Недоумение археолога
Афанасий Капля.
Памяти Василия Елисеевича Куриленко (1930-2011).
Обнажившийся массив мела на дне основного русла Десны в Мезинском национальном природном парке.
Среднюю Десну (это участок от Чернигова до Новгород-Северского) можно поделить на три части: Чернигов - Кладьковка, Кладьковка - Короп, Короп - Новгород-Северский. Третий участок самый живописный, именно здесь, на высоком правобережье расположен Мезинский национальный природный парк. Волшебное место с меловыми горами, реликтовыми рощами и загадочными лабиринтами яров-оврагов. Именно на территории парка археологами было обнаружено множество следов древнего человека. В том числе знаменитая палеолитическая стоянка, найденная в начале 20-го века в старинном селе Мезин. Это село дало название не только природному парку, но и целой культуре позднего палеолита.
Огромная заслуга в исследовании археологического наследия этого древнего края принадлежит Куриленко Василию Елисеевичу, уроженцу соседнего Мезину села Куриловка. Получив образование преподавателя изобразительных искусств в Ленинграде, Василий Елисеевич по зову сердца стал профессиональным археологом, посвятившим свою жизнь изучению нелетописной истории своего родного края. Его стараниями был организован краеведческий музей на месте Мезинской стоянки, который стал главным пунктом для всех посетителей парка. Огромное количество ценнейших находок было вывезено в столицы (в том числе и знаменитые мезинские браслеты - древнейшие лунные календари, которые В. Е. Куриленко попытался расшифровать), но и то, что хранится в Мезине достойно лучших музеев мира. Главным научным наследием Василия Елисеевича автор считает его диаграмму динамики количества древних поселений в регионе. Этот график удивительно коррелирует с одной стороны с теорией этногенеза Л. Н. Гумилёва, а с другой - с теорией периодических глобальных катастроф вследствие литосферных сдвигов с периодом 400-600 лет.
К сожалению, жизнь человека весьма коротка и подвижник-археолог Куриленко смог осуществить лишь малую часть запланированных раскопок в земле, просто сочащейся древними артефактами. Односельчане, бывало, мешками приносили черепки и окаменелости своему соседу-археологу.
Одно из исследований, которое Куриленко не успел закончить - Оболоньская палеолитическая стоянка (село Оболонье, ок. 40 км по Десне ниже Мезина). Передадим слово Василию Елисеевичу:
>>>Все памятники нашего края имеют свою историю, обстоятельства их открытия. Оболоньская палеолитическая стоянка, что неподалёку от Коропа, исчезла не успев появиться в литературе или на экране. Тем не менее, она смогла стать самой примечательной для меня.
И вот, я вспомнил про дневник тех - теперь уже таких далёких - 80-х годов. К счастью, там была найдена скупая, но очень важная полевая документация об этом памятнике.
Она поставила ряд вопросов относительно стратиграфии разреза "раскопа". Не понятно, почему здесь 3-х метровый слой лёса накрыт метровым слоем глины. Возможно это поздний намыв? <<<Стерильный лёс, без малейших следов не только человеческой, но и любой другой биологической деятельности. - А. К.>>> Третий - тёмный (почти такой же, как в Мезине) культурный слой подарил 8 небольших обломков бивнев мамонта, что нормально. Но почему под ним лежит почти 4-х метровый тёмно-серый слой также с остатками костей и кремнем? Возможно это смыв с верхнего культурного слоя? Но он лежит здесь сверху целым и неповреждённым (рис. 17).
Тогда возможно это заполнение ямы-ловушки гумусом? Подобную картину мы выявили в Мезинской яме-ловушке Залесная. Но там "гумуса с костями" было всего лишь 80 см, а "тёмный слой" был ниже. Почему в Оболонье он лежит сверху? Понятно, что он принадлежит палеолиту верхнему, а "то, что ниже" - более раннее - более древние отложения. Разумеется, к мустьерскому относить его - очень рискованно - нужно исследовать. Во всяком случае, памятник очень ценный.<<<
Итак, человек, ставший археологом по зову души, а не по базовому образованию, оказался достаточно незашоренным догматами традиционной истории, чтобы заметить необычное обстоятельство стратиграфии. А именно - трёхметровый слой археологически стерильного лёса над которым ещё и метр глины. Ещё раз, слой гумуса со следами человеческой деятельности эпохи раннего палеолита находится на глубине четырёх метров лёса и глины, стерильных от этой самой деятельности вплоть до наших времён. Львиная доля методики датировки найденных археологами артефактов основана именно на последовательной стритиграфии. Вот здесь, совсем глубоко (если повезёт) - мустье, ниандертальцы, потом их съели, появились, выше слоем, раннепалеолитические хомо сапиенсы, потом, ещё выше, всевозможные кремни, потом бронза, потом железная революция, Роменская-Киевская Русь и т. д. вплоть до отступления двенадцатого Карла с иудой Мазепой с соответсвующим набором калибров ядр. А на Оболоньской стоянке (не в яру, не в низине, а на возвышенности над Десной) от (осторожно - мустье) до нашего времени - девственно чистый лёс и глина! Если смело, альтернативно от академиков, то это стоянка нецивилизованных бомжей, загонщиков неучтённых мамонтов, непосредственно перед глобальной катастрофой, залившей их непритязательное стойбище селевым потоком.