Как советские разведчики у фашистов три парома украли

Михаил Иванович Крымов родился 13 октября 1920 года в селе Семилуки (Воронежская область). Его мама Екатерина Ивановна – родная сестра Прасковьи Щёголевой, которую немцы вместе с семьёй расстреляли за спасение советского лётчика. Кто знает, может и героизм тёти Прасковьи вдохновил Михаила на подвиг – с горсткой других разведчиков он трижды форсировал Днепр и несколько дней отбивал ожесточённые атаки фашистов.

Семилетку Миша Крымов окончил в 1936 году, затем – курсы счетоводов. Сначала работал по специальности в колхозе, а после – экономистом-инспектором в Семилукском райторге. Тогда же, в 1936-м, вступил в ряды ВЛКСМ.

В армию 20-летнего Михаила призвали в 1941 году – рядовым в учебный батальон связи, а уже в августе он оказался на фронте разведчиком. В 1942-м вступил в ряды Коммунистической партии и был назначен заместителем политрука роты. К сентябрю 1943 года старший лейтенант Михаил Крымов командовал 190-й отдельной разведротой 132-й стрелковой дивизии 60-й армии Центрального фронта.  

Из январского номера журнала «Советский воин» (1972 год):

«1943 год. За плечами Крымова уже сотни километров фронтовых дорог, многочисленные вылазки в тыл противника, захваты «языков». На протяжении всех военных лет Михаил ещё и ещё раз убеждался, что «…лишь величайшая выдержка, дисциплина, бдительность помогут им (разведчикам) уцелеть и выполнить задание». Будучи уже командиром взвода, а потом и роты, он постоянно воспитывает в своих подчинённых эти качества».

«Используем внезапность, скорость и огневую мощь»

После того как на Курской дуге фашисты потерпели поражение, наши войска начали своё стремительное наступление на запад. Командование 132-й стрелковой дивизии выслало вперёд разведывательную роту под руководством старшего лейтенанта Крымова. Разведчики двигались к реке Десна, до этого успешно форсировав её приток Сейм.

Гитлеровцы отступали, не зная о том, что практически на хвосте колонны у них «сидит» разведрота. На шоссе Чернигов-Киев, когда уже стемнело, Крымов намеренно не повел свою роту вслед за фашистами, свернули в другую сторону, надеясь опередить врага по пути к реке. Но в одном из населённых пунктов наши разведчики внезапно наткнулись на гарнизон гитлеровцев. С одной стороны, Крымову не хотелось терять время, ввязываясь в бой, но и обойти деревню никак нельзя. Тогда Михаил решил использовать внезапность, скорость и огневую мощь в надежде на то, что немцы в темноте не сразу поймут, в чём дело.

Так случилось. Машины с разведчиками рванули по центральной улице села, стреляя из пулемётов и автоматов и швыряя гранаты. Враги даже опомниться не успели, как разведчики укатили далеко вперёд.

Сумели захватить паромы и лодки

17 сентября. Село Рудня Козелецкого района Черниговской области (Украинская ССР), долгожданный выход к реке Десна. И здесь старший лейтенант сделал ставку на внезапность. Воспользовавшись тем, что немецкие сапёры возились возле средств переправы, а основные силы фашистов в этот район еще «недоотступили», разведчики  напали на них и сумели захватить три исправных парома. Сюда же, к месту переправы, стянули все лодки, которые только сумели найти, и перед рассветом высадились на западном берегу, захватив плацдарм.

А фашистам ох как нужна была переправа – они спешно отступали, ненавидя и боясь всех русских. Весь следующий день, 18 сентября у переправы на Десне гремел бой. Несколько ожесточённых атак Крымов с его отрядом отбили, несмотря на многочисленный перевес вражеских войск. Уже к вечеру к переправе подошли основные силы 132-й дивизии и без потерь сумели переправиться через Десну на понтонных лодках.

Помощи ждать было неоткуда

А разведрота Михаила Крымова, оставив дивизию, вновь двинулась вперёд. И через тридцать шесть километров вышла к очередному водному рубежу – реке Днепр. Фашистов поблизости не было, как, впрочем, и переправы. Разведчики по приказу командира отправились в окрестные хутора и сёла. К вечеру у реки было уже множество досок и брёвен, а также тридцать три лодки.

Переправлялись ночью. И к утру на правом берегу Днепра были уже семьдесят шесть разведчиков – всё, что осталось от 190-й отдельной разведроты, которая понесла потери в предыдущих боях.

До пяти часов дня враги не пытались отбить плацдарм, поэтому разведчики успели довольно хорошо подготовиться. Первую атаку, которая была предпринята фашистами в пять часов, легко отбили. Но гитлеровцы бросили против советских солдат танки и батальон пехоты. Силы были неравны, на стороне врага был значительный численный перевес, поэтому наши разведчики потихоньку отступали ко второй линии обороны. Крымов дал приказ отходить на заболоченный участок, таким образом, обезопасив остатки своей роты от танков, которые теперь стали бесполезны.

Отбили ещё три атаки. Во время четвёртой фашисты сумели окружить наших, и Крымов повёл бойцов врукопашную. Помощи ждать было неоткуда – родная дивизия вела бой в двадцати километрах от Днепра, командир дивизии передал по радио, чтобы начальник роты действовал по своему усмотрению.

«Братцы, не стреляйте!»

Немцы решили пойти на хитрость, раз уж силой никак не получалось взять отважных разведчиков. Из леса к нашим вышла группа людей в форме красноармейцев: «Братцы, не стреляйте!». Крымов поначалу очень обрадовался внезапной и неожиданной помощи, но практически сразу же раскусил вражескую хитрость. И вновь разведчики сумели отбить врага.

Ночью, к счастью, гитлеровцы прекратили атаки. На остров удалось отправить раненых разведчиков, а потом переправился и весь остальной отряд. Точнее, то, что от него осталось – около тридцати человек.

Этой же ночью Крымов с двадцатью товарищами вернулись на левый берег, а на рассвете вновь переправился через Днепр, но уже в другом районе. И вновь занял плацдарм, пусть и совсем крошечный, откуда он вёл наблюдение за фашистами до подхода передовых частей дивизии.

В третий раз Михаил Крымов форсировал Днепр через несколько дней, 6 октября 1943 года, уже вместе со всей дивизией. Был в очередной раз ранен (всего за время войны он получил четыре ранения). А ещё через одиннадцать дней, 17 октября, в числе 300 наиболее отличившихся при форсировании Днепра советских воинов, Указом Президиума Верховного Совета СССР Михаилу Ивановичу Крымову было присвоено звание Героя Советского Союза.

В школьном музее в селе Семилуки хранятся журналы, которые делали сами дети. В них – сочинения, рассказы. Здесь же нашлось стихотворение поэта Николая Быкова, посвящённое Михаилу Крымову.

Уходила в землю кровь заката
К изголовью солнца ротный стал.
В сердце неубитого солдата
Остывал оплавленный металл.
Умирал, в который раз за вечность,
День, не сожалевший ни о чём.
И впервые умирал разведчик
Под чужим изодранным плащом.
Не участвовать в последнем штурме –
Звёздочкой фанерною гореть…
Навсегда! И он тогда не умер!
Некогда! Ещё успеешь, смерть!
Он поднялся. К чёрту быль и небыль!
Зубы стиснул и поднялся в рост.
Знаменем развёрнутое небо
Всё в пробоинах горячих звёзд.
Как вместить разлив и утро леса?
Имена погибших как вместить?
И кусок остывшего железа,
Не дающего войну забыть.

Справка «АН»

На фронте Михаил Крымов служил до лета 1944 года. День Победы встретил в Москве, куда его отправили учиться. Военную службу окончил Михаил Иванович в Дагестане в звании капитан запаса, здесь же в 1946-м был избран первым секретарём Махачкалинского горкома комсомола. С 1953 года он на партийной работе в Воронежской области. Депутат Верховного Совета РСФСР от Воронежской области (1963-1971).

Награждён двумя орденами Ленина, орденами Октябрьской Революции, Отечественной войны 1-й степени, Трудового Красного Знамени, Красной Звезды, двумя орденами «Знак Почёта», рядом медалей. Умер 21 апреля 1992 года, похоронен на Коминтерновском кладбище Воронежа.

На доме, где жил Крымов (Воронеж, улица Куцыгина, 6) в 2005 году, и в селе Семилуки на здании средней школы – в 2003-м установлены мемориальные доски.