В годы войны тиф был "заболеванием № 4"
![В годы войны тиф был](http://ivgazeta.ru/img_db/newsarticle/33068_medium.jpg)
Одним из рассадников инфекции был мясокомбинат
В годы Великой Отечественной в Ивановской области эпидемии сыпного и брюшного тифа унесли жизни многих людей. Распространению болезней в 1942 и 1944 годах способствовал огромный поток эвакуированных, хлынувший в наш край из западных районов страны. Благодаря архивным документам из фондов Ивановских областного и городского исполкомов, отделов здравоохранения, можно рассказать о санитарно-эпидемиологической обстановке в области, о борьбе с заболеванием "форма № 4". Эти документы в региональном архиве нашла и систематизировала почетный архивист Ивановской области Любовь Яблокова.
В апреле 1942 года на специальном заседании СНК (Совет народных комиссаров) РСФСР рассматривался вопрос "О мероприятиях по предупреждению эпидемических заболеваний в Ивановской области". Отмечалось, что "на март 1942 года в Иванове оставались необработанными 132 сыпнотифозных очага. Бани и прачечные работают с перебоями. Вывозка мусора и нечистот проходит крайне медленно". СНК постановил выделить для области дезинфицирующие средства: дуста ДФА – 75 тысяч коробок, мыла "К" – одну тонну, хлорной извести – 10 тонн. Кроме того, в городе планировалось развернуть 500 дополнительных временных инфекционных коек, подготовить 60 дезинфекторов и 100 инструкторов-дезинфекторов, расширить ассенизационный обоз.
В стенограмме заседания городской чрезвычайной противоэпидемической комиссии от 23 ноября 1942 года читаем: "Самым неблагополучным предприятием по санитарным нормам является Ивановский мясокомбинат. На комбинат приезжают "гонщики" (люди, перегоняющие скот) и вселяются в общежития и бараки. 20 ноября пришли две партии гонщиков из Татарии и Уральска, где были случаи заболевания "формой № 4". Санпропускник не работает и занят под дровяной склад. В раздевалке комбината ползают вши".
14 декабря на повестке заседания комиссии стоял вопрос "О заболевании "формой № 4" в школе ФЗУ Меланжевого комбината". Директору комбината было указано на невыполнение указаний санитарной инспекции. При общежитии школы не был организован изолятор, не работал санпропускник, учащихся своевременно не снабжали чистым бельем и посудой. Всё это привело к вспышке "заболевания № 4" – сыпного тифа.
Заразу привезли узники концлагеря
В ноябре-декабре 1944 года в Ивановскую область прибыли 10 тысяч репатриантов из Эстонской и Латвийской ССР, мобилизованных на текстильные фабрики. Более трех тысяч граждан были освобождены советскими войсками из концентрационного лагеря Клоога в Эстонии. Их приезд привел к массовой вспышке паразитарного тифа.
Основной очаг заболевания был зафиксирован в Кинешме. В постановлении областной чрезвычайной противоэпидемической комиссии отмечалось, что "в микрорайоне фабрики № 2 в крупных общежитиях города брюшной тиф принял угрожающие размеры. В казармах холодно, сыро, грязно, наблюдается сильная завшивленность. Столовые фабрики находятся в антисанитарном состоянии, посуда грязная, котлы нелуженые".
Комиссия обязала председателя Кинешемского горисполкома обеспечить бесперебойную работу бань, санпропускников, организовать еженедельную санобработку рабочих и их семей, наладить хлорирование водопроводной воды, создать охранную зону. В наркомат текстильной промышленности направили заявку о срочном получении 5 тысяч метров хлопчатобумажной ткани и 10 тысяч тонн пряжи для пошива белья и постельных принадлежностей. Ивановскому маргариновому заводу было поручено изготовить дополнительно 30 тонн мыла.
В связи с опасностью распространения тифа по области, на железнодорожных вокзалах ограничили продажу билетов. В начале 1945 года вспышки тифа наблюдались в Гаврилово-Посадском, Пучежском, Юрьевецком районах. Санитарные комиссии регистрировали нарушение режима размещения эвакуированных. Для подавления эпидемии были созданы временные эпидемические бригады, установлен строгий санитарный контроль в местах заключения.
Холерное лето 1970-го коснулось Кинешмы
В послевоенные годы страну захлестнули две волны пандемии азиатского гриппа. Подъем заболеваемости пришелся на май 1957го, а к концу года в нашей стране гриппом болело не менее 21 млн человек.
В 1970-е значительную часть территории СССР охватила эпидемия холеры биотипа Эль-Тор. По наиболее популярной версии, ее занесли на территорию Каспийского региона из Ирана, откуда зараза распространилась на Черноморское побережье Кавказа, Крым и юг Украины.
В 1970 году у Кинешмы посреди Волги очень долго стоял пассажирский двухпалубный речной теплоход "Мария Раскова". В городе ходили упорные слухи, что у одного из пассажиров обнаружили холеру… Вспышку тогда удалось погасить довольно быстро.
Экскурс в историю:
В 1350-е годы на Руси свирепствовала чума. Ее тогда называли Моровой язвой. От этой болезни, которая прошлась и по Европе, скончались Великие князья Владимирские, московские князья Симеон Гордый и Иван Красный, отец Дмитрия Донского. Чума выкосила Киев, Чернигов, Смоленск и Суздаль. Получается, что она затронула и территорию будущей Ивановской области. В 1770 году во время русско-турецкой войны мощный фронт чумы проник в Москву. За день умирало больше тысячи человек. Результатом неготовности московских властей стал чумной бунт, длившийся с 15 по 17 сентября 1771 года. Вотчинник села Иваново, граф Пётр Шереметев, спасаясь от московской чумы, оказался в наших краях. Он прибыл в Иваново с любимой дочерью Варварой Петровной 27 сентября. Так что в те времена спастись от чумы, охватившей Москву и окрестности, можно было в Иванове. Остановился Пётр Борисович, по преданию, в доме на улице Потекуша (ныне – Палехская). В 1830–1831 годы в Россию из долины индийской реки Ганг пришла холера. В ситуацию, учтя уроки 1771-го, резко вмешался император Николай I, введя жесткие карантинные меры. Из-за них наш великий поэт Пушкин задержался в своем имении в Болдино на три месяца, которые теперь известны как Болдинская осень. Возвращаясь из болдинского заточения в Санкт-Петербург, Пушкин, возможно, проезжал через Мыт, так как дорога через Москву была закрыта. Не исключено, что он побывал и в Васильевском, что ныне располагается в Шуйском районе. Некоторые специалисты подозревают, что Пушкин мог заехать и в село Иваново, где в то время жил Александр Юрьевич Пушкин – двоюродный брат матери поэта.