремных сидельцев, поджог селения при Зерентуйском руднике, поход на Нерчинский завод и далее с истреблением всех сопротивлявшихся по пути. Сухинов, сказал Казаков, специально поит вином всех ссыльных, дабы те стали побуйнее (в следственных материалах много упоминаний о попойках декабристов). Сам Казаков в тот же день пропал.

После получения данной информации всех заговорщиков, кроме успевшего бежать Бочарова взяли «под крепкий караул».

Допрошенный Павел Голиков на следующий же день дал признательные показания, назвал фамилии ссыльных, которых он по поручению Сухинова подговорил к побегу. Василий Бочаров 1 июня «вернулся из бегов» в Зерентуйский рудник и показал, что о заговоре плохо помнит, потому что 24 мая был в стельку пьяный. Голиков при очной ставке говорил Бочарову, что именно он, Бочаров, склонял его к побегу. Бочаров отпирался. Сухинов при допросах свою причастность к заговору отрицал.

Спустя несколько дней, 13 июня, собака служителя Зерентуйского рудника, Мирона Рудакова, притащила домой человеческую руку. Как потом выяснилось, рука была от трупа убитого Казакова, тело которого нашли в шурфе недалеко от кладбища. Голиков на допросе признался, что он убил предварительно напоенного допьяна Казакова за доносительство камнем в висок, а труп они потом с Бочаровым спрятали.

Наказание для бунтовщиков

Станислав Лепарский, воспользовавшись данными ему императором полномочиями по своей воле исполнять приговор суда над заговорщиками, повелел Сухинова и еще пятерых декабристов, включая Бочарова и Голикова, расстрелять. Сухинов до исполнения приговора не дожил, повесился в тюрьме, пятеро осужденных были расстреляны. Еще 9 человек высекли плетьми. Осужденных по делу о декабрьском восстании (свыше 70 человек) спустя несколько лет после Зерентуйского заговора перевели в забайкальский Петровский Завод.