Что будет с правосудием в России после выхода страны из Совета Европы
С 16 сентября 2022 года Россия перестала быть стороной Европейской конвенции по правам человека. За 26 лет россияне, которые не находили поддержки от отечественной системы правосудия, не раз обращались в ЕСПЧ и добивались справедливости. Но к кому теперь идти и что будет с российской системой права? Об этом «Коммерсантъ» поговорил со специалистами в этой области, среди которых есть и сенатор Андрей Клишас, и бывший судья ЕСПЧ Дмитрий Дедов.
По мнению Дмитрия Дедова, ЕСПЧ внес бесценный вклад в развитие российского права. В пример Дедов привел дела «Бурдов против России» и «Ананьев против России», после которых был принят закон «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» и улучшены условия содержания в местах заключения.
Дедов отметил, что вырос контроль со стороны Верховного суда РФ и Конституционного суда РФ за реализацией правовых гарантий защиты конституционных прав и свобод. По его словам, эти суды всегда ориентировались на решения ЕСПЧ. «Но и сейчас, когда контроля ЕСПЧ уже не существует, ничто не мешает следить за развитием практики ЕСПЧ и за новыми позициями других органов Совета Европы, например, Венецианской комиссии за демократию через право», – заявил Дедов.
Экс-судья не исключает, что может стать и хуже. Такое возможно, если судебная власть начнет терять свою независимость от силовых структур.
«Поэтому властям надо помнить, что доверие народа достигается не только социальными пособиями, но и справедливым судебным разбирательством, которое является одной из форм проявления уважения к достоинству человека», – цитирует Дедова «Коммерсантъ».
Эксперт Совета Европы и бывший юрист Секретариата ЕСПЧ Дмитрий Гурин не разделяет оптимизма Дедова. Он отметил, что ЕСПЧ был полезным там, где позволяло государство. В остальных случаях требуемого эффекта не было.
«Россия так и осталась в лидерах по числу неисполненных постановлений (только «ведущих» постановлений, где впервые суд отметил наличие тех или иных правовых проблем, в российском списке осталось 222)», – сказал Гурин.
Он добавил, что пусть правосудие в России стало быстрее и доступнее, однако качество решений все еще далеко от идеалов. Гурин надеется, что присутствие конвенции успело как-то изменить мышление российской судебной системы. Если же нет, то надежды на справедливость в отечественных судах у граждан немного.
«В основном взоры сейчас обращены на Женеву, на договорные органы ООН. Но они не обладают теми же ресурсами, потенциалом и возможностями, что и Европейский суд, и не «проектировались» в качестве судов по правам человека», – заявил эксперт.
Председатель комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Андрей Клишас согласен с тем, что Европейский суд по правам человека играл важную роль в отечественной правовой системе и способствовал закреплению дополнительных гарантий защиты прав граждан. По словам сенатора, национальная правовая система РФ с самого начала опиралась на практику ЕСПЧ.
«Конституционный суд РФ формулировал свои правовые позиции относительно содержания основных прав и свобод граждан с опорой на его постановления. По причине необходимости сохранения данного массива толкования было, в частности, принято решение не вносить изменения в главы 1 и 2 Конституции при проведении конституционной реформы», – отметил Клишас.
Он заявил, что проблем с исполнением решений ЕСПЧ не было до того, пока орган не начал выносить политизированные решения, превышая свои полномочия, которые идут вразрез с Конституцией. Клишас считает, что выход России из Совета Европы никак не снизит уровень гарантий защиты прав граждан.
Главный редактор научно-аналитического журнала «Бюллетень ЕСПЧ» Юрий Берестнев заявил, что обращение в ЕСПЧ было далеко не единственным шансом у россиян на правосудие. «У нас в стране в судах рассматриваются миллионы дел. И считать, что только Страсбург мог вынести подлинно справедливые постановления, – это абсурд. Невозможно серьезно говорить, что все эти миллионы дел несправедливо разрешены», – сказал Берестнев. Что касается других инструментов вроде ООН, то редактор «Бюллетень ЕСПЧ» считает, что эффективность их очень низка.
Руководитель международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков не согласен с тем, что ЕСПЧ демонстрировал политическую мотивированность с делами из России. «Наоборот, юристы часто и обоснованно упрекали ЕСПЧ в том, что он длительное время не рассматривает значимые политически чувствительные дела», – отметил юрист.
Чиков считает, что если бы суд был действительно политически мотивирован, то первые жалобы за обвинение в экстремизме рассматривались не 12 лет, а гораздо меньше. Правозащитник рассказал, что с уходом ЕСПЧ осталась возможность обратиться в ООН. Однако, по мнению Чикова, еще непонятно, как там будут работать с делами из России.
Напомним, что Россия 15 марта объявила о выходе из Совета Европы, членство в котором давало право россиянам обращаться в Европейский суд по правам человека. Комитет министров Совета Европы принял решение прекратить членство России 16 марта. За день до этого за выход РФ из Совета Европы проголосовала Парламентская ассамблея СЕ. Спустя неделе после принятия решения ЕСПЧ опубликовал резолюцию, согласно которой Россия с 16 сентября перестанет быть стороной конвенции, вследствие чего суд сможет рассматривать жалобы россиян только до этого числа.