Киев не сдавать!

Еще в разгар Смоленского сражения тяжелые бои развернулись в полосе Центрального фронта, куда были повернуты 25 дивизий группы немецких армий «Центр», в том числе шесть танковых и моторизованных. Они наносили удар на юг с целью выхода в тыл Юго-Западному фронту, остановившему наступление группы армий «Юг» на рубеже Днепра. 8 августа при поддержке крупных сил авиации перешла в наступление 2-я танковая группа генерала Гудериана.

Войска Центрального фронта не сдержали мощного танкового удара и под угрозой охвата превосходящими силами противника начали отходить в южном и юго-восточном направлениях. Ставка Верховного главнокомандования разгадала намерения немцев и, чтобы не допустить окружения фронта и выхода врага в тыл войск, которые обороняли Киев, развернула между Центральным и Резервным фронтами Брянский фронт во главе с генерал-полковником А.И. Еременко. К сожалению, эта мера не дала результатов. Соединения Гудериана к 21 августа продвинулись на глубину до 140 км.

Ставка, обнаружив поворот 2-й танковой группы на юг, 19 августа приказала командующему Юго-Западным фронтом генерал-полковнику М.П. Кирпоносу отвести войска за Днепр, организовать оборону по его левому берегу, а на правом берегу удерживать только Киев.

Киевляне готовы были любой ценой отстоять свой город. Тысячи людей вступали в народное ополчение. В Красную армию добровольно вступило 200 тыс. человек. Десятки тысяч людей трудились на строительстве оборонительных сооружений.

Ставка также не намерена была сдавать город. Еще во время встречи Сталина с прибывшим в конце июля в Москву Гарри Гопкинсом – посланником президента США Ф. Рузвельта, советский лидер заявил, что линия фронта к концу года будет проходить западнее Киева и город не будет сдан врагу.

Сдача города создавала критическую ситуацию на южном фланге советско-германского фронта, давала шанс вермахту уже в 1941 г. прорваться к кубанскому хлебу и бакинской нефти, осложняло международное положение СССР, больно ударяло по чувствам советских людей, видевших в Киеве свой город, который не должен быть отдан на растерзание врагу. Киев нужно было удержать.

И в этом смысле понятен резкий отказ Сталина прислушаться к здравым доводам начальника Генштаба генерала армии Г.К. Жукова, предложившего еще в конце июля отвести советские части на левый берег Днепра и тем самым эвакуировать город. Жуков исходил из категорий стратегической необходимости, Сталин – из более широкого спектра политических и моральных причин.

Спор с вождем завершился для генерала армии снятием с должности начальника Генштаба и назначением на должность командующего Резервным фронтом.

Следует назвать еще одну причину нежелания советского главковерха отводить войска на левый берег Днепра. Он сознавал, что большинство командиров Красной армии в то время просто не могли осуществлять крупные операции по отводу войск на тыловые рубежи. Только в полосе Юго-Западного фронта, который нес ответственность за оборону Киева, в конце июля – начале августа были окружены и уничтожены в уманском котле 6-я и 12-я армии генералов И.Н. Музыченко и П.Г. Понеделина.

Гарантии того, что части Киевского укрепленного района не постигнет та же учесть в случае их отступления за Днепр от столицы Украины, отнюдь не было. Кроме того, отдать врагу Киев означало избавить фланг группы армий «Центр» от угрозы. В этом случае наступление на Москву Гитлер мог начать уже в конце августа.

Судьба Киева решалась не на позициях Киевского укрепрайона, а южнее и севернее столицы Украины. Для противодействия прорыву противника с севера в тыл Юго-Западного фронта на рубеже реки Десны развертывалась новая 40-я армия. Однако отвод войск за Днепр не везде проходил организованно. Вслед за 27-м отдельным стрелковым корпусом к переправе севернее Киева прорвался противник, захватив плацдарм на левом берегу.

А на Южном фронте трудности возникли в связи с преждевременным взрывом 18 августа плотины Днепровской ГЭС. Подъем воды в реке южнее Запорожья, где даже до взрыва ее ширина превышала 1,5 км, усложнил переправу 9-й и 18-й армий. К чести командования этих войск переправа была организована четко: к исходу 22 августа основные силы были уже на левом берегу. К концу августа войска Юго-Западного и Южного фронтов отошли за Днепр.

Нацеленные на окружение Юго-Западного фронта войска группы немецких армий «Юг» более чем вдвое превосходили его по числу самолетов и в 4,2 раза по количеству танков. Основная опасность исходила от танковой группы Гудериана, которая успела захватить два плацдарма на Десне у Коропа и Новгород-Северского, угрожая выйти в глубокий тыл войск Юго-Западного фронта. В первых числах сентября здесь развернулись ожесточенные бои. В междуречье Сейма и Десны, севернее Конотопа и Бахмача дивизии 40-й армии (командующий генерал-лейтенант К.П. Подлас) сдерживали натиск танков Гудериана.

Об этих боях начальник Генштаба сухопутных войск вермахта генерал-полковник Ф. Гальдер с беспокойством писал: «2-я танковая группа в ходе наступления через Десну своим левым флангом настолько вцепилась в противника, что ее наступление на юг приостановилось».

Чтобы воспрепятствовать дальнейшему отходу войск Юго-Западного фронта на восток, командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Г. фон Рунштедт потребовал от подчиненных ему соединений с утра 29 августа приступить к форсированию Днепра на возможно большем количестве участков.

31 августа немцы захватили плацдарм под Кременчугом. Главнокомандующий войсками Юго-Западного направления маршал С.М. Буденный сразу понял, какую опасность для его войск представляет этот плацдарм. Он потребовал незамедлительно сбросить немцев с левого берега Днепра. Однако противник быстро расширял плацдарм.

В начале сентября командование Юго-Западного фронта и Генеральный штаб в полную силу забили тревогу. Теперь уже новый начальник Генерального штаба маршал Б.М. Шапошников и его заместитель генерал-лейтенант А.М. Василевский предложили Сталину оставить Киев, отвести войска за Днепр и тем самым спасти силы фронта.

Но Сталин оставался при своем мнении: Киев не сдавать! Тот же отказ получили 10 сентября командование фронтом и Юго-Западным направлением. Сталин всё ещё надеялся, что командующему Брянским фронтом генералу Еременко все-таки удастся прорваться в тыл Гудериану, поэтому он запрещал снимать войска из-под Киева для локализации прорыва. Окружение советской группировки было предрешено.

Советские войска слишком затянули с отходом за Днепр. В сложившейся ситуации следовало искать все возможные варианты для продолжения обороны. Маршал Б.М. Шапошников, телеграфируя командующему Юго-Западным фронтом (в копии главкому Буденному) был прав: «Надо вам всем понять, что в прочном удержании флангов и закрытии прорыва ваше спасение. Отход в данной обстановке неминуемо повлечет катастрофу». Увы, избежать последней в сентябре не удалось…

Юрий Рубцов
https://e-news.su/history/394697-kiev-ne-sdavat.html